Встретимся в декабре (СИ)
— Ты ничего не докажешь! У меня нет мотива! — он беснуется, пытаясь вырваться, пока на его запястья ложатся металлические браслеты.
— Ошибаешься, — Денис спокойно вытирает кровь, текущую из губы, — Остаток сегодняшней ночи я устанавливал камеры.
Игнат
Шум метро нарастал резким, перманентным гулом в ушах. Приложив карту, прохожу через турникет и встаю на ступеньку эскалатора, который плавно начинает движение вниз. Почему сегодня я не поехал на машине? Мне кажется, что я уже очень давно не был в метро.
— Извините, молодой человек! — оборачиваюсь и вижу красивую темноволосую девушку. Она немного смущается и слизывет с верхней губы кофейную пенку. Меня окутывает знакомым, таким сладким, немного пряным запахом кофе с халвой. Вдыхаю его полной грудью, и чувствую, как уголки моих губ невольно ползут вверх, — Разрешите пройти, — девушка робко улыбается мне в ответ.
— Пожалуйста, — делаю шаг в сторону, пропуская ее. Она легко бежит по ступенькам вниз, постепенно теряясь в толпе. Вдруг очень остро, практически болезненно осознаю, какой я все-таки дурак, надо было попросить у неё номер телефона, а что если мы больше никогда не увидимся?
Срываюсь с места и, стараясь никого не задеть, бегу следом. Надеюсь, что ещё не поздно, что не потеряю ее из виду, она не успеет сесть в вагон, а значит, я смогу ее догнать.
— Эй! Куда летишь? — меня резко хватает за предплечье какой-то бородатый мужик, — Ну едь, как человек, чего бегать то! — он сдавливает мою руку ещё сильнее.
— Извините, я спешу! — пытаюсь корректно освободиться, обреченно наблюдая, как моя знакомая сходит с эскалатора и заворачивает за поворот платформы, — Пусти сказал, — дёргаюсь ещё резче, голова начинает кружиться, реальность проваливается в туман и… Я открываю глаза. Черт! Это был сон!
Рядом со мной, виновато поджав губы, сидит медсестра. Татьяна, кажется…
— Простите, я напугать не хотела, — она расстёгивает на моей руке рукав тонометра, — Вы так крепко спали, — я осматриваю ее глазами и молчу, — Может, водички? — легко киваю в ответ. Во рту действительно сухо.
Медсестра подходит к графину и наливает воду, в этот момент дверь открывается, до меня доносится больничный шум коридора, и в дверном проёме появляется Денис.
— Спасибо, Таня, — он забирает у неё стакан, тонометр и градусник из кармана, — Дальше я сам, — она безропотно все отдаёт и выходит из палаты. Друг внимательно всматривается в меня и выдыхает, — Ну сегодня определенно лучше выглядишь.
— Спасибо, — качаю головой в ответ, беру из рук стакан и полностью его осушаю, — У меня сегодня с шести утра проходной двор. Чувствую себя музейным экспонатом.
— Ты — он и есть, — ухмыляется Денис, — Учитывая количество барбитурата в твоём организме, мы имеем просто идеальные результаты тестов и анализов. Даже почки в относительной норме. Игнат, да ты вчера мылся! — друг снова застегивает на моей руке рукав тонометра и ждёт, пока тот выдаст результат и скачает воздух, — Вот давление низковато, восемьдесят на пятьдесят. Нужно начинать есть нормальную еду. Ты сам как чувствуешь себя?
— Тяжело пока переключаться между сном и явью. В ушах звенит. Пить постоянно хочется. А ещё во снах я вижу ту девушку, что приходила с мамой и Полей. И это уже похоже на что-то нездоровое, — Денис садится на стул и ждёт продолжения моего рассказа, не отводя глаз, — Каждый раз я не успеваю с ней познакомиться, она ускользает. Как ее зовут?
— Понравилась? — задумчиво интересуется Денис и пытается сдержать улыбку, — Однозначно выздоравливаешь!
— Это другое! Не тупой физический интерес…Не знаю, как объяснить, — я прикрываю веки, и перед глазами появляется ее образ, — Она будто родная. Даже на секунду показалось, что моя…моя женщина, что сейчас подойдёт и обнимет.
— Ее зовут Саша, — друг трёт переносицу пальцами, — Она приходит помогать твоим по хозяйству. Сам понимаешь, после микроинфаркта матери тяжеловато с Полей, но она не стала оставаться в больнице.
— Понимаю… Эта девушка — няня? — чувствую, что Денис упорно не раскрывает каких-то деталей.
— Не совсем…
— Говори, Денис! — чуть повышаю голос и подаюсь вперёд. Голова начинает кружиться, и я возвращаюсь на подушки, — Мне очень нужно.
— Хорошо, — рука друга ложится на мое запястье и отсчитывает пульс, — Ты не дёргайся. Это было ее решение. Сейчас будет немного фантастично… — он рассказывает мне реальную историю моего спасения и знакомства с Сашей, — И я бы сам себе не поверил, но факт! Благодаря этой девочке мы сейчас с тобой говорим.
— Почему она так решила? — голова разрывается от мыслей, делать выводы самостоятельно не получается, сердце колотится, как после марафона.
— Смотри ка, — Денис цепляет взглядом колотящуюся вену на моей шее, — Как Саша тебя взбодрила, — делает паузу и медленно отвечает, — Она решила, что если ты сам все вспомнишь, то проявишь инициативу, если захочешь. А если не вспомнишь — не хотела давить и к чему-то обязывать. Непросто у вас обстоят дела. Тебе надо оправиться, решить вопрос с Кристиной. Официально она все ещё жена. Пока я отправил ее к родителям в Тверь. Наладить быт, научиться себя обслуживать. В январе у Бориса суд, его отец просит забрать заявление…
— Черт! Испугалась? — грустно качаю головой, — Имеет право.
— Да ты чего, мужик? — он наклоняется ближе ко мне и смотрит прямо в глаза, — Это невероятная забота, Игнат. Даже не представляю, чего ей стоило это решение. Но… Есть ещё один момент. Она беременна. У неё там с мужем история какая-то темная, они в процессе развода.
— Делааа, — прикрываю глаза, ощущая в голове информационный апокалипсис, — Думал, в сказку попал…
— Так ты и попал… Ну теперь ты знаешь все, — Денис встаёт со стула и задвигает его на место, — Вот полежи, подумай. Девчонки тебе интернет организуют после обеда. Хочу тебя домой отпустить на тридцать первое. Пустишь к себе Новый год встречать?
— Глупый вопрос, — отвечаю ему, — Я хочу ее увидеть, пожалуйста, — прошу еле ворочая языком, отпускаю реальность и резко проваливаюсь в сон.
***Соленые капли воды попадают на лицо и я, улыбаясь, стираю их руками. Хорошо. Солнце мягко светит в закрытые глаза, обещая ровный красивый летний загар. Море плавно покачивает меня на волнах, расслабляя мышцы и позволяя полностью отключить мысли.
— Помогите! — захлёбывающий женский крик вырывает из приятной неги. Распахиваю глаза и оглядываюсь по сторонам. В двадцати метрах от меня хаотично плещет руками по воде девушка, на доли секунды всплывает и снова на поверхности остаётся лишь макушка.
— Черт, — понимаю, что мой отдых подошёл к концу. В несколько больших грёбков доплываю до нее, ныряю рядом и стараюсь вытолкнуть из воды за талию, — Доверься мне, — пытаюсь докричаться до неё, но это уже бесполезно. Глаза застеклянели, она ушла в панику и нифига не соображает. Лупит меня конечностями, зачем-то пытается вырваться и утягивает нас обоих под воду, — Услышь меня! — хватаю ее за длинные темные волосы и прижимаю к себе спиной. Она дергается от резкой боли, но драться перестаёт и просто обмякает на руках, — Наглоталась, блин.
Доплываю с ней до берега и укладываю хрупкое тело на песок. Мажу по девушке быстрым взглядом — красивая. Жалко будет, если что. Опускаюсь рядом, переворачиваю ее на своё согнутое колено и надавливаю рукой на спину несколько раз, освобождая лёгкие от воды.
— Давай же, девочка, — пробую рукой пульс, он слабеет, — Черт! — снова укладываю на песок, зажимаю нос и припадаю ко рту с мягкими губами. Резкие вдохи — выдох, повторяю через каждые пять секунд. Эффекта нет, но эмоции потом. Где-то по позвоночнику бегает липкий страх за неожиданную пациентку, заставляя остервенело вдувать в неё воздух. Кашляет, захлёбывается и вдыхает сама, — Моя умница! — трясётся. Инстинктивно прижимаю к себе, стараясь унять дрожь и согреть, — Тсссс.
Касаюсь носом ее мокрых вьющихся волос, и на меня водопадом обрушиваются ощущения. Нежное, податливое женское тело, которое я крепко держу под спину, такое рваное, но уже уверенное, глубокое дыхание. Я подстраиваюсь под него и окончательно улетаю в любимый кофейно-пряный аромат, — Сашка, — шепчу, глажу мокрую макушку и прикрываю глаза, с ужасом осознавая, что мог ее потерять. Память возвращается, расставляя все на места. Как в киноленте, передо мной сменяются слайды. Зимняя улица, испуганная гордая барышня с жёлтым чемоданом, наше первое ночное свидание в кафе, потоп, устроенный бывшим мужем. Старая радиола, подруга Алена и ее сынишка, больница, Игнат, документы, письма… Меня кружит, я лечу в темную пропасть. В какой-то момент ослепляет резкий свет, и я просыпаюсь, уже на яву ощущая тяжесть человеческого тела на своей груди, — Моя Сашка, — шепчу, крепко блокируя в объятьях девушку, которая испуганно дергается и собирается отстраниться, — Хорошая.