Из круиза с любовью

– Понятно, ― вздохнул он, ― ну ладно, это дело прошлое… Главное, что с Викой сейчас! Я ожидал, что она меня встречать будет, звоню, отвечают: «Абонент недоступен». Послонялся по аэропорту, потом рванул сюда. Ни телефона, ни адреса точного не знал, только улицу и название фирмы. Пока нашел…
Все трое сидели в комнатке бухгалтера и подавлено молчали, когда постучали в дверь.
– Андрюха! ― вскочил Першин.
Андрей Степанович Кравченко вовсе не походил на полковника ФСБ. Невысокий, худощавый, он был одет в простые джинсы и светлую футболку. Познакомившись с дамами, он уселся на предложенный стул и попросил рассказать обо всем подробно.
Лидия Иосифовна повторила свой рассказ. Кравченко слушал очень внимательно. Хмыкнул, когда она сказала, что посоветовала «крыша». Потом задал вопрос:
– Не случалось ли у вас в последнее время чего-нибудь необычного, может, звонки странные или непонятные разговоры?
Лидия Иосифовна опять заикнулась о шестидесяти тысячах. Ирина шикнула на нее, но Андрей Степанович заставил рассказать, о чем речь. Пришлось Ирине опять, смущаясь, говорить о Макарове и о том, как Вика решила от него избавиться с помощью отступного.
– И куда, вы говорите, этот ее бывший поехал?
– В Екатеринбург, Вика сама его в аэропорт провожала.
– А телефончик этого Макарова у вас имеется?
– Да, конечно, ― Ира стала перебирать кнопки на трубке. ― Вот. Позвонить?
– Я сам со своего наберу, вы только голос послушайте, он ли?
– Он, ― сказала Ирина Андреевна, отключаясь, и отдавая телефон полковнику.
– Сейчас узнаем, в Екатеринбурге ли этот человек… ― Кравченко набрал несколько цифр. ― Серж, Кравченко беспокоит. Проверь там быстренько, в какой регион с моей трубки минуту назад звонили. Хорошо, жду.
– Пока будем считать, что это не Макаров надумал бывшую любовницу на деньги развести, ― обратился Андрей Степанович к присутствующим.
– Да вы что? ― возмутилась Ирина. ― Игорь не мог! Я, конечно, давно к нему без симпатии отношусь, но уверена, что он честный человек, хоть и трус… Он никогда ничего у Вики не требовал. Она деньги оставляла, но он на себя копейки не тратил, только на еду. Конечно, он козел и трутень, но на такое не способен!
– Если б вы только знали, на что способны люди в приступе ревности… ― спокойно заметил Кравченко и посмотрел на Першина.
Володя сидел, нахмурившись, глядя в одну точку. Было заметно, что ему неприятно обсасывание ситуации с недавним любовником Виктории.
– Ладно, оставим пока Макарова, ― полковник обратился к женщинам. ― Что-нибудь еще необычное происходило в последнее время?
– Да что могло произойти? ― воскликнула Ирина Андреевна. ― Вика только-только из круиза вернулась. Две недели каталась по Средиземному морю.
– Там мы с Викой и встретились, ― объяснил Володя другу. ― А познакомились сто лет назад. Помнишь, я рассказывал, как девчонку ночью в парадной подобрал и отправил к родителям в своей одежке?
– Это перед твоей первой экспедицией?.. Действительно, сто лет назад. Неисповедимы пути твои, господи! ― улыбнулся Кравченко, но тут же посерьезнел. ― Лирику отставляем и начинаем вспоминать, что было необычного в последнее время, может до поездки в круиз…
Лидия Иосифовна кашлянула.
– Дня три назад, ну да, в четверг, к нам зашла одна старая знакомая. Она с нами работала в «ТСТ-Авто». В смысле ― со мной и с Викой. Вернее, Ольга сменила Викочку на должности секретаря директора, когда она ушла работать к Ирине Андреевне.
– «ТСТ-Авто»? Знакомое название… Постойте, это не там ли директора грохнули лет восемь назад? Воронов, точно?..
– Виктория к тому времени у нас уже не работала…
– А вы работали, бухгалтером? Почему тогда я вас не помню?.. Я ведь вел это дело и сотрудников ТСТ опрашивал.
– Со мной беседовал пожилой седой мужчина.
– Ясно, Георгий Михайлович, старший следователь. Царство небесное ― хороший мужик был, настоящий профессионал! А заказчиков убийства мы тогда так и не нашли, вернее, доказательной базы не хватило для привлечения. Продолжайте, Лидия Иосифовна. Итак, к моменту насильственной смерти Воронова Виктория Анатольевна в ТСТ уже не работала…
 
– Да, только она, ― пожилая женщина кинула взгляд на Першина, ― была близка с Артемом Михайловичем…
– Незадолго до смерти Артем подарил Вике этот офис и квартиру, и фирму помог открыть, ― выпалила Ирина.
Кравченко иронически покосился на Владимира, будто говоря: какие разнообразные любовные связи у твоей подруги!
– Я в курсе, ― буркнул Першин.
– Итак, Лидия Иосифовна, позавчера к вам в офис заявилась ваша бывшая сослуживица. И что же в этом странного? Помню эту девушку. Убивалась за шефом, как за родным мужем, но при этом так аккуратненько, что косметика не потекла. У меня тогда создалось впечатление, что она спала с ним.
– Ну, может, вначале… ― замялась бухгалтерша. ― Потом жаловалась, что не додумалась женить его на себе, была бы молодой вдовой…
– Постойте, мне помнится, он женат был!
– Ну, Андрей Степанович, мужчины, бывает, и разводятся.
– Прямо мексиканский сериал, ― пробормотал Кравченко, коротко взглянув на друга. ― Так что же странного в том, что к вам зашла бывшая сослуживица?
– Я как раз у Вики в кабинете была, когда она явилась. Выглядит Ольга шикарно, в каждом ушке по «жигулям». Ну и колечки, браслетики. Одета как с картинки. Огляделась она, поудивлялась, сказала, была не в курсе, что у Вики своя турфирма. А потом фотографию на столе заметила и ядовито так спрашивает: «А что это у тебя портрет Воронова?..» Я решила ретироваться, пусть сами разбираются. Видно было, что Вика Ольге не рада. А напротив ее кабинета ― туалет, я туда зашла, ну, надо было… Выхожу, слышу, они уже на повышенных тонах разговаривают. Грешна, подошла к двери, послушала…
Кравченко кивнул одобрительно.
– А там Ольга разоряется: «Ты меня на голубом глазу алчной сукой обзывала, а сама кто? Каким местом ты этот офис заработала, да еще, говорят, и квартиру?» ― Лидия Иосифовна смущенно покосилась на Першина, объяснила: ― Это Ольгины слова. А Вика ей отвечает: «Я, в отличие от тебя, действительно Артема любила, и ничего от него не требовала. И когда он погиб, по-настоящему страдала. Ты-то расстраивалась, что неправильную ставку сделала, проморгала момент, когда могла Воронова на себе женить. Но это ты так думала, что могла, на самом деле Артем никогда не бросил бы Елену. И я не претендовала быть его женой, хотя мы любили друг друга… Я никогда не забуду Артема, и дело не в том, что он мне подарил, а в том, что с ним я была счастлива. Но тебе этого не понять, потому что ты как была алчная бесчувственная сука, так и осталась». Ольга прошипела в ответ что-то вроде: «Ты еще пожалеешь», и вылетела из кабинета. Я едва успела в туалет ретироваться.
– Интересно, ― пробормотал Кравченко. Он прослушал рассказ, свободно откинувшись на стуле, а теперь подался вперед. ― А напомните-ка мне фамилию этой секретарши Ольги?
– Царева.
– А название вашей крыши?
– Охранное предприятие «Шторм».
– И директором там Тихомиров Александр Сергеевич?
– Да, Сашка. Он у Воронова охранником работал, ― подтвердила Лидия Иосифовна.
– Еще интереснее. Прямо все вокруг работали у Воронова в ТСТ.
– А что такого? ― удивилась Ирина. ― Воронов погиб, Тихомиров подхватил его охранный бизнес. Меня тоже «Шторм» охраняет. В смысле, мое турагентство.
– А интересно здесь то, что буквально на днях я случайно, по совсем другим делам, узнал, что у владельца фирмы «Шторм» появилась любовница, некая Ольга Царева, тридцати шести лет. Правда, был не в курсе, что они когда-то на одного хозяина работали.
Полковник задумчиво достал сигареты и, не спросив разрешения, закурил, Некурящая хозяйка кабинета открыла окно.
У Кравченко зазвонил телефон.
– Ну, ― спросил он в трубку, ― куда был звоночек? Ага, спасибо.
Отключившись, окинул взглядом собеседников.
– Макаров отпадает, он и правда в Екатеринбурге. Значит, остается одна версия, самая что ни на есть банальная ― бабская зависть.