Все романы Клиффорда Саймака в одной книге

— Я могу помочь вам, — проронил Хэл.
— Однако у тебя острый глаз, дружок.
— Он же лесовик, — пояснил Джиб. — Охотник.
—Это гарпии, — сказал Хэл.
— Гарпии! — взвизгнул Плакси. — Самые злобные существа во всей Волшебной Стране! Хуже адских псов! И никуда не спрячешься!
Корнуолл рывком обнажил клинок.
— У тебя неплохо получается, — заметил с одобрением Хэл. — Нужно лишь немного попрактиковаться.
Гарпии ринулись вниз, сложив крылья; их головы напоминали формой человеческие черепа, глаза пылали ненавистью, из полураскрытых клювов вырывался хриплый клекот. Тренькнула тетива лука, ушла в небо стрела, и одна из гарпий перекувырнулась в воздухе и рухнула на землю. Тетива тренькнула снова — и такая же судьба постигла вторую бестию.
Путники приготовились к схватке. Сплетник, прижавшийся спиной к скале, замахнулся на гарпий посохом. Собачка притулилась у его ноги, ворон, сидя на плече, сыпал ругательствами направо и налево.
— Мне бы достать их хоть разочек, — пробормотал Сплетник, как будто моля кого-то о милости или, вероятнее всего, разговаривая сам с собой. — Уж я бы им показал! Ненавижу их! Гнусные твари! Зря я сюда забрел, но уходить пока рановато. Как-никак они дважды угощали меня, а моя Фидо подружилась с их Енотом.
— Ложись на землю, — велел Мэри Корнуолл, — и не шевелись.
Плакси с Оливером поспешно насыпали горку камней, восполняя таким образом, до известной степени, нехватку вооружения.
Гарпии на мгновение зависли в воздухе над головами паломников; они, видимо, собирались сражаться не клювами, а могучими когтистыми лапами. Корнуолл взмахнул клинком, и сверкающее лезвие отсекло обе лапы одной из бестий. Та покатилась по земле, нацелилась было клюнуть перед смертью Хэла, но промахнулась. Жестяное Ведро, что стоял неподалеку от Сплетника, хватал гарпий щупальцами и колотил их о стены прохода. Джонс, вертясь как угорелый, ухитрился сбить ударами дубинки двоих из нападавших на него тварей, однако от третьей увернуться не сумел: она вцепилась когтями ему в руку, ударила другой лапой в лицо и захлопала крыльями, норовя подняться в небо вместе со своей жертвой.
Услыхав сдавленный крик Джонса, Хэл резко обернулся и всадил в тело гарпии стрелу. Чудовище рухнуло вниз, придавив собой Джонса. Тот кое-как выбрался наружу и размозжил дубинкой череп поверженного врага. Левая рука его была вся в крови и безвольно повисла. Сплетник мужественно отбивался посохом; ворон подбадривал хозяина истошными воплями. Оливер с Плакси швыряли в гарпий камень за камнем. Джиб зарубил двоих топором, а Корнуолл, которому некогда было даже перевести дух, уже не помнил, сколько жизней оборвал его меч. По проходу, в стороне от битвы, ковыляло с полдюжины гарпий; по воздуху плавали перья.
Одна из гарпий устремилась на Плакси, но, угодив, должно быть, под град камней, промахнулась и по чистой случайности зацепила гнома когтями за пояс. Перепуганный Плакси завопил во все горло — ведь бестия вовсе не собиралась приземляться, скорее наоборот. Хэл послал вдогонку чудищу стрелу, которая впилась гарпии в шею. Тварь упала на землю; что касается Плакси, он оказался у нее где-то под крылом. Уцелевшие гарпии взмыли в небо и тяжело полетели прочь. Корнуолл опустил меч и осмотрелся. Мэри сидела возле него. Плакси, бранясь себе под нос, освобождался из когтей похитившего его чудовища. Хэл глядел вослед улетающим гарпиям.
— Они вернутся, — сказал он, — обязательно вернутся, как только перестроят ряды. А у меня осталось всего-навсего три стрелы. Положим, можно выдернуть еще несколько из мертвых тел, но на это уйдет время.
— Ты чуть было не попал в меня! — накинулся на Хэла подошедший Плакси, — Твоя стрела просвистела у меня над ухом!
— Выходит, ты радовался, что она тебя уносит? — справился Хэл.
— Надо быть осторожнее! — процедил разъяренный гном.
— Вы сильно ранены? — спросил у Джонса Корнуолл.
— Да, рана серьезная, — ответил тот. — Я боюсь, что в нее попала инфекция. Спасибо, — прибавил он, обращаясь к Хэлу.
— В следующий раз нам придется тяжко, — заметил Корнуолл. — Сейчас нам просто повезло. Они не ожидали, что мы будем сопротивляться.
 
Тем временем в проходе сгустились тени. Солнце освещало теперь лишь кромку скалистых стен. Походило на то, что скоро оно исчезнет окончательно.
— Пожалуй, — проговорил Сплетник, — нам могут прийти на подмогу. Надо попробовать.
Жестяное Ведро застыл в неподвижности на том самом месте, где остановился перед началом схватки. Как и прежде, множеству своих щупалец он предпочел одно, сложенный кончик которого прижимал к груди. Сплетник дотронулся до щупальца концом своего посоха и протянул Ведру ладонь.
— Пожалуйста, — попросил он, — дай его мне. Иначе нам не спастись.
Ведро пошевелился, его щупальце медленно развернулось, и все увидели, что в нем зажат топорик Древних.
— Он подобрал его, когда сбрасывал с уступа дубинки и камни, — пробормотал Джиб.
Ведро отдал топорик Сплетнику.
— Спасибо, — поблагодарил тот, стиснул топорик в руке, воздел его над головой и запел.
Напев был диким, но мелодичным. Эхо подхватило слова песни, разнесло их по проходу, и путникам стало казаться, что они слышат многоголосый хор. Тени сделались гуще прежнего, в них что-то двигалось и шуршало, словно кто-то шаркал ногами. Мэри взвизгнула. Корнуолл взялся было за меч, но отпустил рукоять.
— Господи Боже! — прошептал он.
Их насчитывалось несколько сотен — тени среди теней, размытые фигуры огромных звероподобных людей, голых, если не считать обернутых вокруг чресел шкур. Кривые ноги, наклоненные вперед торсы, широкие плечи, налитые кровью глаза. Вооружены они были копьями с грубыми каменными наконечниками.
Гарпии, что кружили высоко в небе, ринулись вниз. Наблюдая за ними, Корнуолл понял, что он и его товарищи обречены. Он обнял Мэри и привлек девушку к себе. Неожиданно раздались громкие крики, которые без труда заглушили пение Сплетника. Дикари потрясали копьями и, судя по всему, готовились отразить атаку гарпий. С каждым мигом их становилось все больше и больше.
Гарпии устремились в проход — и будто натолкнулись на невидимую стену. Они яростно хлопали крыльями, стараясь замедлить полет, сталкивались друг с другом, оглашали воздух хриплым клекотом, а дикари отвечали им восторженными воплями.
— Бежим! — воскликнул Сплетник. — Бежим, покуда целы!
— За мной! — крикнул Корнуолл. — Не отставайте! Я пойду первым!
Он опустил голову и бросился в толпу дикарей, ожидая, что они оттолкнут его, но, к собственному изумлению, не встретил ни малейшего сопротивления. Он словно стал осенним ветром, а дикари превратились в груду палой листвы. Джонс обогнал его, но споткнулся, упал, ударился раненой рукой о камень и закричал от боли. Корнуолл помог ему встать, затем взвалил Джонса себе на плечо. Остальные бежали без оглядки. Посмотрев на небо, он увидел, что гарпии, как будто в смертельном испуге, рвутся ввысь, прочь из каменной ловушки.
Наконец толпа дикарей осталась позади. Корнуолл догнал Сплетника: тот ковылял по проходу так быстро, как только мог, белая собачка вприпрыжку следовала за ним на трех лапах. Рядом с ней семенил Енот. Но вот проход закончился, и паломники выбежали на равнину, на которой в двух-трех милях от них, окруженное приземистыми горами, возвышалось великолепное здание. Джонс был прав: от красоты здания захватывало дух.
, — Вы можете меня опустить, — заметил Джонс. — Благодарю за участие.
Корнуолл осторожно поставил его на ноги. Джонс мотнул головой, указывая на свою руку.
— Горит как в огне, — пожаловался он, — и свербит от плеча до самого низа. Моя машина вон там, впереди. Видите, справа? По-моему, в аптечке найдется шприц… Ради бога, не надо меня ни о чем спрашивать! Это такая волшебная игла. Вы мне поможете. Я покажу вам, что делать.
Навстречу путникам по лугу, что лежал между ними и чудесным зданием, двигались какие-то существа. Расстояние не позволяло различить, какие именно; заметно было только, что одно из существ намного выше других.