Измена. Попаданка в истинную (СИ)

Эдгар, который сидел неподалёку, снова бросил на нас взгляд.
— Коты обычно ведут себя спокойно в таких ситуациях. Даже измененные. Он как будто что-то понимает, — задумчиво сказал он.
— Барсик всегда был особенным, — улыбнулась я, стараясь уйти от темы. — Может, это просто его способ справляться с тревогой.
Эдгар пожал плечами и вернулся к своим размышлениям, но я видела, что его внимание всё ещё приковано к моему другу.
Так с небольшими перепалками, почти без разговоров мы прошли три дня пути.
На закате третьего дня, когда мы наконец достигли границы, я ощутила смесь усталости и облегчения. Мы были почти дома, и это было важно для нас всех. Барсик, чувствуя, что наша миссия близится к завершению, наконец-то успокоился и устроился у меня на коленях, зная, что скоро мы избавимся от лишних глаз и он сможет нормально с нами общаться.
Эдгар подошёл ко мне, его взгляд был тёплым и благодарным.
— Мы сделали это, — сказал он тихо, — Спасибо, что была рядом.
— Спасибо тебе, Эдгар, — ответила я, чувствуя, что за эти три дня мы все стали немного другими, чуть ближе друг к другу и чуть сильнее.
  
57
 
Мы вернулись на приграничную зону, где располагался лагерь военных. Когда мы подошли к воротам, я ощутила облегчение — наше первое задание выполнено, да еще и успешно.
Барсик, поняв, что можно немного расслабиться, слез с моих колен и побежал вперед, весело махая хвостом. Эдгар шел рядом со мной, его шаги были уверенными, но взгляд оставался настороженным.
— Нам нужно доложиться капитану Моралу, — сказал Дойл, направляясь к штабу.
Мы вошли в большой палаточный комплекс, где кипела жизнь. Солдаты занимались своими делами, проверяли снаряжение и готовились к очередной ночной смене. Увидев нас, многие из них остановились и проводили взглядами, отмечая наше возвращение. Мы шли к центру лагеря, где находился штаб капитана.
Капитан Морал встретил нас у входа, его лицо расплылось в широкой улыбке.
— Ну наконец-то! — воскликнул он, подходя к нам и крепко пожимая руки. — Живы и здоровы! Это самое главное. И не удержавшись обнял Дойла.
— Спасибо, капитан, — ответила я, чувствуя, как усталость наконец начинает отпускать. — Мы не одни, у нас двое с пропавших групп.
Наконец-то Морал обратил внимание на наших спутников.
— Стон! Живой, Слава всем Богам, а другие как, что случилось? — сыпал он вопросами, помогая раненому солдату спешиться.
Стон печально помотал головой. — Это был новый вид, мы о таком даже не слышали, бойтесь тумана, с ним приходят они, никого не осталось, капитан Морал, никого!
— Проводи его в санчасть, — сказал Морал Дойлу, — Я зойду к тебе Стон, постарайся вспомнить все, нам нужны подробности.
— А это кто с вами? — кивнув уже в сторону Эдгара, с подозрением спросил Морал.
Эдгар выдвинулся, вперед оставляя, нас позади и приподнял капюшон, так чтобы капитан видел, с кем говорит, но оставаясь неизвестным для нас.
Морал вытянулся по стойке, он был удивлен, я бы даже сказала шокирован.
— Спокойно капитан, — остановил его Эдгар, от почестей, — я здесь инкогнито, — и снова набросил на глаза капюшон.
— Лиза забирай свою команду, и идите отдыхать, через сутки новое задание, — отправил нас подальше Морал, чтобы мы не мешали ему поговорить с Эдгаром.
Но все же часть разговора, нам удалось услышать, точнее не нам, а Барсику.
— Он так и сказал, мряу, мы ждали вас неделю назад. А Эдгар ему на это заявляет, что его дракон слаб и больше не может летать, и у него было экстренное приземление в гиблых землях. — рассказывал нам Барсик. Когда мы уже разложили палатку и даже успели перекусить. — Представляете мряу, мы с ним еду делили, а он скрывает что-то. — нервничая, Барсик начинал по привычке мяукать.
— Успокойся Барс, мы же тоже от него многое скрываем, он так и не узнал, что ты говорящий например.
— Не смей его защищать, Лиза, я из-за него чуть говорить не разучился, думал совсем отупею, пока приедем, буду ходить мау, да мяу.
— А вы что об этом думаете? — обратилась я к друзьям
 
Маркус нахмурился, обдумывая услышанное.
— Эдгар явно что-то скрывает. Дракон — это серьёзно. Если он действительно связан с драконом, нам нужно быть очень осторожными.
— Я не думаю, что он наш враг, — вмешался Гвен, мой брат. — Он помог нам, когда это было нужно, и не показал себя с плохой стороны. Но всё равно, лучше быть на чеку.
— Согласен, — добавил Дойл. — Пока мы не узнаем больше, нам нужно быть бдительными. Но сейчас самое главное — отдых. Мы все устали.
Я кивнула, соглашаясь с друзьями. Мы все нуждались в отдыхе после трёх дней пути. Барсик, казалось, тоже успокоился и теперь лежал рядом, свернувшись калачиком.
— Хорошо, — сказала я, оглядываясь на свои уставшие, но верные лица. — Давайте отдохнём.
Все разлеглись спать, а я решила проверить, как поживает мой верный конь Грозный, и прихватила ему яблочко, полученное на полевой кухне.
Лагерь постепенно погружался в тишину, и лишь редкие голоса нарушали спокойствие ночи. Я направилась к загону, где стояли наши лошади. Грозный, мой чёрный жеребец, выросший рядом с гиблым лесом, всегда был особенным. Его силуэт чётко выделялся в лунном свете.
— Привет, мой хороший, — тихо прошептала я, подходя к нему с яблоком. Грозный поднял голову и посмотрел на меня своими умными глазами. Я погладила его по шее, ощущая под пальцами тепло и силу его мышц. — Вот, держи, заслужил, — сказала я, протягивая ему яблоко.
Грозный с удовольствием принял угощение, и я наблюдала, как он аккуратно пережёвывает фрукт. Его спокойствие передавалось и мне, и на мгновение я забыла обо всех заботах и тревогах.
Вдруг я услышала шаги за спиной и обернулась. Эдгар стоял на расстоянии, наблюдая за мной и Грозным. Его фигура казалась ещё более загадочной в свете луны, и я невольно почувствовала лёгкое напряжение.
— Ты тоже решил прогуляться? — спросила я, стараясь скрыть удивление.
— Хотел проверить, всё ли в порядке, — ответил Эдгар, подходя ближе. — Ты заботишься о своём коне. Это хорошо.
— Он заслуживает самого лучшего, — сказала я, гладя Грозного по шее. — Он был рядом со мной в трудных моментах.
Эдгар кивнул, его взгляд стал мягче.
— Хорошо иметь верного спутника, — сказал он тихо. — Особенно в такие времена.
Мы стояли рядом с Грозным, и тишина ночи окутывала нас. Я чувствовала, что между нами устанавливается что-то вроде понимания, хотя слова не всегда были нужны.
— Эдгар, — начала я, раздумывая, стоит ли спрашивать. — Твой разговор с капитаном… О чём он был? Ты что-то скрываешь?
Эдгар посмотрел на меня, его глаза блеснули в лунном свете.
— Лиза, есть вещи, которые я пока не могу раскрыть, — ответил он после паузы. — Но знай одно: я здесь, чтобы помочь. И я рад, что встретил вас.
Я кивнула, понимая, что на большее объяснение пока не стоит рассчитывать. Но его слова дали мне уверенность, что мы можем доверять друг другу, даже если не знаем всех секретов.
— Спасибо, Эдгар, — тихо сказала я. — Мы тоже рады, знакомству с тобой.
Он кивнул, и мы ещё немного постояли рядом, наслаждаясь тишиной ночи. Затем я вернулась к своей палатке, ощущая, что этот разговор немного приоткрыл завесу таинственности, окутывающую Эдгара.
Барсик уже устроился на моём спальном месте и тихо мурлыкал, видимо, решив, что сегодня его нервное напряжение исчерпано.
— Спокойной ночи, Барсик, — прошептала я, укладываясь рядом с ним. Он прижался ко мне, и я почувствовала его тепло.
  
58
 
Ночью мне снился гиблый лес. Сон был настолько ярким и реалистичным, что, проснувшись, я не сразу поняла, что это был всего лишь сон.
Я стояла посреди тёмного, мрачного леса. Вокруг меня росли высокие, скрюченные деревья, чьи ветви напоминали костлявые руки, тянущиеся к небу. Листья шуршали под ногами, создавая зловещую симфонию. Лес был окутан густым туманом, который стелился по земле, словно плотное молоко, и я едва видела свои ноги. Вдалеке раздавались уханья ночных птиц, и казалось, что за каждым деревом прячется что-то неведомое и опасное.