Выбор (СИ)

Но Вика женским чутьём почувствовала, что в данном конкретном случае парень просто на неё, суккубу чёртову, просто запал.
«Катись-ка ты колбаской по Малой Спасской», — едва не ляпнула Вика, но вовремя прикусила язык. Ни к чему ей очередная стычка, да и парень ей понравился, хоть и из золотой молодёжи. Сразу видно, что полная противоположность мэрскому сынку, этому придурку Оззи.
— Извини, уважаемый, — не менее вежливо ответила Вика, оторвав ненадолго попу от лавки, — но у меня уже есть контракт. На год. С твоего разрешения мы с мальчиком продолжим беседу.
Парень покраснел, потоптался, но хамить не стал.
— Жаль, — сказал он, — но если вдруг…
— Нет, — решительно прервала она, — никаких «вдруг».
Тот вздохнул и вернулся за стол к своим приятелям, которые были явно его клиентами-прилипалами — и одеты победнее, и увидев, что их приятель получил отказ, не разразились на шуточки и подначки.
— Поел? Тогда пошли, — скомандовала Вика, — только запей, а то подавишься ещё. На самом пороге своей счастливой жизни.
Мальчишка, поняв, что его будущая наставница торопится покинуть кондитерскую, последние куски буквально вбил себе в рот, так что её совет был по делу.
Вика только вздохнула, глядя на это тощее рыжее пополнение своей создаваемой организации. Но тут же напомнила себе об успехах Гнеша, который в сражении уже как минимум пятёрки взрослых здоровых мужиков стоит. А то, что пока он выглядит так неопасно, так даже и лучше.
Поэтому, пожалуй, единственное, что попаданку на данный момент не устраивало в мальчишке, так это его имя.
— Не в ту сторону дёргаешься, — поправила она направление их движения при выходе из кондитерской, — к Новому мосту двигай. Теперь будешь жить в Заречном районе. И это, надо тебе будет другое имя подобрать. Глист меня не устраивает в качестве моего ученика и помощника.
— А Единый не оскорбится? — встревожился Глист.
О местном поверье, что смена данного при рождении имени приносит несчастье Вика уже знала, но по собственному опыту уже знала, что это полная ерунда — она же вон сменила Вику на Неллу и только сильнее стала. Да и для мальчишки у неё был весомый аргумент.
— Так тебя же Глистом Половинка назвал, а это не считается. Ты ведь, насколько я знаю, не помнишь, как тебя родители назвали?
— Я и родителей-то не помню, — грустно кивнул он, едва не наступив на оказавшуюся под ногами кучку навоза, но вовремя уйдя в сторону, — А называли меня до Туя по-разному.
— Вот видишь, так что никакого гнева Единого ты не вызовешь, если новое имя себе возьмёшь. Как тебе имя Эльф? Мне такое не попадалось, а звучит красиво.
В этом мире старались придумывать своим детям не повторяющиеся имена — считалось, что так проще привлечь благосклонное внимание Единого. А то, тот Иван и другой Иван, бог может не разобраться, кто из них щедрое пожертвование сделал.
Понятно, что совпадения имён случались довольно часто, но всё же старались максимально этого избегать. Эльфов в этом магическом мире Вика ещё не встречала, поэтому решила, что один точно не помешает.
Мальчишка хоть и опасался смены имени — свои прежние жизненные невзгоды он иногда объяснял и этим обстоятельством — но предложение сестры Гнеша ему явно понравилось.
— Глист! — обрадовался брат Неллы, когда узнал своего приятеля, едва тот вошёл во двор их особняка, — А я уж думал, что ты насовсем пропал.
Они обнялись прямо как взрослые, что для Вики было совсем не удивительно — дети всегда и в любом мире наверное копируют поведение старших.
Долго бездельничать на ниве воспоминаний про жизнь в «Пустом причале» и рассказов о последующих приключениях Вика мальчишкам не позволила. Она постепенно начинала превращаться в тирана — деспота.
— Так всё. Наговорились и хватит. Времени терять не будем. Гнеш, твоя задача помочь своему дружку осваивать все те навыки и умения, которым я вас с Нюрой учила. Только про Глиста забудь. Твоего напарника зовут Эльф. Смотри не перепутай, студент. Нюра, — обратилась она к скромно стоявшей возле флигеля девочке, — ты пойдёшь вместе с родителями со мной, так что беги, скидывай с себя тренировочный костюм и принимай душ.
 
Процесс обретения свободы Рудием и его семьёй, как говорили иногда в родном мире Вики, вышел на финишную прямую.
Дядюшка Тугорд оказался не просто хорошим законником, ушлым комбинатором, преданным и благодарным своей новой племяннице человеком, но и способным совершать волевые, поистине героические для него поступки.
Вика хоть и до этого уже нисколько не сомневалась в его верности, но важные для себя и своих людей вопросы решила по возможности держать на личном контроле. Поэтому значительную часть суеты Тугорда по делу Рудия и его семьи она сопровождала пользуясь преимуществами скрыта.
Для неё было приятно — чего уж тут скрывать — что дядюшка не счёл нужным даже посвятить её в то, что ему необходимо было дать на лапу мэру, отцу козлёнка Оззи, целых восемьсот лир. Потому что одного только существования полу-забытого обычая оказалось явно недостаточно, чтобы городское управление с радостью принялась ему следовать, как только префект Заречного района его откопал в горе полу-истлевших кожаных свитков.
У Вики сердце кровью обливалось при виде того, как её прижимистый дядюшка, стоя на коленях в своём кабинете перед поднятой половицей с оборудованным там тайником, отсчитывал золотые монеты — ровно сорок штук номиналом в двадцать лир каждая, как он решительно встал, громко захлопнув крышку сундука и задвинув половицу на место. А уж когда попаданка увидела отрешённое, но решительное выражение лица Тугорда — с таким наверное декабристы шли на казнь — то едва не пустила слезу от умиления.
Тем не менее, её практичность не позволила эмоциональности упустить момент и не проследить, куда мэр сложил полученную мзду. Деньги Вике в скором времени потребуются очень большие, поэтому места, где их можно будет взять без угрызений совести, она уже присматривала.
Вика могла бы конечно наведаться к мэру уже сегодня, но этот вечер у неё уже был распланирован. Тучи над головами виконтессы Урании Вьежской и её матери сгущались, и у попаданки было тревожное предчувствие, что ей нужно поторопиться. Хоть в тех навыках и способностях, которые она получила от Сущности, дара предвидения не было, но в последнее время оно её ни разу не подводило.
— Мы готовы, — Рудий старался выглядеть спокойным, но скрыть от острого взгляда хозяйки своё волнение не мог, — Может нам стоило одеться похуже?
— Сойдёт. Впрочем, Жела, одень то платье, что тебе позавчера по размеру не очень подошло, ты слишком уж красивая в этом. Нет, уверена, что всё будет в порядке — господин Тугорд лично будет за вами присматривать, но лучше, как говорится, перестраховаться.
Жела после магического воздействия Вики и так выглядела просто моделью, а уж в новеньком, облегающим её фигурку платье, была и вовсе неотразимой, на взгляд Вики. Пусть некоторые и считают, что женщины в женской красоте якобы ничего не смыслят, но Вику такая глупость только смешила.
Рабыня переоделась очень быстро, она тоже понимала, что лишняя привлекательность ей сейчас была ни к чему, но сразу одеться хуже не рискнула — не хотела позорить хозяйку.
— Не волнуйтесь, мы расстаёмся всего на три дня, — улыбнулась Вика, — а потом у вас будет другая жизнь, свободная.
Едва передав Рудия и Желу с Нюрой лично в руки Тугорду и получив от него очередные уверения, что с её людьми всё будет в порядке, она поспешила в дом Макров, где её дожидались кузены, взявшие себе краткосрочный отпуск по личным обстоятельствам. Хотя кузина-то собиралась их нагрузить делами сугубо государственной важности.
 
— Неллочка, девочка, — кудахтала Арана, — да что же тебе на месте-то не сидится? Отдохни хоть маленько.
— Некогда, тётушка, я и Свона с Галлом утащу с твоего разрешения, — Вика не стала даже присаживаться, — Сейчас они соберутся и мы поедем. Мы не надолго не переживай. Дядюшка в курсе.