90-е: Шоу должно продолжаться 8 (СИ)

— Так и здесь, — покивал я.
— Ну да, понимаю, — Стас снова насупился.
— Кстати, у меня для тебя есть работа, — сказал я. — И еще для Кости, наверное.
— Костя дорого берет, — покачал головой Стас.
— Но он хорош? — спросил я. — Валяй, скажи свое мнение, ты точно в этом лучше разбираешься. Он стоит своих денег, или ему просто повезло в струю попасть.
— А что надо будет снимать? — спросил Стас.
— Концерт на «муке», — ответил я.
— Ну… — Стас помялся. — Костя реально неплох, тут ничего не скажу. Но если концерт снимать. И лишние деньги есть, то лучше Вадима Денисовича позвать.
— Это ваш препод? — уточнил я.
— Ага, — кивнул Стас.
— Не, — я покачал головой. — Мне нужны съемки рок-концерта, а не программы «Спокойной ночи, малыши».
— Да не, он нормальный дядька, — Стас снова посмотрел на уткнувшихся к экран моей видеодвойки «ангелочков». Но было заметно, что ему приятно, что я не согласился.
— Слушай, давай так, — я похлопал его по колену. — Смотри, мне нужна идеальная запись с сольника «Ангелов» на «муке». Чтобы и общий план, и крупные планы и все прочие спецэффекты тоже были. И чтобы было современно, если ты понимаешь, о чем я. Там зал отличный, для рок-концертов просто идеальный. Хочется выжать из него визуальный максимум. При этом денег у меня не то, чтобы много, но потратиться на хороший резельтат я готов. Я костиных работ не видел, а вот твои видел, и они хороши. Возьмешься сделать нам красивый концерт?
«Ангелочки» опять громко заспорили. Настолько, что даже отвлеклись и не нажали на паузу.
Я перебежал дорогу и направился к рок-клубу. Фасадом он был повернут на юг, так что крыльцо и тротуар перед ним от снега очистились почти полностью. Почерневшие сугробы остались только за разлапистыми елками.
Ясен пень, на залитом солнечными лучами крыльце тут же материализовалась внушительная тусовка патлатой молодежи. Часть — музыканты из рок-клуба, часть — сочувствующие и поклонники. Чисто внешне они друг от друга мало чем отличались.
Я кивал, дал руки, приветливо улыбался и хлопал по плечам. Большую часть тех, с кем здоровался, по именам я, конечно же, не помнил. Но это как в любой обширной тусовке, особенно в той, где имеются внешние атрибуты соответствия. Длинные волосы, феньки, джинса, кожа, заклепки — значит свой. Может быть, уже виделись на каком-нибудь фесте или концерте. А нет — так в другой раз увидитесь.
Я открыл дверь и нырнул в фойе. После яркого весеннего дня казалось, что там почти темно, несмотря на включенные люстры. Но народу еще больше. Прямо-таки аншлаг. Кажется, весь рок-клуб разом решил посетить плановую лекцию Жени Банкина. Но сдается мне, дело было просто в хорошей погоде. Уставшие от зимы рокеры выползли из своих тусовочных нор и радостно делились планами на грядущее лето.
— … в прошлый раз с поезда ссадили где-то в районе Пуштолово, так они там мыкались чуть ли не неделю. Денег нет, еды нет. Так Колыч там устроил охоту на гуся. Приманил одного, они его на костре зажарили и…
— Так на собаках бы выбрались!
— Ты с дуба рухнул, какие еще собаки? В Пуштолово одноколейка, там только поезда проходные. Один поезд в сутки, стоянка две минуты.
— Это там Колыч плечо сломал?
— Когда они на грузовике перевернулись, ага. Водила был пьяный в дугу…
— А что слышно про «Рокозеро»? Будет в этом году?
— Тихо ты! Еще Банкин услышит, обматерит…
— Да не услышит, у него лекция…
— … открытая сцена на Силикатном…
— Кому надо тащиться в такую дыру?
— Зато туда всех пускают, потому что к ним никто ехать не хочет!
В кафешку выстроилась длиннющая очередь, хвост аж до туалета дотягивался. Причины такой внезапной популярности я понял, когда поближе подошел. Наконец-то до ушлого управляющего дошло, что если в меню добавить алкоголь, то продажи вырастут весьма ощутимо. Вот он и добавил. К стандартным чай-кофе-пирожные добавились пункты «вино столовое», «вино десертное», «портвейн» и «водка». Все это продавали на разлив, явственно не доливая. Но рокеры были не в претензии все равно.
 
«Лицензия на алкоголь? Нет, не слышали», — подумал я. На самом деле, наверное здесь в девяностые тоже была какая-то лицензия, вот только надзором за соблюдением правил никто толком не занимался. У всех были дела поважнее бухающих рокеров.
Я совершил променад по дворцу культуры, заглянул в аудиторию, где вещал Банкин. Убедился, что на лекцию к нему пришло едва ли десять человек. Но ему это не помешало, он стоял на почетном месте лектора и педагога и вещал что-то про извилистый творческий путь группы «Скорпионс». Лицо напряженное, но не ноет и не выскакивает ругаться на засевших в фойе членов рок-клуба, которые вместо того, чтобы обогащаться знаниями, бессмысленно болтают.
На сцене репетировали «Пинкертоны». Не в полном составе. И не пели, а больше состраивали инструменты. Но даже для этого зрелища нашлись зрители — несколько восторженных девчонок, по виду еще школьниц, оккупировали часть первого ряда и глазели на сцену.
«Цеппелинов» было не видать, но мне они сейчас нужны и не были.
Я совершил еще один променад, переходя от одной компании к другой. Узнал чуть больше про это самое «Рокозеро». Оказалось, что сие громкое название присвоили дачному концерту для нескольких гитар и попавших под руки инструментов. И за зиму это мероприятие настолько обросло байками и удивительными историями, что превратилось чуть ли не в «Монстров рока». Некоторой шпионской романтики добавляло и то, что Женя Банкин отнесся ко всем упоминаниям этой вечеринки довольно зло. Так что протестно-настроенные рокеры заранее предвкушали, как они снова соберутся за городом и устроят бунт. В смысле — возьмут гитары и выпивку и как устроят несанкционированный тусич…
Сначала я посмеялся, конечно, но потом подумал, что на самом деле многие мероприятия, ставшие традицией, выросли как раз из таких вот мелких вечеринок, попавших с сводки сплетен. Так что я покрутился еще немного возле парней, обсуждавших «Рокозеро». И даже взял телефон у хозяина дачи, где это все и происходило. Ну да, так все и бывает — сначала на крыльце дачи струны потерзали, потом нашли заброшенный пионерлагерь и устроили концерт на разваливающейся эстраде. Потом решили, что мало, приволокли в лес автобус с колонками, а потом въезд на территорию фестиваля становится устрашающе-платным, участие — жутко рейтинговым, а тот самый первый концерт на крыльце, когда два бухих в жопу волосатика орали «Все идет по плану», а третий подстукивал им на ржавом тазике, — легендарным.
Никогда не знаешь, как все обернется.
На удивление, не слышал разговоров про «Дхарму». То ли сегодня день был неподходящий, то ли рокеры сами по себе потеряли интерес к заморской секте. То ли это уже был повод бить тревогу.
Я сделал вывод, что никаким переворотом в рок-клубе сегодня и не пахнет. Никаких громких высказываний и вотумов недоверия. Тусовка была расслаблена и аморфна.
Значит, можно было без зазрения совести приступать к тому, зачем я пришел, собственно — вербовке на концерт для Француза.
Я выхватил из людского водоворота Крышу, басиста и фронтмена группы «Двери в дурку». Не знаю уж, чем эти полупанки в полукедах привлекли внимание Бобы, но мое дело маленькое, а начать я решил с наименее значимых музыкантов. Ну, чисто чтобы понять, как они в принципе к такой перспективе относятся.
— А, здорово, Велиал, — рассеянно сказал Крыша, глядя мимо меня. Не на кого-то конкретного, просто у Крыши расходящееся косоглазие, и когда с ним разговариваешь, то все время возникает ощущение, что он смотрит тебе за спину и куда-то вбок. — Слушай, помнишь, мы тогда говорили насчет «Фазенды»…
— Погоди насчет «Фазенды», Крыша, — отмахнулся я. Честно, вот вообще не помнил, чтобы мы с ним обсуждали хоть какие-нибудь вопросы. Как по мне, так мы вообще больше, чем «привет-пока», ни разу друг другу не сказали. — Дело есть. Как насчет поучаствовать в концерте на днюхе одного уважаемого человека?