Империя желаний
Густой лиственный лес поражал своими масштабами и сумраком, который не мог рассеять даже летний солнечный день. Прохладный воздух скользил по короткой шерстке, то и дело задувая в большие глаза навыкате. Как же это ужасно – быть ленивцем! Особенно когда вредный пацан сгружает тебя на землю и заставляет идти самостоятельно, а тебе лень. Чисто на одних рефлексах ползешь к ближайшему дереву, чтобы забраться на него и, растянувшись на удобной ветке, вырубиться.
– Священный ленивец! – И столько укора в голосе.
– А-а-а?
– Мы должны идти.
– Ты иди, я догоню. Когда-нибудь…
– Ты ведь обещала помочь!
– Обещала, но сроки мы не оговаривали. Вот отдохну пару деньков – и сразу в путь.
– У нас может не быть пары дней! Вдруг брату осталось жить несколько часов?
– Тогда тем более не вижу смысла спешить, – свесив лапы, сонно пробормотала я.
На меня упал какой-то желудь… или каштан, судя по тяжести. Потом еще один. С мыслью, что выбрала какое-то неправильное дерево, я отползла на другое место. Но и здесь в меня что-то прилетело. Заподозрив неладное, я приоткрыла один глаз. Васёк рыскал в траве, затем, подняв что-то, повернулся ко мне и замахнулся…
– Но-но-но, я все поняла, идем дальше.
С трудом пересиливая лень, я спустилась с дерева и поковыляла к тропинке. Заказчик решил надо мной сжалиться и помог забраться ему на загривок.
– Вась, а Вась, а почему мы к входу в темный лес смогли переместиться, а сразу на остров Волхвов – нет? Что с этим островом не так?
– Не знаю, – натужно ответил заказчик. Видимо, тяжесть ленивца сильно давила. – Бабка Матрёна сказывала, что волхвы просто так никому не помогают. Они все видят и все знают. Смотрят, кто и как себя проявит в темном-темном лесу и на Мертвом озере, а после этого решают, помочь или нет. Поэтому и волшебство здесь никакое не действует… – Я хотела щелкнуть пальцами, но получилось, что только чиркнула когтями (отчего Васёк вздрогнул), однако и этого хватило, чтобы перед нами, радужно переливаясь, засветилась карта местности. – Ну или почти никакое.
– Васёк, нам бы привал небольшой сделать… Перекусить. Смотри, тут на карте поляна видна, давай потихоньку влево забирай.
На подходе к поляне я услышала отголоски гомона, что свидетельствовало о вероятной занятости места.
– Вась, – прошептала я, – подсади-ка меня вон на то дерево, а сам затаись где-нибудь. Я на разведку.
Аккуратно переползая с ветки на ветку, я выдохлась уже на втором дереве. Мне вновь все стало лень, лапы обессилели, глаза слипались. На коготь накололся какой-то листик, и я инстинктивно потащила его в рот. Вкус у зелени оказался приятным, освежающим с кислинкой, так что я потянулась за новым листочком. Интересная в этом лесу растительность оказалась: я словно кофейных зерен пожевала. Чувство лени отступило, зов долга на всех парах потащил меня вперед.
Вскоре я оказалась на краю дивной поляны: густая сочная трава устилала ее, словно ковер. Кустарник, окружавший по периметру, пестрел аккуратными розовыми цветками. Лучи солнца, просачиваясь сквозь листву, расцвечивали воздух в желто-серые полоски. А по центру – вокруг широкого пня – столпилась разная чисть и нечисть и что-то эмоционально обсуждала.
– Сгинем все, ой сгинем! – донесся чей-то писклявый голосок.
– Да погоди ты каркать! – возмутилась молодая стройная навка. – Лесовик, еще раз объясни, что ты видел?
Кряхтя и поскрипывая, с земли поднялся обросший листвой старичок.
– Оно такое все… мохнатое, серое… лапы – во! – Он развел руки в стороны, обозначая размер. – Когти – о-го-го!
Тут Лесовик заозирался, видимо, подыскивая подходящий для сравнения размер, и, внезапно воскликнув «во!», показал всем средний палец, потом перевернул его и скрючил:
– От такие когти.
Я от неожиданности и разбирающего смеха чуть не сверзилась с ветки, в последний момент зацепившись этими самыми когтями. И вовсе они у меня не такие, как показал Лесовик.
– Оно нас сожрет! – дрожащим голосом ужаснулся гриб-переросток.
– А вдруг оно пришло нас защитить? – проскрипел маленький пенек, хлопая большущими глазами. – И поможет справиться с басурманами, нагнавшими страху?
– Лесовик, ты опять ребенка на собрание привел? – Возмущенный вопль заглушил последние слова пенечка.
– А что мне еще было делать? В лесу нынче небезопасно!
– А матери оставить не пробовал?
– Пробовал… Она-то нас и послала… на собрание.
– Жители леса, не те вопросы нынче решаете! – Глухой скрипучий голос прокатился над поляной, заставив всех смолкнуть.
Слушать дальше я не стала, а вернулась к Ваську, чтобы вместе посетить забавное собрание. Когда мы пробрались обратно и вынырнули из кустарника, на поляне добавились новые лица. Откуда ни возьмись появилась небольшая запруда, в которой сидело что-то болотно-зеленое и плескались две девицы.
– Еще у двух русалок рассудок помутился! – всхлипнуло чудо болотное… и вдруг заревело.
Девушки тоже подхватили рев, да так, что самой пойти и повеситься захотелось. Ничего себе тут русалки и Болотник. На Земле повелитель лесных вод был статным мужчиной атлетического телосложения с длинными ухоженными волосами, всегда окруженный своими русалками с модельной внешностью, от красоты которых дух захватывало. А уж какие они вечеринки закатывали!..
В общем, на основании увиденного и услышанного можно сделать первый неутешительный вывод: я оказалась в другом мире, а не в какой-нибудь нашей глубинке. Хотя нервничать раньше времени не стоило. Наверное…
Задание в другом мире хорошо тем, что оплачивается исполнителю по двойному тарифу, но и риск в таких случаях выше – тяжело призывать помощь, если что-то идет не по плану.
– Печально, – вздохнул старичок, – но ничего не поделаешь. Пока зло на свободе, быть беде. И не только в нашем лесу. Поговаривают, что в городах нынче неспокойно, а это что-то да значит. Пустило зло свои корни, и нет теперь спасения. Остается только на чудо уповать да богов просить, чтобы знак ниспослали…
На этой эпической ноте лесные жители увидели нас. Над поляной повисла гробовая тишина, в которой отчетливо был слышан шепот:
– А это можно расценивать как знак?
– Здравствуй, люд лесной, – громко сказал Васёк и поклонился в пояс. – Я – Васёк, а это – священный ленивец, посланный мне в помощь древними силами.
– Здравствуй, храбрец-удалец, осмелившийся отправиться в путь-дорогу через темный-темный лес. И ты, зверь диковинный, на помощь посланный, здрав будь. Я – Боровик, хозяин этой поляны. – Большой мясистый гриб снял свою шляпку и махнул ею в поклоне. – Гостями нашими будьте, хлеб-соль отведайте.
Боровик подвинулся в сторонку, и нам ничего не оставалось, как пройти вперед. Кто-то похожий на кикимору расстилал на траве большую скатерть. Лесные жители неспешно рассаживались вокруг нее, оставив нам место по центру. Раздалось три хлопка, и на скатерти стали появляться блюда, отчего у меня сразу разгорелся зверский аппетит. Но стоило мне протянуть руку к ближайшему пирожку, как я поняла, что организм ленивца к потреблению пирожков не приспособлен. Невероятно захотелось сожрать какого-нибудь кузнечика. Помимо воли вырвался возглас: