Орканутый (СИ)

Так что теперь я не могу позволить себе менять «респауны» в орков. Чем чаще я это делаю, тем дольше мне придется остаться зеленым и несимпатичным.
Я ввел иерархию. Отныне я — Заместитель Бога. Шаман — заместитель заместителя Бога. Гномы Бори и Гурон — главный инженер и специалист по охране труда. Гурон действительно ходил и смотрел, чтобы никто не убился. Зеленые работяги могли сломать позвоночник, насаживая на костяной крючок червяка. Что уж говорить об обучении стрельбы из лука.
Джыр — начальник производства и по совместительству начальник охраны. Дрек и Шикорд — завхоз и его заместитель. Кая — моя секретарша и любовница. Тхорк — заведующий архивом и самый умный перец, с которым никто не хотел разговаривать. Орчиха уже начала лечить его глотку, но получалось пока с трудом. Больно маленький у Каи кувшин. Эльф Эльдарион — главный добытчик оленины. Не знаю, как это называется по-современному.
Старый Букль был красавчиком кулинарии. Просто Сомой из аниме «В поисках божественного рецепта». Я понял, как он умудрился двадцать три года выжить у орков. Старый повар мог из говна слепить кекс с ароматом лайма. В его рецептуру порой входили такие ингредиенты, как… камень. Да-да, он ходил и скрябал желтый налет на влажных скалах, а потом добавлял его в свои блюда. После того, как я увидел старика, ковыряющегося в потрохах бобра в поисках какой-то «струи бобра», я перестал интересоваться его кухарством. Вкусно и ладно, а меньше знаешь — крепче спишь.
Пока что поселение жило и развивалось. Люди занимались добычей рыбы и собирательством, эльф мог завалить несколько оленей за день, а гномы планировали и строили. Нас никто не тревожил, и только благодаря этому мы выжили. Надеяться на деревянные стены не приходится. Спасут разве что от гоблинов и диких зверей.
Но самое интересное, это культура орков. Мы с шаманом разработали целую систему перезаписи мышления и стереотипов, ввели простые, но эффективные правила поведения, и дикая и глупая раса стала преображаться. Они стали учиться. Учиться держать в руках не только топоры, да члены, но и думать не головкой, а головой. Как я и обещал, я извинился и пожал руки каждому рабу. Это посеяло некоторую смуту в «Зеленых Анакондах», но и зародило зерно… изменений. Больших изменений.
— Чего-то не хватает? — оценивающе смотрел я на свое поселение со скального выступа. Гномы три недели долбили тут камень и теперь скала стала моей СТЕНОЙ из Игры Престолов.
— Может лучников? — предположил Джыр. — Все сделали, а толку? Эльф не учит. Не делает луки. Нужно идти в человечью деревню. Эльфы рано или поздно доберутся и до нас.
— Ты прав. Но я имею в виду внизу, — ткнул я пальцем на поселенцев.
Работа кипела. Никто не просиживал. Даже дети работали. Их нагрузили легкой работой — рубить дрова, выкорчевывать пни, копать ямы. А то надорвутся.
— Много чего не хватает, Вождь, — ответил мой начальник производства. — Гори и Дрек жалуются, что с одними топорами много не построишь. Они делают… как это называется… сруб. Но нужны гвозди, молотки, пилы… Инструменты, в общем. Дом Вождя… то есть общинный дом, еле стоит, а ограда — просто вкопанные столбы. Я уж не говорю про подъемник. Не самая надежная штука, как говорят гномы.
— Да уж, — вздохнул я. — Похоже придется идти в свет. А это палево. Кораблей больше не проходило мимо?
— Нет, Вождь, — покачал головой Джыр. — Видимо, им тоже не понравилось, что мы их видели.
— Срань Асмодеева! — выругался я. — А ведь так на них рассчитывали. Что с едой?
— Пока нормально. Но дичь вокруг рано или поздно кончится и разбежится. И сезоны дождей здесь говорят такие, что не находишься. Через полгода начнутся.
— Река не выйдет из берегов?
— Кентавряша говорит, что нет.
Я задумался. Что бы еще такого спросить у своего верного приспешника.
— Послезавтра взвоет мой внутренний зверь, — сглотнул я неприятный ком.
Ощущения, что я не в оборотня превращусь, а перенесу операцию на простате. Стремно как-то…
— На этот раз не вырвешься, вождь, — обнадеживающе пообещал Джыр. — Ах да, забыл сказать…
 
— Да? — посмотрел я на орка, напрягая ягодицы. Вот прямо чувствую плохие новости.
— Один орк пропал. Брык. Вчера.
— Вчера?! — гаркнул я. — А сказали сегодня?!
— Ну-у… — приуныл Джыр. — Забыли что-то…
— Нихера себе забыли! У нас всего двадцать три зеленых мужика. Не двадцать три миллиона! Какого!.. Рассказывай!
Только я про себя похвалил зеленое стадо, а они бац — потеряли орка, и как-то этот момент упустили за ужином.
Орк пропал в лагере. Не где-то на охоте, а просто исчез за стенами нашей общины. Тревогу подняла его жена. Точнее, она зевнула, спросила, где ее суженый, а потом гыкнула «ну ладно» и пошла спать. На это вроде и обратили внимание, перетерли парочкой слов, а потом забыли. Двумя словами — орочьи устои.
— Вампир что ли объявился? — спросил я.
Ну а кто еще это может быть? Пора бы уже. Месяц тут на расслабоне живем.
— Шаман говорит, что нет, — покачал головой Джыр. — Кентавряша тоже его не чувствовала.
— Они тоже знали и ничего мне не сказали?! — взбеленился я.
Ладно. Дыши ровно, не красней-не зеленей. Шаман тоже орк, хоть и умный. Это как узбек, всю жизнь евший по традиции плов руками, приехал в Японию и остолбенел от вида белого риса и двух палочек. Вроде и то, и другое — устои двух обществ. Так и тут. Шаман умен, но не лишен мышления зеленой нации.
— По-любому вампир высший, вот и не палится, — успокаивал себя я. — Ты мало фильмов смотрел. Ладно, спустимся, я сам поспрашиваю.
Спуск был недолгим. Скала хоть и неприступна со всех сторон, но не слишком высокая. Этажей так на пять-семь. Первым делом опросил шамана.
— Я обращусь к духам, молодой вождь. Они должны знать ответы.
Пока шаман «общался с духами», я нашел Кентавряшу, лежащую на боку и жующую травинку. Нет, не гриб. Единственное существо, не облагаемое трудом. Она была, своего рода, талисманом. Орочьи дети от нее тащились, да в принципе, как и все остальные. Седлать себя правда не давала, гадина. Что уж говорить про плуг. Для всех до сих пор тайна, как Эльдарион умудрился допроситься ее конских волос.
— Тебя так и не рассмешил никто? — по приколу спросил я.
— Не.
— Удивительно, — хмыкнул я. — Что там с пропавшим орком?
— У?
— Есть идеи, что с ним? Вампир?
— Да не-е, — лениво протянула Кентавряша. — Феи. Я же предупреждала. Не шумите.
— Эээ, а что раньше не сказала?
— Так не спрашивали…
Феи. Тварюшки, размером с мелкого котейку. Они выглядят как жабы на ножках, с зубами-иглами и прозрачными крыльями. Пользуются магией иллюзии, придавая себе привлекательный вид. Эдакая мелкая сука или суккубка, заманивающая миниатюрной попкой и ножками, а потом рвущая глотку. Говорят, они обездвиживают жертву ядом, а потом отсыпаются в прогрызенном животе, пока жертва еще жива.
Орка нашел Элик. Внизу по течению реки, у примыкающей и уходящей в воду, стене. Обглоданный, покусанный. От пальцев остались один торчащие фаланги, вместо глаз — дыры. А пузо действительно распорото. Когда Джыр подошел к телу, в животике у трупа что-то ожило, зашевелилось. Кроваво-поносный фонтан предшествовал мясному взрыву. Во все стороны разлетелись маленькие, измазанные в дерьме и крови, пикси.
Драпали мы знатно! Ох, последний раз я так ноги уносил, когда в осиное гнездо воду влил с друганом. Мерзкие гниды кусали нам задницы, но и мы дерьма нанюхавшиеся. Одну тварь я схватил на лету и на инстинктах раздавил в кулаке. Переломанное жабье тельце прилипло внутренностями к моей ладони.
 
— А-а-а! Какая мерзость! — орал я, тряся рукой словно ошпаренный.
Маленькие потрошки и жабьи ошметки летели во все стороны, но мне было пофиг. Избавиться от проклятой гадости!
Стая гнид разлетелась, когда к нам подоспело орочье подкрепление.
— Что?! — орал я им вслед, потирая укусанные бедра. — Зассали куча на кучу? Только по одному крутые, да?! Аша! Ты где?!