"Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Сегодня я видел красную вспышку, — сказал я по дороге. — Это длилось всего мгновение, и мне не удалось вызвать её снова.
— Как это случилось? — спросил Сяолун.
— Я подпитывался от Родника.
Старик кивнул.
— Логично. Хорошо, что вы её увидели. Это говорит о вашей восприимчивости. Обычно люди запада ею не обладают.
— У меня есть небольшой опыт в медитациях. Возможно, дело в нём.
— Всё может быть, — легко согласился Сяолун. — Вот мы и пришли. Сядем.
Он опустился на деревянный пол, подвернув под себя ноги. Я расположился рядом.
Перед нами простиралось изумрудное море, за которым виднелись частично скрытые дымкой горы. Небо было чистым, без единого облачка. Я вдохнул свежий прохладный воздух.
— Закройте глаза, — велел Сяолун.
Когда я опустил веки, он положил руку мне на лоб. Прикосновение было едва ощутимо, но вскоре стало чувствоваться тепло. Оно распространялось по лицу, проникая под волосы и дальше — в череп.
Вдруг я увидел в своей груди распускающийся алый цветок! Он походил на лотос с медленно разворачивающимися лепестками. В его сердцевине пульсировал огонёк. Чем дольше я на него смотрел, тем сильнее ощущал, что могу влиять на него. Сосредоточившись на этом, я попытался мысленно замедлить его мерцание. К моему удивлению, через некоторое время получилось: искра стала вспыхивать реже, а затем и вовсе превратилась в стабильный огонёк. В тот же миг я увидел другой — прямо перед глазами. Он неуверенно дрожал, норовя погаснуть, но всё же не исчезал.
— Достаточно, — донёсся голос Сяолуна.
Он заставил меня слегка вздрогнуть от неожиданности. Открыв глаза, я взглянул на него.
— Что вы видели? — спросил старик. — Я почувствовал, как ваш грудной узел стабилизировался. Впервые вижу такой успех всего лишь на второй день. Это просто поразительно!
Я описал всё, что видел. Сяолун слушал, качая головой. Вид у него был озадаченный. Когда я закончил, сказал:
— Это слишком быстро. Лучший результат стабилизации первого узла, о котором я слышал — восемь дней. Возможно, никому доселе не удавалось сделать то, что получилось у вас, господин Бэй!
Я развёл руками.
— Даже не знаю, что на это ответить. Возможно, мне просто повезло.
Сяолун снова покачал головой.
— Не думаю. У подобных вещей должна быть причина, — он внимательно взглянул на меня. — Не может ли быть так, что вы уже открывали узла, но затем по какой-то причине они закрылись?
— Уверен, что запомнил бы это, — ответил я. — Нет, вы мой первый учитель в этой области.
— Что ж… Тогда, наверное, мне остаётся лишь поздравить вас, господин Бэй, — помолчав, проговорил Сяолун. — Вы на удивление способный ученик. Но на сегодня хватит. Всё и так происходит слишком быстро.
Он легко поднялся, несмотря на возраст. Я тоже встал.
— Прогуляюсь по саду, — сказал старик. — Мне нужно подумать.
Поклонившись, я отправился назад, оставив его в одиночестве, но до дома не дошёл: через пару минут дорогу мне заступила Мейлин. Вид у неё был крайне недовольный.
— Как вы посмели заставлять отца заниматься с вами⁈ — выпалила она, уперев руки в бока. — И зачем вам это⁈ Вы ведь не китаец! Всё равно бросите!
Я остановился, смерив её взглядом с ног до головы, что вызвало у девушки вспышку ярости в глазах.
— Оставьте его в покое! — прошипела она, с трудом заставляя себя сдерживать крик. — Слышите⁈ Иначе я заставлю вас пожалеть даже ценой своей жизни!
Не дожидаясь ответа, она развернулась и исчезла в кустах, из которых появилась.
  
Глава 22
 
Проводив девушку взглядом, я двинулся дальше и вскоре был возле дома. Матвей сидел на плетёном кресле, выстругивая из маленького бруска какую-то фигурку — была у него такая привычка. Предавался он ей нечасто, по крайней мере, на моих глазах, но успел собрать за несколько лет немалую коллекцию. Теперь, правда, она осталась в России.
— Что это? — спросил я камердинера.
— Пока ничего, ваше благородие, — отозвался тот. — Но должна быть лисица.
— С чего это ты решил выстругать лисицу? — удивился я.
 
— Поболтал с вашей гостьей, Юшен. Она отлично осведомлена о местной мифологии. Рассказала про нескольких китайских существ, обитающих в Пустоши. Особенно её интересуют хули-цзин, оборотни, которые могут оборачиваться лисами. Вернее, наоборот, — сделав паузу, добавил Матвей и аккуратно снял с деревяшки очередную стружку. — Она вам не рассказывала?
— Нет. Мы мало успели пообщаться.
Камердинер поднял на меня взгляд.
— Юшен утверждает, что эти создания способны здорово помочь тому, кому удастся их пленить.
Я пожал плечами.
— Вполне возможно. Но кому придёт в голову это делать, верно?
— Вот уж не знаю, ваше благородие. Девушка рассказала пару историй, в которых хули-цзин чуть ли не правили Китаем. Исподволь, разумеется. Вот только ничем хорошим для тех, кому они помогали, это не кончилось.
— Это она так сказала?
— Ну, Юшен выразилась несколько иначе. Но смыл был именно такой.
— Я рад, что вы нашли общий язык, старик. Как она тебе, в целом?
Матвей снова взялся за брусок.
— Смотря, в каком качестве, господин. Девушка она, конечно, обаятельная. Даже слишком. Я почти попал под её чары.
— Почти? — насмешливо переспросил я.
Камердинер кивнул.
— Именно. Словно в какой-то момент она передумала… кокетничать со мной.
Умница. Вспомнила запрет соблазнять мужчин в поместье триады.
— Нужен ты ей, — сказал я, улыбнувшись. — Старый развратник.
— Вы несправедливы, господин, — покачал головой Матвей. — У меня и в мыслях не было приударить за ней. Она мне в дочери годится. На вид.
— Не было, значит?
— Не было, пока в какой-то момент я друг не понял, что не столько слушаю, что она говорит, сколько любуюсь ею. Где вы её нашли?
— Вроде, я уже сказал, что тебя это не должно интересовать.
Камердинер вздохнул.
— Меня интересует всё, что с вами происходит, господин.
— Ладно, я это ценю. Но с Юшен лучше особо не треплись.
— Почему? Она опасна?
— С чего ты взял?
Старик пожал плечами.
— Ваше благородие, вы ведь не в Пустоши её встретили? Скажите, что не притащили в дом существо, изменённое кровью титанов.
Он говорил спокойно, однако в его голосе чувствовалось напряжение.
— Например, кого? — спросил я.
— Не знаю. Мутанта? Или хули-цзин?
Однако! В проницательности старику не откажешь. Правда, и Юшен хороша — завести разговор о лисицах-оборотнях.
— А если и так? — спросил я, оглядевшись, чтобы убедиться, что наш разговор никто не слышит.
— Будьте осторожны, ваше благородие, — ответил камердинер, бросив на меня быстрый взгляд. — Не играйте с огнём.
Я вздохнул. Большую часть жизни я именно этим и занимался.
— Не беспокойся, старик. И ни с кем не делись своими предположениями.
Матвей кивнул.
— Как прикажете. Просто… В общем, не лучше ли мне присматривать за вашей гостьей?
— А ты уверен, что сможешь устоять перед её чарами?
Камердинер задумался. Рука с ножиком замерла над недоделанной фигуркой.
— Не знаю, — ответил он, наконец.
Я положил руку ему на плечо.
— Не забивай себе этим голову, дружище. Это моя забота. Тебе не о чем беспокоиться.
Взглянув на меня, Матвей нехотя кивнул.
— Как скажете, ваше благородие. Как скажете, — чиркнув по фигурке, он глухо выругался и отбросил заготовку в сторону. — Снял лишка. Этого уже не исправить. Придётся начинать заново.
Я уже собирался зайти в дом, как меня окликнул знакомый голос. Обернувшись, я увидел спешившего от большого дома Пенгфея.
— Господин, вас зовут! — крикнул он, приближаясь. — Мне велено вас проводить.
— Кто, господин Ма?
Парень кивнул.
— Ну, пойдём.
Мы двинулись к дому и вскоре оказались в холле, а затем прошли через небольшую анфиладу комнат и остановились перед приоткрытой дверью.