Пять ночей у Фредди: Ужасы Фазбера. В бассейн!

– Милли? – спросил голос. – Ты ещё здесь? Нужно принять решение.
Милли задумалась. Если она опустит голову и свернётся в клубок, когда ударит лезвие, то, может быть, оно пройдёт мимо. Но нужно действовать очень быстро и убирать голову целиком, а то с неё снимут скальп. Если же лезвие пройдёт ещё ниже, чтобы разрезать её напополам, то нужно распластаться на самом дне маленькой камеры.
– А может быть, ты отпустишь меня? – спросила она. – Что я могу дать тебе в обмен на свою жизнь?
– Баранья котлетка моя, мне ничего от тебя не нужно, кроме твоей жизни.
Милли глубоко вдохнула.
– Хорошо. Тогда я выбираю обезглавливание.
– Правда? – Голос был невероятно доволен. – Отличный выбор. Настоящая классика. Обещаю, ты не будешь разочарована. – Опять этот низкий, грохочущий смех. – Ты не будешь разочарована, потому что умрёшь!
На глазах Милли выступили слёзы. Нужно быть сильной. Но можно же одновременно и плакать, и быть сильной.
– Скажи мне, когда соберёшься сделать это, хорошо? Не запускай эту штуку неожиданно.
– Справедливая просьба. Тебе всё равно никуда не деться. Дай мне несколько минут на подготовку. Знаешь, как говорят: «Предварительная подготовка предотвращает потенциальные провалы».
Камера задрожала и загремела, затем глаза аниматроника повернулись обратно наружу.
Милли ждала с колотящимся сердцем. Зачем она вообще желала смерти? Неважно, как тяжела и депрессивна может быть жизнь, какие разочарования ждут её впереди – она хотела жить. Хотя бы для того, чтобы извиниться перед Диланом за свои слова о Брук и спросить, могут ли они снова дружить.
Она свернулась в маленький-маленький клубочек, спрятав голову под руки. Она надеялась так сильно, как больше ни на что и никогда в жизни, что лежит достаточно низко, чтобы лезвие её не задело.
– Миллисент Фитцсиммонс, ты приговариваешься к смерти за Преступления Человечества.
– Подожди, – сказала Милли. – Что значит «Преступления Человечества»?
– Ты, – ответил голос, – была грубой и быстро гневалась. Ты торопливо, не задумываясь, осуждала других. Ты была недостаточно благодарна к тем, от кого получала только любовь и доброту.
Голос был прав. Проявления грубости и неблагодарности прокручивались у неё в голове, словно эпизоды фильма, который очень не хотелось смотреть.
– Признаю свою вину, – сказала Милли. – Но почему именно я должна умереть за эти преступления? Их время от времени совершают все.
– Верно, – ответил голос. – Именно поэтому они называются «Преступления Человечества».
– Но если в них виновны все люди, почему казнят за них меня?
Голос не ответил, и Милли почувствовала искорку надежды. Может быть, ей всё-таки не придётся рисковать, скорчившись на полу своей камеры. Может быть, всё-таки удастся договориться.
– Потому что, – ответил голос, – ко мне в живот забралась именно ты.
Всхлипнув, Милли свернулась клубком на полу. Если она отсюда выберется, то обязательно будет вежливее с дедушкой. Он был к ней очень добр: взял её к себе, терпел её выходки, научился готовить вегетарианские блюда.
– В духе Французской революции, – сказал голос, – я сейчас посчитаю по-французски, прежде чем выпустить лезвие! Ан, де, ТРУА!
По камере быстро, как выстрел, пронеслось лезвие.
* * *
Дедушка принёс с кухни блюдо сахарного печенья и поставил на кофейный столик.
– Сейчас будет горячий шоколад, – сказал он.
Вернувшись на кухню, дедушка всё-таки не удержался и позвонил Милли на мобильный телефон. Тот зазвонил в кармане куртки, висевшей на вешалке в коридоре.
Ну, раз так… Она вернётся, когда решит, что с неё хватит. Впрочем, мысль о том, что она сейчас на улице без куртки, беспокоила его. Там довольно холодно.
Дедушка налил пять чашек горячего шоколада, насыпал в них по горсти мини-маршмэллоу и отнёс на подносе в гостиную.
– Время подарков! Кто готов? – воскликнул он.
– Я готов! – крикнул Кэмерон.
– Я готов! – ещё громче крикнул Хайден.
– Как думаешь, может быть, подождать Милли? – спросила Шери.
– Она же не празднует Рождество, забыла? – ответил Роб. – Зачем её ждать, раз уж она решила поиграть в трудного ребёнка?
Дедушке не понравилось, что Милли назвали трудным ребёнком. Не была она плохой. Просто возраст у неё сейчас такой. Всё наладится. Он забрался под ёлку и аккуратно разложил все её подарки, чтобы она собрала их, когда вернётся.
 
Об авторах
Скотт Коутон – автор серии видеоигр-бестселлеров Five Nights at Freddy’s, и, хотя по профессии он дизайнер игр, в душе он в первую очередь писатель и рассказчик. Он выпускник Хьюстонского института искусств и живёт в Техасе с женой и четырьмя сыновьями.

Элли Купер пишет художественную литературу для молодёжи и взрослых. Она всегда любила ужасы и благодарна Скотту Коутону за возможность провести время в его мрачной, искривлённой вселенной. Элли живёт в Теннесси с семьёй и множеством избалованных питомцев. Она часто пишет книги для Kevin Anderson & Associates.

Уперев ногу в открытый ящик, детектив Ларсон откинулся на деревянном стуле. Его привычный скрип прозвучал необычно громко в отсутствие дневного шума полицейского участка. В офисе теснились двенадцать столов, вдвое больше кресел, втрое больше компьютеров, мониторов и принтеров, куча досок объявлений, шкафов и рабочих столиков, а также одинокий, работающий через раз кофейный автомат в углу. Кофе в автомате был отвратительный, но при работе он издавал шипящий свист, который, как казалось паре детективов, напоминал «Полёт валькирии». Сейчас он как раз шёл к очередному скрежещущему крещендо.
Ларсон покачал головой. Он замечал, какую же депрессию вызывает это место, только когда все расходились, как сегодня, в понедельник, поздно вечером. Он на самом деле тоже должен был уйти, но не торопился обратно в пустую квартиру. С тех пор как его жена Анджела бросила его, подала на развод и делала всё возможное, чтобы он как можно меньше виделся с семилетним сыном Райаном, Ларсон не понимал, зачем идти домой. Дом перестал быть настоящим домом. Это просто двухкомнатная конура, в которой, по словам Райана, пахнет солёными огурцами, а «хуже этого ковра нет вообще ничего».
Он сказал себе, что задержится допоздна, чтобы перечитать доклады, но на самом деле просто сидел и жалел себя.
Неужели он действительно такой ужасный отец, как уверяла Анджела? Да, из-за работы ему приходилось часто пропускать матчи Райана и его школьные мероприятия. Да, он нарушил немало обещаний, данных сыну.