Попаданка между мирами
Надеюсь, тебе повезет, Лирма, и целитель вернет твою красоту. А что касается принца, то я бы хорошенько подумала, прежде чем выходить за него замуж. Господин Брана жесток и не способен любить никого, кроме себя. Его жена будет очень несчастной.
Но, возможно, Лирма влюблена в его брата? О втором принце я почти ничего не знала.
Впрочем, это не мое дело. Меня наняли, чтобы ухаживать за дочерью доны Солан, помогать ей одеваться, следить за вещами, а не давать советы. Хозяйка – умная женщина, и наверняка больше меня знает о порядках, принятых при дворе. Если она готова отдать свою дочь за принца, значит, её всё устраивает.
Потушив свечу, я легла в холодную постель, и, уже засыпая, решила сопровождать дону Солан до столицы. А там – посмотрим. В столице много приезжих, кому-то из дам обязательно понадобится горничная. И я уеду с ней в другой город.
Самое главное – не переступать порога дворца.
Глава 16Следующие два дня мы ехали без перерыва на отдых и сон. Останавливаться в маленьких деревушках, попадавшихся на дороге, хозяйка не желала. Обедать и ужинать пришлось прямо в карете.
Дона Солан хотела как можно скорее попасть в столицу. Её дочь с каждым часом становилась всё беспокойнее. Она, то капризничала, отказываясь от мягкого хлеба и жареного мяса, то плакала, то начинала повторять:
– Мама, у нас получится, правда? Я стану прежней?
Дона Солан наклонялась к ней, вытирая слезы кружевным платком:
– Да, дорогая, конечно, станешь.
Лирма успокаивалась ненадолго, а затем снова спрашивала:
– Я понравлюсь принцу? Он женится на мне?
– Конечно, любовь моя, – с коротким вздохом отвечала мать.
Иногда Лирма сидела, забившись в угол кареты, и не сводя с меня неприязненного взгляда. Она и злилась на меня, и завидовала. Девушка не понимала, что красивая внешность не гарантирует счастья. И, если её кожа снова станет нежной и гладкой, как лепесток розы, это не значит, что все мечты исполнятся.
Во дворец приехали красавицы со всего Луссора. Принц может и не заметить Лирму.
Я очень устала за эти дни. Поэтому, обрадовалась, когда карета въехала в небольшой городок, стоящий на берегу реки, и дона Солан приказала остановиться.
Выйдя из кареты, она отдала приказания слуге, и тот сразу же исчез.
– Это последний город перед Мерсеей, – так называли столицу, – Я попросила слугу снять нам небольшой домик. В этом городишке нет приличных гостиниц, а Лирме нужно отдохнуть.
Я только кивнула. Мне было все равно, дом или постоялый двор. Хотелось только одного – упасть на кровать и забыться свинцовым сном до утра.
Вскоре мы оказались во дворе маленького одноэтажного домика. Его стены были обвиты растением, похожим на хмель, только с крупными темно-синими листьями. Под солнечными лучами поблескивала черепичная крыша. Из окон комнаты, куда я прошла вслед за хозяйкой и её дочерью, открывался прекрасный вид на реку.
– Нравится? – вдруг спросила дона Солан, заметив, что я любуюсь серебристой водной гладью, сверкающей под лучами солнца.
– Да, – не стала отрицать я. Мне еще не приходилось видеть такого живописного уголка. – В столице так же красиво?
По лицу доны Солан скользнула мимолетная тень.
– По-разному, – уклончиво ответила она. – Мерсея мне иногда кажется сверкающим бриллиантом, а, иногда, серым булыжником. Отдыхай, Айрин.
Я осталась одна. Мои мысли вертелись вокруг столицы, и того, что меня ждет. Не совершаю ли я ошибку? Вдруг маги принца способны отследить аматеус на близком расстоянии? Тогда, завтра, при въезде в город, карету остановят. Меня схватят люди принца и отберут кулон.
Может, сбежать, пока не поздно?
Жаль, что я так и не узнала имя человека, которому нужно отдать кулон. Как глупо: потерять сознание благодаря аматеусу, встретиться с Элси и не узнать самого важного!
«А, может, и не нужно возвращать кулон? – мелькнула в голове противная мыслишка. – Это же артефакт, источник огромной силы. Глупо от него отказываться».
Правда, Элси предупреждала, чтобы я не надевала на себя кулон. Почему? Чего она боялась?
«Ты – хранительница аматеуса, а не его хозяйка. Никогда, ни за что, не надевай кулон, иначе…»
Что «иначе»? Я изменюсь? Умру? Или, наоборот, стану всемогущей? Смогу претендовать на власть в Луссоре? Элси страшилась именно этого?
Слишком мало информации. К тому же я устала, глаза слипались, и ужасно хотелось спать. Дойдя до кровати, я прямо в одежде упала на неё. Окружающий мир перестал для меня существовать.
Очнулась от того, что кто-то мягко, но настойчиво, тряс меня за плечо.
– Айрин! Проснись, Айрин!
Над кроватью склонилась дона Солан.
– Что такое? Нам пора ехать?
Женщина улыбнулась одними губами.
– Нет. Просто ты не ужинала сегодня. Да и спать в одежде неудобно. Покушаешь, переоденешься и можешь отдыхать до утра.
«Надо же, какая забота». Я неохотно села в постели. Взглянула в окно – непроглядная ночь, даже звезд не видно.
– Ужин на столе, Айрин.
К моему удивлению, дона Солан не ушла. Она сидела, сгорбившись на стуле и сложив руки на коленях. Тонкие пальцы чуть заметно подрагивали. Наверное, волнуется из-за дочери. Чем ближе конец путешествия, тем невыносимей становится Лирма.
– С младшей доной Солан всё хорошо?
– А? – не поняла женщина. – Да, не волнуйся. Я уложила Лирму спать. Завтра у нас сложный день. Скажи, Айрин, ты любила когда-нибудь? Любила так сильно, что была готова отдать всё любимому человеку? И неважно, чем придется за это заплатить?
– Странный вопрос, дона Солан.
– Значит, не любила, – вздохнула женщина. – Я так и думала.
Я могла бы рассказать ей о своих увлечениях. Об однокурсниках, которые ухаживали за мной. О маленьком портрете, незнакомого светловолосого парня, который до сих пор прятала в кармане платья.
Разве я его не любила почти два долгих года? Но смогла бы пожертвовать ради него всем? Не знаю.
– Уже поздно, дона Солан. С вашего позволения, я пойду спать, – прервала я затянувшуюся паузу. – Спасибо за то, что принесли мне ужин.
– Ты не выпила вина, Айрин.
Я взглянула на бокал, наполненный темно-красной жидкостью. Если здесь разбавляют вино, так же как, на постоялом дворе Рувельта, то лучше его не пить.
– Я не хочу, дона Солан.
– И все же, попробуй, Айрин. Торговец уверял меня, что вино замечательное. Такое же он поставляет в столицу.
Вздохнув, я взяла бокал и поднесла его к губам. Приятный запах. Вполне возможно, что дону Солан не обманули.