Брат жениха. Он хочет меня (СИ)

— Мою дочь, — просто ответил он.
Нервно сглотнула и сжала ручку двери, не позволяя ему войти.
— Твоих дочерей тут нет, ясно? Алиса только моя.
— Ясно, — кивнул он.
Секунда, и он вдруг схватил меня за талию и просто оторвал от двери и от пола.
— Марат, с ума сошёл?! — вцепилась в него от страха. — Ты что творишь?
Он не ответил. Пронёс меня по коридору и отставил в сторону, словно я просто какая-то преграда в виде мебели, которая мешала ему пройти. Пошёл в комнату.
— Куда? — бестолково шла я за ним, пытаясь остановить его, но не при ребёнке же выяснять отношения. — Я тебя не приглашала!
— Я сам пригласился.
Дошёл до Алисы. Дочь сидела с плюшевым мишкой в руках на ковре возле телевизора. Она даже бросила смотреть мультик и повернулась к нам. С любопытством смотрела на нового для неё человека. Марат присел на корточки рядом с ней. Вгляделся в лицо малышки. Словно жадно впитывал каждую черту её детского личика в себя.
— Привет, — сказал он ей.
— Пиэт, — ответила ему Алиса. Она в силу возраста говорила пока плохо.
— Тебя Алиса зовут, да?
— Да…
Я топталась на месте, заламывая руки, и не знала, стоит ли вмешаться сейчас. Это же просто разговор… Ничего плохого он не сделает ребёнку. Наверное, всё же стоит увести его чуть позже и поговорить. Ворвался в наш дом как варвар какой… И отца нет, на смену ушёл. Переживаю, что он её просто заберет… Я этому лбу здоровому ничего сделать не смогу. Возьмёт на руки, посадит в машину и увезёт её. Я не переживу…

— Ти кто? — спросила теперь она его, потому что пауза стала затягиваться. Марат начал смущать её своим пристальным вниманием. Дочь стала нервно теребить ушки медведя.
— Мамин друг. Марат меня зовут.
— Малат…
— Да. Ты очень красивая, Алиса.
Она заулыбалась и спрятала лицо в мишку.
— Хватит её смущать, — я подошла к дочери и хотела взять её на руки.
— Подожди, — удержал меня за руку он. Потом обратился к девочке: — Посмотришь пока мультики, хорошо? Нам с твоей мамой надо поговорить.
Алиса кивнула.
— Пошли, — потянул он меня за руку в кухню.
Мне пришлось идти с ним. Впрочем, этого разговора всё равно уже не избежать.
— Только недолго, ты же видишь, ребёнок испугался.
Буквально втолкнул меня в кухню первой, зашёл следом и закрыл дверь. Я стояла напротив него под прицелом серых глаз, вскинув подбородок.
— Ну что? — спросила, уже не выдержав этого гнетущего молчания.
— Почему скрыла?
— Марат, — вздохнула я. — Я не знаю, кто и что тебе наговорил, но Алиса — не твоя дочь.
— Серьёзно? — изогнул он бровь. — Тест ДНК сделаем обязательно, но и без этого я не слепой. Она похожа на меня. Даже волосы вьются, как у меня.
Опустила глаза. Он даже одним взглядом задавить способен. А сейчас ещё и зол. Но и я сдаваться не намерена. Марат тут лишний для меня!
— Она моя только, ясно тебе? — вскинулась я. — Тебя тут никто не ждал. Уходи немедленно! Ты вообще ворвался на территорию частной собственности без разрешения.
— Никуда я не уйду, — стал закипать он, широко расставил ноги и упёр руки в бёдра. — Требую признать меня отцом.
— Нет, — отрезала я. — Уходи!
Он молчал и смотрел на меня уничтожающим взглядом.
— Полицию тогда вызову.
Попыталась пройти мимо него, но он не дал мне дойти до двери.
— Ты вообще уже, Марат? Дай пройти.
— Я тебе озвучил свои требования.
— Да не собираюсь я их исполнять! — взорвалась я и пихнула его в плечо. — Уйди с дороги.
Ещё попыталась сдвинуть его, уперев руки в его грудь.
— УХОДИ! Тебя никто тут не ждал. Ты ей не нужен. Ты нам не нужен. Иди!
В ответ Марат перехватил мои руки и вдруг припёр меня к стене. Тяжёлое, горячее мужское тело прижимало моё дрожащее к обоям кухни. От испуга я охнула. Он словно поймал мой вздох. Ноздри его раздувались, желваки ходили ходуном, а глаза… Горели. Он смотрел то в мои глаза, то на губы — так, словно сейчас возьмёт меня прямо здесь. Одновременно испугалась этой мысли и ощутила сладкое томление внизу живота. Моё тело всё ещё отлично помнит чувственные ласки Марата… Его запах, тепло, энергетика — всё способствовало тому, что воспоминания обрушились на меня лавиной.
 
Платье с запахом, как назло, перекосилось. В разрезе виднелась грудь в бюстгальтере и слишком оголилось бедро. Я порывалась поправить его, но Марат крепко держал мои руки у стены и, пользуясь случаем, с жадностью разглядывал моё тело. Зачем он это делает? Чужие давно уже, а у него… стояк. Почувствовала его эрецкию бедром и испытала ещё большую неловкость.
— Почему ты не сказала? — спросил он хрипло.
Он всё смотрел и смотрел на мои губы, очевидно, борясь с желанием прикоснуться к ним.
— Отпусти меня… — попросила я и пошевелила руками. — Не трогай.
— Только если мы поговорим и ты не будешь драться, — ответил он, приближаясь настолько, что дыхание перехватило. Я ощущала его горячее дыхание на губах. Остались считанные сантиметры. Сейчас он поцелует меня…
— Хорошо, — ответила я, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.
Марат разжал свои огромные лапы и отступил на пару шагов. Вернула платье на место, закрыв от него своё тело.
— Говори, — властно потребовал он.
Потёрла запястья, которые всё еще ощущали его на себе. Мысли расползались.
— Не знаешь, почему? — спросила я мужчину с нервным смешком.
— Нет, не знаю, — запустил он руки в карманы брюк и, наклонив голову набок, наблюдал за мной.
— Ты ясно обозначил свою позицию по этому поводу. Сказал, "дам денег на аборт".
Марат шумно выдохнул.
— И что? Ну и сказал, — устало он провёл ладонью по лицу. — Ты своё лицо видела, когда говорила о том, что мы не предохранялись? Для тебя словно забеременеть от меня было страшным проклятием. Я и предложил решение твоей проблемы. Я никак не собирался тебя этим оскорблять! Мне казалось, ты не захочешь оставить ребёнка, да и не было его ещё по факту.
Мне было больно слушать. Опустила ресницы. Быстрее бы он ушёл. Никаких прав я не стану признавать.
— Поэтому сбежала и не сказала ничего, когда узнала о беременности?
— Да, — ответила я.
— Надо было сказать, Лина, — упрекнул он меня. — Это ведь уже не какой-то возможный ребёнок, а существующий. Я бы обязательно выслушал твою точку зрения. Если бы ты приняла решение рожать, я бы тебя поддержал. Помогал бы ребёнку, с бизнесом бы что-то придумал.
— Что придумал? — подняла я вверх брови. — Ты же говорил, что это слишком важно для тебя!
— А ребёнок что — не важно? Сказал же только что: придумал бы что-то. Я как со стеной говорю. Ты не имела права решать это одна! Я бы не отказался от дочери.
— Поэтому и не сказала.
Он уставился на меня.
— Не хочу я, чтобы ты был отцом и вообще как-то связан со мной.
— Прекрасно, — фальшиво восхитился Марат. — Я настолько тебе противен, что ли? Ну ладно, бог со мной, со мной всё понятно. Ты меня лишила радости её рождения, первого слова, первых шагов. Она даже не знает, кто такой в принципе папа и зачем он нужен другим детям. Но девочка? С ней как ты могла так поступить? Из-за своего эгоизма лишила ребёнка отца.
В горле встал ком. Неправда, я хотела для неё только лучшего… В голове так и стояли его жестокие слова, рассказ Марка о мести. Родственники, которые осудят меня, когда узнают, что я родила от брата жениха. Не смогу пережить такой позор. Нет.

— У неё есть дедушка.
— Это хорошо, но ребёнку нужны мама и папа, а не только дедушка.
— Марат, в любом случае уже ничего не изменить, — ответила я, чувствуя, как собираются слёзы в глазах. — Девочка растёт без тебя, и дальше мы справимся. У тебя кольцо на пальце. Ты женат?
 
— Я?.. Да, — ответил он, глянув мельком на своё кольцо.
— А дети у вас есть?
— Нет пока. При чём тут это?
— Тогда зачем тебе это нужно? Твоей жене это не понравится, — попробовала я привести веские аргументы. — Ни к чему тебе это, ну правда. Иди, пожалуйста. Я тебя не ждала…