Отряд "Омега"

— Тарипабу знаешь? Я с ним пил Цир-Цир, — прошептал Горыня Йоцре на языке Са-Паси. Йоцра спокойно повернулся к «желтому» охраннику и неожиданно вонзил ему в живот длинный нож. «Желтый» умер сразу, даже не успев удивиться. А Йоцра открыл ворота и махнул Горыне рукой.
— Быстрее.
Проходя мимо трупа, Горыня ловко выхватил у него из-за пазухи свой платиновый слиток.
Через час к посольству Тарда подкатили центы из Первой — элитной — Центурии, но нашли только труп. Ни Йоцры, ни Горыни, ни "кой-чего".
Тогда решили на всякий случай взять под стражу Любаву. Обращались с ней вежливо, не допрашивали и держали не в камере, а в номере того самого отеля «Буцефал», где ее нашли.
Прошли сутки. Вечером следующего дня в номер вошел тучный человек высокого роста с бородой, похожей на черный кирпич, и протянул Любаве письмо. Письмо оказалось от дяди. Дядя Велимир писал, что Горыня оказался негодяем и вором, что он ее подставил, но ей ничего не угрожает — если она будет слушаться человека, который принес письмо.
Когда Любава кончила читать, тучный человек забрал у нее письмо и сунул себе за пазуху. Потом присел рядом на кушетку из белого дерева, погладил Любаву по голове и спросил:
— Нравится тебе Константинополь, голубушка?
Любава молча кивнула.
— Поживешь у меня. Поучишься языку. Вести себя ты умеешь, я знаю. А о том, что я с твоим дядей знаком, не говори никому, хорошо?
Любава опять кивнула.
Человека звали Феодосий Комнин. Он отвел Любаву в свой дом на площади Богоматери и поручил заботам прислуги. Поначалу Любава боялась, что толстый грек станет ее домогаться, но Комнин готовил Любаву для более важного дела. Да и худа она была слишком на его вкус.
Через месяц Комнин взял девушку с собой на симпосион во дворец и представил ее Императору Константину Двадцать Второму.
Осечки случиться не могло. Кротов все рассчитал — до самой мимолетной улыбки, до каждого случайного слова. Иногда Комнин начинал бояться хитрого аптекаря, хоть и знал наверняка, что тот никогда не использует свой гений во вред интересам обитаемой Вселенной.
Через два года у Императора и Любавы родилась дочь Ольга. Первые десять лет Ольга провела с матерью, а потом была отправлена на Север, в монастырь Святой Параскевы, чтобы получить образование, достойное дочери Императора.
Самолет с Ольгой еще не приземлился в аэропорту Мокошь, а к Любаве уже пожаловал Комнин. Он принес ей письмо от дяди и сказал, что это очень важное письмо.
Любаве показалось странным, что Комнин принес письмо сам. Последние годы она получала письма от дяди по обычной почте — даже не по дипломатической. Виделась она с ним раз в полгода. Дядя жил все так же, в уютной квартирке над своей аптекой. Если письмо принес Комнин, значит, там написано нечто действительно очень важное.
Вручив письмо Любаве, Комнин зачем-то отошел в самый дальний угол комнаты. Любава распечатала письмо. От бумаги шел какой-то странный запах. У Любавы закружилась голова, на миг остановилось дыхание — но письмо она прочла. И хорошо запомнила.
В письме дядя Велимир просил Любаву, даже требовал, чтобы она окрестилась и обвенчалась с Императором. При этом дядя уверял, что Император ей не откажет.
Последние строчки с пожеланием здоровья плыли перед глазами, свиваясь в турецкий узор. Любава потеряла сознание. Она не видела, как Комнин, закрыв себе нос и рот черным шелковым платком, подошел, осторожно вынул письмо из неподвижных рук, положил на серебряное блюдо для фруктов и сжег. Потом распахнул окна, подождал, пока комната проветрится. И уже после этого убрал пепел.
Очнулась Любава в постели. Она была при смерти. Пришел дворцовый доктор, развел руками. Потом пришел священник, епископ, и тоже развел руками: новгородка Любава, естественно, не была крещеной.
— Хотите ли вы перед смертью перейти в лоно Церкви?
Любава плохо понимала, что происходит, но зато хорошо помнила письмо дяди. Она кивнула. А потом попросила позвать Константина. Константин ждал у дверей и со слезами вбежал в комнату.
 
Далеко от Константинополя, в Новгороде, Велимир Кротов тоже глотал слезы. Но он ничего не мог поделать, потому что знал: просьбу, с которой Любава обратилась к Императору, Константин исполнит только в том случае, если его любимая будет при смерти. И "заднего хода" впоследствии не сделает, а Ольгу оставит законной наследницей, только если Любава на самом деле умрет. Весь характер Императора Константина, все его явные и неявные реакции, все желания, даже предположительное содержание снов — словом, весь Константин был разбит на файлы и просчитан вдоль и поперек на мощном компьютере Кротова, компактном армейском «Янусе», произведенном на заводах Аримана.
Вот так принцесса Ольга и сделалась законной наследницей престола Византийской Империи — благодаря великой любви, все нюансы которой были за много лет до смерти императорской любовницы просчитаны на военном компьютере, установленном в тесном кабинете под новгородской аптекой.