Отряд "Омега"
— Сто-о-ой! — закричал Василий, но три девушки уже выскочили из комнаты — и из квартиры. На лестничной площадке раздались автоматные очереди и одиночные выстрелы девушек. Потом пол под ногами чуть дрогнул. Из-за двери послышались оглушительные вопли, ругань и топот ног. Василий вспомнил, что у Гули, вроде, была рыбья трубка. Но против такой толпы и трубка не поможет. Василий вскочил, чтобы присоединиться к девушкам.
— Сто-о-ой!
Теперь кричала Ольга. Она ревнует, понял Василий, просто ревнует!.. Дура! Злобная дура!
Но почему кричит Борис? И Хаф…
Живот пронзила боль, в глазах потемнело. Хафизулла ударил еще раз. Отвечать ему некогда — надо спасать девчонок… Но Василий не мог пошевелиться. Хаф ударил как-то по-хитрому, сразу в несколько точек. Василий дрожал и жадно ловил воздух. Ольга взяла его за руку. Другой рукой Ольга взяла за руку Бориса. Борис что-то сказал Пурдзану по-турецки. Пурдзан подошел к Ольге сзади и схватил ее за плечо. За другое плечо ухватился Хафизулла.
— Будем молиться, что хватит на всех. Молись, Михаил, своим богам.
Михаил молча поднес улитку ко лбу Ольги и прижал. Потом покачал головой, поставил на кушетку табурет, а на табурет положил улитку.
— На всякий случай. Мне и здесь хорошо.
Ольга склонилась, прижимаясь лбом к прохладному золотому боку улитки.
И Михаил Гаврилович Карловацкий остался один. Он зря опасался — табуретка осталась на месте. А на ней лежала золотая улитка.