Я - осень, а ты май (СИ)
— С кем Малышарик?
— Вызвала няню. Все в порядке, езжай домой, ладно? Я позвоню, как мы все закончим…
— Позвони заранее. Я тебя встречу.
— Да тут идти-то…
— Насть. Не спорь.
Он говорит мягко, как никогда раньше, но я все равно чувствую непреклонность в последней фразе. Несмотря ни на что, мне безумно приятная вот такая забота — настоящая и не терпящая отказа.
— Хорошо, — просто выдыхаю, и понимаю, как не хочу отпускать его, — останешься со мной на ночь?
Я ожидаю, что он снова закатит глаза, и скажет пару ласковых в сторону моей кровати, но Макс снова меня удивляет — просто кивает, и уверенно говорит:
— Да.
Он снова целует меня в губы, затем прикасается ко лбу, и быстрым шагом уходит прочь. А я залипаю на его широкую спину в рубашке, уже планируя, как улягусь ночью на ней — прилипну к своему большому мужчине, и не дам себя скинуть ни при каких обстоятельствах.
Потому что с каждым днем все больше и больше влепляюсь в него, врастаю в каждый взгляд и улыбку, и совершенно не могу представить жизнь без него…
Мы работаем с моделью еще целых три часа, и в момент, когда получается нужный кадр, я с трудом показываю большой палец вверх. Хорошо, хоть нам попался почти некапризный ребенок — но все равно пришлось делать кучу перерывов и идти на хитрости, чтоб заставить малыша правильно посмотреть в камеру.
— Спасибо большое, все крутые молодцы. Алла Игоревна, тут заголовок и краткие подписи, которые надо расположить вокруг фото. Сделай, пожалуйста, завтра до летучки, и попроси Денчика перевести это в электронный формат, если успеете. А на сегодня все по домам, отдыхать, и спать.
Я наскоро завариваю себе в термокружку кофе, желая взбодриться по пути домой, и одеваюсь, выходя из офиса в прохладный воздух. Глубоко дышу, и только ту вспоминаю, что должна была позвонить Максиму.
Вот черт.
Быстро пишу смску, что уже вышла, а следом прилетает указ ждать в редакции. Посмеиваюсь, снова ощущая, как силы возвращаются, а наполненность любовью и заботой переходит все мыслимые границы.
Откуда во мне это? Дикое желание работать, настрой на качественный результат, и просто невероятный кайф от присутствия и внимания одного единственного мужчины в жизни? Это все заставляет ощущать себя какой-то пьяно-счастливой, и улыбаться даже в ветреный вечер, сидя с горячим кофе на скамейке в ожидании Максима.
Одинокая фигура неожиданно выныривает из-за угла офиса, и направляется ко мне, уверенным шагом не оставляя сомнений — двигаются именно в мою сторону. Я приглядываюсь, и моя улыбка сползает с лица быстрее, чем знакомая женщина оказывается рядом, садясь со мной на скамейку, и улыбаясь персиковыми губами, поправляя складки идеального модного пальто.
— Ну привет, — радостно чирикает она, и мне на миг становится страшно, но я быстро беру себя в руки.
— Добрый вечер, Кира.
Глава 25
Настена
Как некоторым женщинам удается всегда выглядеть стильно и к месту?
Я помню, как выглядела Кира на той вечеринке. Ухоженно, не вычурно, дорого. С мягкими карамельными волосами, и потрясающим умением вовремя и к месту открыть рот. И сейчас она смотрится не хуже — уютное красивое пальто, удачно и современно повязанный на шее шарф — все по погоде, со вкусом и комфортом. А еще с идеальным макияжем, и с заплетенной на бок косой.
Не прикопаться. И даже сравнивать не нужно — понятно, кто из нас двоих выглядит лучше.
Я рядом после рабочего дня с немного шелушащимся от холода носом, без помады, и с собранной наспех шишкой, из которой уже повываливались кудрявые пряди. В простых джинсах, ботинках, свитере и куртке — и сейчас отчего-то ощущаю себя бомжом рядом с бывшей Максима.
Ох. Ладно, ничего — ни одной красотой богаты. Макс-то сейчас не с нею…
— Я хотела поговорить с тобой по поводу Максима, — произносит она так ожидаемо, что я даже расслабленно улыбаюсь такой банальной фразе.
Ну а о чем еще-то? Больше общего между нами и не могло быть.
— Вы расстались, — спокойно отвечаю, и делаю глоток еще горячего кофе, — я в курсе, что вы были вместе, и про то что спали тоже. Вряд ли ты сейчас меня чем-нибудь удивишь, Кира, потому что правду я знаю. А сочинять не советую — я верю Максиму, а не другим.
Оценивающий взгляд с одной приподнятой бровью — и Кира бросает напускные улыбки, готовясь говорить серьезно.
— Все правда. Только вот мы не расставались — потому что не встречались, Настенька. У нас был секс, и тут сочинять мне нечего, и стыдиться тоже. Да, когда Максим решил начать встречаться с тобой, то прервал это между нами. Но я пришла именно поэтому — предупредить, что это ненадолго.
— Что ты имеешь в виду?
Признаться, это не совсем то, к чему я была готова. Мне казалось, сейчас польются обвинения, вопли что я ему не пара и что Кира во много раз лучше меня, но… Она просто улыбается чуть грустно, и говорит с искренней жалостью в голосе.
— Видимо, ты еще слишком плохо знаешь нашего Макса, — меня коробит внутри от «нашего», но я молчу, позволяя ей продолжить, — он не создан для «нормальных» отношений, Настен. То есть, в его голове нормально — это другое, нежели у большинства людей вокруг. Сейчас он с тобой — хочет только тебя, думает, что влюблен, возможно, даже тебе говорит, что хочет отношений — но это все ненадолго, поверь мне. Максимум — год, а потом опять по новой, с девизом «в этом нет ничего плохого, это так и есть».
Она улыбается, а я поднимаюсь с места, хмуро пиная ботинком прилипшие листья. Конец осени и ноябрь отвратительны, и сейчас я ощущаю это сильнее всего.
— Не знаю, о чем ты, — медленно произношу, как мантру повторяя про себя не брать чушь обидевшейся женщины в голову, — но у нас с Максимом все хорошо. Если у тебя есть к нему вопросы — он скоро будет здесь, и вы сможете поговорить. А через меня действовать не надо, потому что наши отношения я буду строить без советов посторонних. Я понятно объясняю?
Кира спокойно поднимается следом, и облизывает персиковые губы, улыбаясь еще более жалостливо, чем вначале. Перекидывает за плечо объемную модную сумку, и проходится взглядом по моему рюкзаку.
— Мне нечего с тобой делить, Настя. Абсолютно. Просто потому, что этот мужчина никогда не будет принадлежать только одной. Просто будет очень жаль, если ты поймешь это, когда будет еще больнее.
— Ты не спешишь, Кира? Мне кажется, тебе давно пора.
Она замолкает, снова улыбаясь чему-то, и разворачивается туда, откуда так внезапно появилась. Делает два быстрых шага, а затем замирает, и оборачивается ко мне.
— Просто спроси его, как он относится к изменам, — будто решая про себя что-то, выдыхает она, — раз не веришь мне и остальным вокруг… Спроси у Максима. И он сам тебе расскажет все, что нужно.
Бросив все это, она уже немедля покидает площадку перед редакцией, и быстро скрывается из виду. Я смотрю вслед хрупкой фигуре с прямой спиной и уверенной походкой — и думаю.
Думаю. Думаю. Думаю…
Меня выдергивает из размышлений автомобильный сигнал с парковки, и я резко поворачиваюсь, увидев машину Максима. Глубоко вздыхаю, прогоняя странные мысли, и спешу в теплый салон.
А еще сильнее — в теплые, крепкие объятия.
— Привет, — смущенно забираюсь на переднее сиденье, и пристегиваю ремень, — ты быстро доехал.
Макс чуть-чуть приподнимает брови, и трогается с места, не тратя впустую время.
— Вообще-то, нет. Мне пришлось задержаться — но, надеюсь, причина тебя порадует.
— М-м?
Я с любопытством поглядываю на его профиль, но мужчина лишь хитро прищуривается, и молча ведет машину. Мне нравится, как свет фонарей ложится на его лицо в темноте — делая его еще более мужественным и притягательным. Хотя, кажется, для меня он итак самый притягательный на свете.
— Я соскучилась, — шепчу, потому что остро нуждаюсь услышать что-то теплое в ответ.
Особенно после встречи с его бывшей, докладывать о которой я не собираюсь. Зачем, если все ее слова — пустота и глупость для меня? Я знала, что подобное может случиться, и изначально решила не слушать обиженную женщину, а строить отношения на доверии, а не на сплетнях.