Фабрика мертвецов (СИ)

Глава 13. Застольные беседы
- Вот и ваша пропажа, Аркадий Валерьянович! – радостно завопил господин Шабельский. – К столу, господа!
Длинный стол был выставлен на террасе, что опираясь на пузатые, похожие на бочки, колонны, нависала над широкой лестницей к пруду. От солнечных лучей обеденный стол закрывала оплетенная виноградом решетка – тени виноградных листьев ложились на белоснежную скатерть причудливым узором. По террасе носился ветерок, играя лентами дамских платьев. Митя подумал, что быть владельцем настоящего имения, а не руин оного, вполне приятно.
- В Петербурге ввечеру обедать принято, а у нас тут, господа, все по-простому, как-никак – деревня! Обедаем среди дня, а там и чай, а после и поужинать можно, чем Бог послал. Вы, Дмитрий, устраивайтесь с молодежью, там вам повеселее будет. С сыном моим, Петькой, гляжу, вы уже познакомились.
- Так получилось… - промямлил все еще багровый поручик и провожаемый подозрительным взглядом отца, поторопился устроиться в кресле рядом с молодой дамой в кремовом платье. Место по правую руку от дамы занял светловолосый молодой господин в штатском. На поручика он покосился недобро.
- Четверых дочек тоже знаете…
Усаживающаяся напротив Зинаида кивнула, тряхнув смоляной косой с алой лентой. Вопреки всем правилам, к обеду она переоделась не в платье, а в свежую блузу, тоже с пышными рукавами, шаровары сменила темно-синяя юбка в пол. Поймала за бант на платье ринувшуюся было к Мите рыжую Алевтину и усадила рядом с собой, за что Митя почти простил ей небрежение этикетом. Близняшки-бандитки устроились настолько чинно, что Митя решил обязательно проверить стул, прежде чем садиться – не к добру такое благолепие, не к добру.
- Извольте, еще две: Лидия, наша старшая, и Ариадна…
Вот теперь Митя понял, что Капочка и Липочка – это и правда «немножко барышень Шабельских». Как раз треть!
Лидия лишь повернула голову, позволив роскошной, в руку толщиной, косе эффектно соскользнуть с плеча. Ее волосы были не льняными как у бандиток – коса сверкала золотом, точно у сказочной царевны. Глаза - васильковые, и такие же ленты на платье, обтягивающем статную фигуру. Что Лидия в здешних местах считалась первой красавицей, Митя нисколечко не сомневался.
Простоватый парень Митиных лет в чем-то вроде ремесленной блузы подскочил, собираясь отодвинуть для Лидии стул… Обогнувший его щеголеватый юноша лет восемнадцати, просто подал барышне руку… и паренек так и остался стоять, вцепившись в никому уже не нужный стул. Красавица проплыла мимо и села рядом с более удачливым кавалером.
Митя проводил их задумчивым взглядом - в голове словно пожарный колокол бил: «Опасность, соперник…» Юноша был хорош: высокий, причесанный волосок к волоску и одетый в сюртук, идеально подогнанный к стройной фигуре. Его тонкие аристократичные пальцы небрежно встряхнули салфетку. Митя, со своими чересчур широкими плечами, разработанными греблей руками и весьма средним ростом, немедленно почувствовал себя оскорбленным.
Бум! Что-то… Кто-то врезался ему в спину, так что Митя едва не опрокинулся прямиком на обеденный стол. На породистой физиономии красавчика промелькнула улыбка.
Упираясь в него раскрытой книжкой и медленно, как проснувшаяся сова, хлопая глазами за круглыми стеклышками пенсне, стояла девочка лет пятнадцати. Значит, это и есть Ариадна… самое вычурное имя и самое строгое платье без лент и оборок. Из украшений только приколотые к корсажу часики, а волосы цвета шоколада стянуты в строгий «учительский» пучок.
Вот уж… разноцветные сестрички!
- Ада! – простонала сидевшая рядом с хозяином дама. – Разве можно…
Пусть лично от младшего Волконского он не видел ничего, кроме пренебрежения, но «его пример – другим наука!» Что сделал бы князь, если б в него вот так врезалась дама… а хлыщ в сюртуке от местного портного явно дожидался его позора? Решение пришло мгновенно.
- Вы позволите? – легким движением он изъял стул у паренька в блузе и подал Ариадне руку.
Она близоруко прищурилась, точно не веря, что он обращается именно к ней, а потом вдруг вся вспыхнула и мышкой скользнула на предложенное сидение. Довольный Митя уселся рядом, краем глаза наблюдая за слегка нахмурившейся Лидией.
 
- Как зовут вашу старшую сестру? – глядя на даму рядом с хозяином, громким шепотом спросил он.
- А… кто… - растерялась Ада, близоруко щурясь сперва на Лидию, а потом и на даму.
Над столом на миг повисла тишина, сама дама изумленно ахнула… и звонко рассмеялась.
- Так это же мамочка! – объявила Алевтина.
- Супруга моя, Полина Марковна! – вмешался хозяин дома.
- Простите! Вас ведь все за старшую барышню Шабельскую принимают, уже надоело слушать? – Митя одарил и впрямь моложавую для матери семи детей даму щенячьим взглядом. –Вы ведь Лельевна?
- Однако… - не отрывая взгляда от своей тарелки пробормотал пока остающийся безымянным молодой господин. – Ингвар, сядь уж…
Парень в блузе зло покосился на Митю и приткнулся к столу, словно не зная куда девать неуклюжие руки с темной каймой под ногтями.
– Ваш сын, Аркадий Валерьянович, чрезвычайно любезный молодой человек! – протянула хозяйка дома.
- Я бы сказала – опасно любезный! – проворковала дама в кремовом платье и улыбнулась поручику. Тому достался новый неодобрительный взгляд от сидевшего рядом с ней господина, и ненавидящий – от мальчишки в блузе.
Какие тут непонятные, но интересные отношения!
- Почему сравнение с Кровными Внучками Лели так нравится дамам? – вдруг пробормотала Ариадна.
- May be because… Oh, sorry… Навьерно, патамушт они быть прекрасны. И долго молоды… как альвийски Dames…- ответила похожая на печальную мартышку девушка в платье, смахивающем на упаковочный мешок. Судя по быстрым вороватым взглядам парочки бандиток – та самая мисс Джексон, которой нельзя рассказывать.
- Невелико достоинство! – откладывая книгу, с неожиданной горячностью выпалила Ада. - Они легкомысленные!
- Но они ведь не могут иначе – такова их природа, унаследованная от Лели-Любви. – рассудила молодая дама. – Зато все Лельевичи чудесно поют, рисуют картины, играют на театре… влюбляют и влюбляются, конечно.
- И за это их почитать? – задиристо возразила Ада. - Мне кажется, это несправедливо! Если уж Кровная Знать обладает такими привилегиями, она должна заниматься серьезными делами!
- Ада, ты ведешь себя неприлично. Антония Вильгельмовна, куда вы смотрите?
- Полно, Полина Марковна, ваша дочь кой в чем права. - вмешался стройный и строго одетый господин средних лет. – Многие полагают, что привилегии Кровной Знати… м-м-м, непомерно велики. Мы ценим их былые заслуги, но господа, времена изменились. В наши дни обычная кавалерия, даже с помощью Силы потомков Симаргла, совершенно бессильна перед боевыми автоматонами. А ведь кроме паро-конницы и артиллерия есть…
- Зато в этой самой паро-коннице сплошь Кровные – простому дворянину и не подступиться. – пробурчал поручик.
- Да-с! – господин энергично взмахнул вилкой. – Служилое дворянство явственно ущемляют в пользу Кровной Знати, а так ли велика разница между нами? Учитывая печальный, но, увы, непреложный факт, что Кровная Сила иссякает? – он вонзил вилку в крылышко пулярки. Судя по довольной физиономии, иссякающая Кровная Сила не слишком его и печалила. Или просто пулярка вкусная? Попробовать, что ли…
На тарелку Мите немедленно шлепнулась куриная грудка, будто скользнувшая за спиной Одарка мысли читала. Талант, который и Кровной Знати недоступен.
- Это сосед наш, помещик Лаппо-Данилевский, Иван Яковлевич. Очень влиятельный в губернии человек. – вдруг шепнула Мите Ада. – Алеша – его сын. Они оба… весьма ценят собственное мнение.
 
Митя из-под ресниц глянул на шепчущего Лидии на ушко щеголя. Тот самый Алеша, который не танцует с Алевтиной, а лишь смеется? С Алевтиной и Митя танцевать бы не стал – мала еще. Но смеяться над желаниями барышни… фу, как нелюбезно.