Избранница Дикой Охоты (СИ)
— И как мне освободить вашу богиню? — хмуро спросила я.
— Убить повелителя Дикой Охоты.
Час от часу не легче! Я сжала виски обеими руками, боясь, как бы голова не раскололась на части от информации. Мало того, что меня выдают замуж за этого повелителя, так теперь ещё его и пристукнуть надо умудриться?
Я нервно хихикнула:
— По-вашему, это легко?
— Только ты можешь это сделать, — спокойно повторила девушка. — Ты единственная, чей Призыв не подчиняется ему и его всадникам.
Опять эта ересь про магию… Хотелось затопать ногами, причитая, что никакого призыва у меня нет, но усилием воли я заставила себя взглянуть правде в глаза. Вчера я вызвала огонь, сегодня позвала хоть кого-нибудь — и вот разговариваю с кем-то типа феи. Осталось только понять, как это работает.
— Что это такое — Призыв? — спросила я, обессиленно привалившись к стволу дуба. — Что тут вообще происходит?
— Призыв — сила этих земель, — просто ответила девушка, но, заметив мой взгляд, продолжила: — Раньше ей обладали многие жители Алатрута: знать в большей степени, простолюдины — в меньшей, но всё же. Когда сюда пришли паломники из Хельгланда со знаменем Создателя и новым даром, люди приняли их настороженно, но не стали истреблять новую веру. Подумали, что места хватит всем. — Она горько усмехнулась. — Но один из людей, лорд Водан, предал Триединую. Он обменял свой Призыв на дар Создателя — Подчинение, сковал Богиню и заточил её в озере. Он стал первым повелителем, а присягнувшая ему знать, согласившаяся отдать Призыв взамен на Подчинение, стала его свитой, Дикой Охотой. С тех пор уже двести лет как всадники отбирают по всему Алатруту одарённых мальчиков и девочек для того, чтобы увеличивать мощь Подчинения на нашей земле, а повелитель обязан брать себе в жёны деву с Призывом — ведь только так он может удерживать Богиню в её темнице, а всех нас погружать в забвение.
Девушка умолкла. Всё это время она смотрела в упор, чуть склонив голову, и словно бы запоминала каждое движение мышц на моём лице. Я поспешила отлипнуть от дерева, чтобы сделать несколько шагов по берегу пруда — так неуютно становилось от её взгляда.
— Но как… Я не смогу никого убить, вы ошиблись, — тихо, но твёрдо сказала я, пнув попавший под ногу камешек.
— Сможешь. Пройди церемонию, а в ночь после неё отними дар и жизнь предателя. Тебе нужно только пожелать.
От её спокойного тона по спине пробежали мурашки. Что это за магия такая, которая одним словом может отправить неугодного в могилу? Я повернулась, чтобы возразить, но у корней дуба никого не было. Существо исчезло также внезапно, как и появилось, не оставив ни следа в грязи.
— Но как мне вернуться домой?! — отчаянно закричала я в тяжёлое от туч небо.
— Освободи Богиню, и она отправит тебя обратно, — был мне ответом шёпот дубовых ветвей.
Снова зашумел ветер, закачались деревья, тучи стремительно почернели, где-то за спиной сверкнула молния, бросив яркий отсвет на застывшую гладь пруда. Громыхнул гром.
Внезапная волна первобытного страха сковала всё тело, даже дышать стало тяжело. Я заставила себя сделать один шаг, второй и бросилась обратно к ступеням в скале. Увидеть других людей, укрыться у огня — всё это вдруг стало невероятно важно.
С колотящимся где-то в горле сердцем, я так быстро взбежала к замку, что аж в боку закололо. Натянув капюшон до самого носа и опустив голову, я пошла через двор, стараясь успокоить расшалившиеся нервишки.
Чем больше вокруг было людей, тем быстрее отступал страх. Я даже успела пожурить себя за несвойственное малодушие, как врезалась в спину взявшегося из ниоткуда мужчины в чёрных как ночь доспехах.
— Прошу проще… — Слова застряли в горле, стоило мне поднять на него взгляд.
Он держал в руках только что снятый шлем, алый плащ развевался за спиной. Мужчине можно было одновременно дать и шестьдесят, и тридцать лет — настолько не вязалось гладкое худое лицо с обильной сеточкой морщин вокруг глаз. Светлые с проседью волосы только усиливали этот контраст. Лицо искривила презрительная усмешка, когда он оглядел меня с ног до головы.
— Моя невеста, полагаю? Вот мы и встретились.
Глава 5. Не мой жених
Сказать, что я испугалась — значит несколько преуменьшить чувства, захлестнувшие меня в тот миг. Отшатнувшись, я с трудом подавила отчаянное желание развернуться и снова сбежать. Сердце подскочило аж в горло, когда я невольно приблизилась к огромному вороному коню своего суженого. Животные фыркнуло, тряхнуло длиннющей гривой, скосив на меня багряный злой глаз. Меня бесцеремонно дёрнули обратно: в ту же секунду там, где была моя рука, щёлкнула пасть.
— Ну-ну, Рутших, спокойно. Не оставь меня без жены раньше времени, — с усмешкой обратился к коню предводитель Дикой Охоты, не забывая следить за моей реакцией.
От этих слов мороз пробежал по коже. Вокруг негромко засмеялись. Только сейчас я заметила, что оказалась окружена ещё десятком мужчин в таких же чёрных доспехах. Они спешивались с одинаково вороных коней, снимали шлемы, внимательно оглядывались, словно оценивая обстановку перед битвой.
— Повелитель Хейдрек! Как я рад вас видеть!
Лорд Эдвин уже спешил к нам через двор, стараясь выглядеть почтительно, но не испуганно. Дитмар из-за его спины аккуратно рассматривал всадников, то и дело опуская взгляд. Нахальство «братца» поубавилось, теперь он не выглядел так самоуверенно, как утром.
Только когда подбежавший лорд склонил голову в приветственном поклоне, люди вокруг словно очнулись. Рыцари преклонили колени, крестьяне и слуги уткнулись лбом прямо в грязь. Никто не хотел встречаться взглядом со всадниками.
Повелитель Дикой Охоты повернулся ко мне, по-прежнему застывшей на месте. Он явно ждал реверанс, но я не могла заставить себя согнуться. Всё моё существо будто задеревенело. Я смотрела в его холодные глаза и видела в них приговор. Уж не знаю, что случилось с предыдущей женой, ясно одно: рядом с ним мне не жить.
— Ваша дочь на редкость упряма, лорд Эдвин. Вы описывали её совсем иначе. Уж не пожалею ли я о своём выборе? — Хейдрек небрежно отпустил мою руку, жестом веля «батюшке» сопровождать его.
— Прошу прощения, повелитель. Агата попросту ошеломлена вашим внезапным появлением. — Отец бросил на меня яростный взгляд, от которого я непременно бы обратилась в кучку пепла, умей он воспламенять одним лишь желанием.
— Как и некто, сумевший дважды Призвать? — Ледяной тон Хейдрека пригвоздил отца к месту.
Лорд Эвин непонимающе нахмурился, переглянулся с Дитмаром.
— Прошу прощения, повелитель, — снова повторил он с покорностью в голосе. — Не представляю, кто бы сумел Призвать, минуя ваш запрет…
— Оставьте оправдания, — отмахнулся Хейдрек. — Мои всадники проверят замок.
— Да-да, всенепременно окажем вам помощь…
Мужчины направились внутрь, всадники последовали за своим повелителем, а люди вокруг начали оживать. Конюхи робко приблизились к лошадям прибывших, подталкивая друг друга, и мялись бы так ещё долго, если бы Дитмар не прикрикнул на них.
— Поторапливайтесь, олухи! А ты… — Брат навис надо мной, сжав руки в кулаки. — Не смей перечить повелителю, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Если из-за твоего поганого характера сорвётся помолвка, я лично протащу тебя голышом через все наши деревни, чтоб усмирила свою непомерную гордость.
Щёки обдало жаром, но это был не стыд или страх. Так со мной никто не разговаривал с самого детства: родители себе подобного не позволяли, Николай пару раз пробовал, но тут же получал отпор. Я не стеснялась пускать в ход кулаки, а потом научилась отвечать словами так, что Коля бледнел, серел, но продолжать ссору уже не желал.
Чувствуя, как ярость заволакивает мозг, я сжала пальцы в кулаки, вздёрнула лицо к брату и прошипела не менее угрожающе:
— Только попробуй, братец, посмотрим, как у тебя это получится.
Нарываться ещё больше в моём положении было неосторожно, но и спускать такое обращение с собой я никому не могла позволить. Если у Дитмара это проходило с предыдущей Агатой, то у меня имелись для него неприятные новости.