Отряд "Омега"
— Как?! — Пурдзан чуть не подскочил.
— Я в курсе, на Приапе джихад меча весьма популярен. Но Приап — развивающийся мир. В некоторых развитых мирах Конфедерации, например, в Лингапуре, в Милорайпале, на Синдбаде, джихад меча вообще запрещен.
— Правда?!
— Правда, Пур, правда, — подтвердил Василий.
Мвари продолжал:
— Что касается гашиша, то история показала: рациональное государственное устройство — вот, может быть, и не самый быстрый, но наиболее верный путь к Аллаху. Единственное, в чем старец оказался почти прав, так это в предположении о собственном бессмертии. Разумеется, сам-то старец умер задолго до Теночтитланского пакта о создании Османской Конфедерации. Но дело его живет до сих пор: великий псих создал практически бессмертный Орден. Не буду вдаваться в технические подробности, но так вышло, что среди прочих орденов наш оказался наиболее живучим.
Мвари встал с дивана, нервно прошелся туда-сюда по комнате. Василий и Пурдзан молча ждали, пока он продолжит. Но он молчал — видимо, надо было задать некий вопрос. И Пурдзан задал этот вопрос:
— Мвари-ага, нам плевать на технические подробности. Мы оказались в ваших лапах — так командуйте! Что делать-то?
Мвари остановился. Сложил руки на груди и очень серьезно посмотрел в глаза сначала Пурдзану, затем Василию.
— То же, что и всегда. Единственное занятие Ордена Измаилитов — защита веры. Джихад. Самое главное — от кого и от чего защищать веру. Хасан Ас-Сабах защищал свое толкование Корана от всего мира, в том числе и от всего остального исламского мира. Основной его тактикой, как известно, был личный террор: измаилитских хашишеев боялись практически все. Одинокий убийца с черной повязкой на лице и с коротким кинжалом в руке стал символом непобедимости. Но эта непобедимость легко продавалась за деньги: многие монархи считали хорошим тоном нанимать хашишеев в борьбе друг против друга. С тех пор о членах Ордена и пошла слава как о наемных политических убийцах. Подчеркиваю, — Мвари выставил вперед длинный палец, — защита веры от этого не страдала. Но только Фридрих Барбаросса, принявший ислам и организовавший вместе с Салахом Ад-Дином свой великий султанат, смог нанять хашишеев на эксклюзивной основе. Поступив на службу к Барбароссе, Орден Измаилитов надолго отказался от всех прочих заказов. А почему? Потому что Барбаросса нашел способ совместить наемный труд с защитой веры! Какова же, в таком случае, вера?
Мвари вернулся на диван, развалился, вытянув ноги.
— Я с этого начал. Рациональное государственное устройство — самый верный путь к Аллаху. Вот и вся вера. Как Барбаросса убедил измаилитов в том, то его вера — это их вера, я не знаю. Гений Барбароссы неповторим и труден для понимания. Но с тех пор Орден занимается социальной безопасностью. Вначале это была безопасность Султаната Барбароссы, а после Теночтитланского Пакта и до сих пор это — безопасность Османской Конфедерации Миров. Ну как, я ответил на ваш вопрос?
— Не совсем, — Василий напряженно выпрямился. Ему не хотелось поднимать эту тему, но он должен был знать правду.
— Что вы делали на Новой Тавриде в качестве Прокопия Мвари?
— А вы разве не помните, Гирей-ага? — улыбнулся Мвари. — В Тайную Службу вербовал. А вы в нее вербовались.
Василий запутался. Как же так?
— Послушайте, а вы за кого?
— Для начала выясним, откуда я. Моя родина — Сообщество Мономотапа, Юго-Западная Африка, Земля. Таким образом, я не являюсь ни гражданином Византии, ни гражданином Конфедерации.
— А вера? — подозрительно осведомился Пурдзан.
— Подобно большинству моих сограждан я придерживаюсь традиционного культа Первопредка. Кстати, приятно сознавать, что его зовут так же, как и меня — Мвари.
Василий и Пурдзан ахнули в один голос:
— Неверный!!!
Мвари, конечно, ждал этого возгласа. Он вытянул из-за пазухи карманный томик Корана в бархатном черном переплете и раскрыл на месте, отмеченном закладкой:
— Сура девятая, стих седьмой, о союзе с язычниками: "И пока они прямы по отношению к вам, будьте и вы прямы к ним." А я честно отрабатываю свои деньги.
— И в какой должности? Вербовщик?
— Нет, — мягко ответил Мвари. — Моя должность — Шейх Уль-Джихад. Координатор Джихада.
Василий и Пурдзан оба перестали дышать. Поверить было невозможно, но они оба чувствовали, что поверить прийдется.
Мвари снова слегка потеребил рукав. Помолчал, давая им возможность привыкнуть. Потом добавил успокаивающе:
— Объект моего джихада совершенно конкретный. "Призраки".
Василий почему-то сразу успокоился. Пурдзан, кажется, тоже пришел в себя. Они внимательно слушали. Тон Мвари стал сухим и деловым:
— Вам, Гирей-ага, я предлагаю возглавить специальный отряд. Ваша кандидатура очевидна: хорошая военная подготовка, гуманитарное образование, опыт боевых действий. Я бы предпочел, конечно, на эту роль хаша, а не янычара, но вы, как я уже отмечал, один из немногих экспертов по «призракам». Я понимаю, вы их видели мельком, но остальные — и того меньше. Посвятить вас в хаши мне помешал Пурдзан-ага… Но ваш отряд будет в основном состоять из хашей.
— Стоп.
Василий хлопнул себя по коленям. Сосредоточился, подбирая слова.
— Стоп. Во-первых, со мной пойдет Пурдзан. Пойдешь, Пур?
Пурдзан расцвел:
— Так точно, курпан-баши!
— Славно. Во-вторых, отряд должен по крайней мере на треть состоять из янычар. И последнее.
— Что, Гирей-эмир? — в шутливом подобострастии встрепенулся Мвари.
Василий не обратил внимания на иронию негра. Помолчал, ухмыльнулся.
— Ваши измаилиты всем хороши, но от одной дерьмовой привычки я их отучу.
— От гашиша? Так они не потребляют…
— Нет. От дерьмовой привычки трепаться, прежде чем нажать на курок.