Путь Стратега
— Может, покажусь эгоисткой, но рада слышать это. Едва ли у Мелиодана будет еще один шанс. Все пришло в движение. До этого враги готовили на нас силки, а теперь мы топчемся по ним. Слухи ползут по улицам. Рассказывают про огромную орду с Дальнего Севера. Такого не случалось сотни лет. Кто бы не стоял за этим, он не мелочиться. — серьезным тоном произнесла Атна. — Лучше запомнить эту его манеру — устраивать козни с запасом. Признак большого опыта или цепкого ума, знаешь ли.
Мне вспомнился Стилион. Не имеет ли он отношение ко всему происходящему? Уж чего-чего, а выдающихся моральных качеств актуария вполне хватит, чтобы пустить под нож целый регион. Была бы выгода. Но какая она ему от падения Лимеса? Разве что с какими-то шаддинцами спелся.
— Тяжелые дни, да? — прервала Атна неловкое молчание. Я снова забылся. Это ведь не игра и на паузу все не поставить.
— Тяжелые месяцы. — скривился я в болезненной улыбке. — И остальной год не предвещает ничего хорошего.
— Вот здесь ты не совсем прав… — прошептала она, подходя чуть ближе и аккуратно взяв мою ладонь своими.
Взгляд со стороны, но ощущения как обычно. Такая смесь добавила в эту сцену пикантности.
«Нет, так не бывает». — подумала пессимистичная часть меня. — «Сейчас она скажет что-нибудь про дружбу, верность и так далее. На этом все».
— Странно… — с некоторым любопытством произнесла она. — Кожа совсем не грубая. Есть места, но лишь чуть. Обычно у мужчин твоего возраста ладони на ощупь как поверхность камня, а то и дерева. Ты не был солдатом в своем мире?
— Был совсем недолго.
— И ты повел кавалерию в первом же бою? — с некоторым восхищение произнесла женщина, слегка поглаживая мою ладонь. В глазах ее блеснул приятный моему сердцу огонек.
— Как-то так вышло.
— Выживи, пожалуйста. Очень хочется посмотреть, каким ты станешь, пройдя десяток битв. Хорошо?
— Я очень постараюсь.
— Но вернемся к теме. Ладони не воина, но и не писателя. Не могу нащупать мозоли от стилуса или пера. Хотя, возможно, у тебя был раб-писарь.
— Я занимался торговлей.
— Не верю. Хорошие торговцы другие, а то что ты был неумелым в делах не верю.
— В каком-то смысле был караванщиком, правда не ходил с грузами, а лишь прокладывал и просчитывал маршруты по картам.
— Уже похоже на правду. — тепло улыбнулась Атна. — Так значит и сохранил кожу нежной. Впрочем, мои руки мягче. Таков дар богов женщинам. Нас приятно трогать и не только за руки.
Нет. Это уже явно не про дружбу и верность. Дыхание немного перехватило, а во рту стало сухо. С текущего ракурса камеры я заметил, что кое-что начинает топорщиться у меня под одеждой. Похоже заметили это не только мои глаза.
Атна улыбнулась шире и уже не тепло, а жарко.
— И даже среди других женщин меня трогать особенно приятно. — голос ее звучал все более и более томно, а на глаза опустились длинные ресницы. — Как думаешь, почему?
— Лучше сама расскажи… — выдал я с придыханием. Незримый мой взор при этом кружил над Атной.
— Причин много. — похвасталась она. — Во-первых, я из хорошей семьи. Мою кожу не портили жаркое солнце, морозный ветер, уборка и стирка. Всем этим я только руководила. Оцени… — она взяла мою руку и провела по своей шее, спускаясь к ключицам. — Я сытно ем, но не объедаюсь сверх меры. Отсюда у меня мягкие, однако не расплывшиеся формы. — Далее моя ладонь в сопровождении ее рук коснулась груди, подтвердив каждое слово Атны. Мягкая, больше чем у Эйтлин или Касс. — Уже хорошие преимущества, не находишь.
— Да… — выдавил из себя я, чувствуя через ткань набухший сосок.
— Еще в доме есть две очень ловкие служанки, что каждый день заботятся о моем теле. Ложусь нагая в теплой бане, а эти две пташки начинают порхать своими пальчикам от самой моей макушки, до мест более интересных. Стараются убрать каждый изъян, любой грубый участок кожи, делают массаж и удовлетворяют иные мои желания…
Она прервалась, издав тихий стон, из-за того, что я уже всерьез занялся ее грудью.
— Потом они обтирают меня водой с духами. Чтобы пахли приятно не только волосы и шея, а все мое тело… Все до самых глубоких впадинок. Я строго за этим слежу…. Но мы не так долго знакомы, чтобы верить на слово, да? Лучше убедись сам.
— Согласен.
Возбуждение во мне уже закипело. От зрительных образов я переходил к неприличным действиям. Запустил ладонь в ее декольте, пытаясь высвободить хотя бы одну из таких приятных на ощупь и столь красиво разрекламированных грудей.
— Давай только в мою комнату. — вздохнула она, чуть придерживая мою руку. — Приличной женщине не следует обнажаться на балконах. В комнате больше света и кровать.
Не очень разбирая дороги, я ломанулся за Атной, успев по пути подержаться за другие мягкие места. В комнате и правда аж четыре лампы роняли мягкий свет, множимый несколькими зеркалами. Широкая постель покрыта белым. Атна усадила меня на нее, сказав:
— Ты выше меня. Так увидишь больше.
Далее следовал короткий приватный танец при моем активном участии. Атна как бы раздевалась сама, но то и дело подходила, позволяя мне довершить начатое. Спустя совсем чуть-чуть времени снимать было уже нечего. На Атне осталось только жемчужное ожерелье, браслет и сережки. Их я снимать не собирался. Украшения придавали ей вид утонченной аристократичной прелестницы. Если Эйлит напоминала лесную нимфу, то Атна была какой-то более цивилизованной богиней. Она, дразня, покрутилась в центре комнаты, соблазнительно то прикрывая, то снова выставляя свою наготу, а затем шагнула в мои жадные объятья.
В этом мире мне пока везло с женщинами. Атна не стала исключением. Наоборот, она возвела мои ощущения на новый уровень. Мягкая, но страстная, податливая, но игриво строптивая. Она сочетала в себе противоположности, давая им особый синтез чувственности. Я наслаждался ей и был уверен, что она тоже наслаждается мной. Несколько часов моей жизни усилиями этой женщины превратились в изысканный экстаз.
Когда мы лежали уставшие и сонные под одним одеялом, она завлекающе озвучила:
— Сегодня мы не делали ничего особенного. Считай, что познакомились. Я даже губами его коснулась всего лишь раз. Дальше придумаем что-нибудь интереснее.
— Например?
— У меня много затей. Тут бывает скучно и одиноко. Нормальные мужчины на войне. Целые вечера проводишь в фантазиях. И в упражнениях. Если меня чуть подготовить, то на выбор будет не два, а три варианта… Помнишь, я рассказывала, как за мной ухаживают служанки? Не хотел бы посмотреть? Немного поруководить ими? Наверное, мужчине будет интересно наблюдать как знатную даму доводят до почти мучительного экстаза две смуглые рабыни…
— За всех не скажу, но мне интересно.
— Славно. Ты же останешься еще на день-другой.