Шестая колонна. Там, за гранью. Утраченное наследие
«– Они систематически вытравляют все, что составляет американскую культуру, – говорил Томас. – Закрыты школы, не выходят газеты. Напечатать что бы то ни было по-английски считается уголовным преступлением. Они объявили, что вскоре всякую деловую переписку нужно будет вести на их языке, а до тех пор все письма должны проходить цензуру. Запрещены любые собрания, кроме религиозных.
– Я думаю, этому они научились в Индии. – В записи его собственный голос звучал как-то непривычно. – Так легче держать рабов в повиновении.
– Наверное, вы правы, сэр. По-моему, это исторический факт: процветающие империи всегда мирились с местными религиями, хотя искореняли все остальное.
– Похоже на то. Продолжайте.
– Я считаю, что реальная сила их режима основана на системе регистрации. Они ввели ее с самого начала и ничему другому не уделяли столько внимания. В результате Соединенные Штаты теперь превращены в один большой лагерь военнопленных, где почти никто не может свободно перемещаться и общаться с другими без разрешения надзирателей».
Слова, слова, слова! Ардмор столько раз их прослушивал, что уже почти не улавливал смысла. Может быть, в рассказе Томаса ничего такого и не было и все это ему только померещилось?
В дверь постучали. Это был Томас.
– Меня попросили вам кое-что сказать, сэр, – начал он осторожно.
– Что же?
– Видите ли, все собрались в зале. Они хотят с вами поговорить.
Еще одно совещание, на этот раз не по его инициативе. Что ж, придется идти.
– Скажи, что я сейчас буду.
– Слушаюсь, сэр.
После того как Томас вышел, он несколько секунд сидел неподвижно, потом подошел к письменному столу и достал из ящика свой пистолет. Запахло бунтом – об этом можно было догадаться по тому, что кто-то решился созвать общее совещание без его разрешения. Он проверил обойму, передернул затвор, надел портупею, но, подумав, снял ее и положил пистолет обратно в ящик. В таком бардаке это ему не поможет.
Он вошел в зал, занял свое место во главе стола и сказал:
– Я вас слушаю.
Брукс окинул взглядом стол, убедился, что больше никто говорить не собирается, откашлялся и начал:
– Э-э-э… Мы хотели бы спросить, есть ли у вас какой-нибудь план действий.
– Нет. Пока нет.
– Тогда у нас есть! – вмешался Кэлхун.
– Да, полковник?
– Нет никакого смысла торчать здесь сложа руки. В нашем распоряжении самое могучее оружие, какое только есть в мире, но, чтобы применить его, нужны люди.
– Дальше?
– Мы намерены ликвидировать базу и отправиться в Южную Америку! Там мы сможем найти правительство, которому понадобится подобное оружие.
– Какую пользу это принесет Соединенным Штатам?
– Но это очевидно. Империя, вне всякого сомнения, собирается распространить свое влияние на все наше полушарие. Мы можем уговорить это правительство начать превентивную войну. Или, возможно, организовать армию из беженцев.
– Нет!
– Боюсь, что вам придется с этим смириться, майор, – злорадно произнес полковник.
Ардмор повернулся к Томасу:
– Вы согласны с ними?
– Я надеялся, что у вас есть план получше, сэр, – нехотя ответил тот.
– А вы, доктор Брукс?
– Ну, это, по-моему, более или менее реально. Я того же мнения, что и Томас.
– Грэхем?
Ответом ему было молчание. Уилки на мгновение поднял глаза, но тут же отвел их в сторону.
– Митсуи?
– Я вернусь наверх, сэр. У меня тут еще остались дела.
– Шир?
На скулах у Шира вздулись желваки.
– Я согласен, если вы не будете возражать, сэр.
– Благодарю вас.
Ардмор повернулся к остальным:
– Я сказал: «Нет!» – и это остается в силе. Тот из вас, кто покинет базу, будет считаться нарушителем присяги. И вы тоже, Томас! Это не мой каприз. То, что вы предлагаете, ничем не отличается от вылазки, которую я отменил. Пока народ Соединенных Штатов остается заложником в руках паназиатов, мы не можем начать военные действия! Не важно, откуда начнется атака, изнутри или извне, – тысячи, а может быть, миллионы невинных жертв заплатят за это жизнью!
Преодолев волнение, он окинул взглядом сидящих за столом – как они восприняли его слова? Кажется, согласны – или готовы вот-вот согласиться. Все, кроме Кэлхуна. Но в то же время они недовольны.
– Предположим, что вы правы, сэр, – серьезно, очень серьезно произнес Брукс. – Допустим, что так оно и есть. Но неужели мы не в силах ничего сделать?
– Я об этом уже говорил. Мы должны создать то, что я назвал «шестой колонной». Мы должны скрываться, выжидать, нащупывать слабые места противника и использовать их.
– Я понимаю. Может быть, вы правы. Может быть, необходимо именно это. Но сколько же для этого понадобится терпения! Мы ведь не боги, а люди.
Ардмор почувствовал, что вот-вот вспомнит то, чего ему не хватало. Но что именно?
– Значит, нам обещают журавля в небе, – вмешался Кэлхун. – Вам бы в проповедники пойти, майор Ардмор. А мы предпочитаем действовать.
«Вот оно! Вспомнил!»
– Вы почти правы, – ответил Ардмор. – Вы слышали отчет Томаса?
– Слышал, в записи.
– Вы помните, что есть один случай, когда белым людям все же разрешается создавать свои организации?
– Да нет, ничего такого там, по-моему, не было.
– Не было? Разве им не разрешается собираться для одной определенной цели?
– Я знаю! – воскликнул Томас. – Церковь!
Ардмор дал им время осознать услышанное, а потом тихо спросил:
– Вам не приходило в голову, что можно много чего сделать, если основать новую религию?
Наступило недоуменное молчание. Его прервал Кэлхун:
– Он сошел с ума!
– Полегче, полковник, – миролюбиво сказал Ардмор. – Нет ничего удивительного, что вы решили, будто я спятил. Действительно, на первый взгляд это безумие – говорить об основании новой религии, когда мы хотим только одного – драться с паназиатами. Но подумайте, нам нужна организация, которую можно обучить и вооружить для борьбы с противником. Организация и система связи, которая позволит нам согласовывать свои действия. И все это придется делать на глазах у паназиатов, не возбуждая у них подозрений. Все это возможно, если мы будем не военной организацией, а религиозной сектой.
– Это немыслимо! Я отказываюсь в этом участвовать!
– Ну что вы, не надо, полковник. Вы нам очень нужны. Например, та же система связи – представьте себе, что в каждом городе страны стоит храм, и все они соединены между собой линиями связи, а центр находится здесь, в Цитадели!