Из круиза с любовью

Она оказалась права. Когда надо было ехать покупать новую оргтехнику, Вика послала с завхозом Ольгу, сказав Воронову, что та в этом больше разбирается, к тому же имеет высшее техническое образование. Если шеф просил организовать ему и гостям кофе, его тоже приносила Оля. Начальник вроде бы не возражал, все чаще вызывал по селектору новую секретаршу, и к концу месяца Виктория совсем успокоилась.
Когда испытательный срок истек, Воронов вызвал к себе обеих девушек.
– Ну что ж, Ольга Александровна, я принимаю вас на постоянную работу. Как насчет того, чтобы отметить это событие в ресторане?
– С удовольствием, ― ответила Ольга, преданно глядя на нового шефа.
Артем Михайлович, ухмыльнувшись, покосился на Вику, как бы говоря: «Вот покладистая девчонка, не тебе чета!»
– А вы, Виктория Анатольевна, завтра обязательно загляните ко мне, когда придете за расчетом.
На следующий день Лидия Иосифовна вручила Вике ее трудовую книжку и пухлый конверт с деньгами. Вика пересчитала их и удивленно уставилась на бухгалтершу.
– Лидия Иосифовна, вы, случайно, не перепутали? Тут больше, чем моя полугодовая зарплата!
– Перепутать я могла только в другую сторону, ― пошутила добрая тетка. ― Распоряжение шефа. Поднимись к нему, он просил. И поблагодарить не забудь.
Вика поднялась на второй этаж. На ее рабочем месте уже сидела Ольга.
– Привет, ― поздоровалась она. ― Я тут твои личные вещи в коробку собрала, извини, мне свое некуда положить было. Ты посмотри, может, еще что-нибудь в шкафу завалялось?
Оля была какая-то другая сегодня. Вроде бы бесстрастная, как всегда, но проскальзывало в ее поведении некое торжество и высокомерие.
«Переспала с шефом? Или просто почувствовала себя хозяйкой на этом месте?» ― подумала Вика, но не стала забивать этим голову, не ее это дело!
– Шеф один? ― спросила она.
– Да. Артем хотел, чтоб ты зашла.
«Артем?.. Точно, переспала, и сразу дает это понять. Ну что ж, девочка делает карьеру. Правда, Карнеги о таком способе не упоминал…»
Она постучалась в кабинет и вошла.
– А, явилась! ― сказал Воронов вместо приветствия.
– Артем Михайлович, мне в бухгалтерии такую сумму выдали… Спасибо вам большое… ― начала Вика.
– Это тебе вроде подъемных, ― перебил ее шеф. ― Отвальную-то будешь устраивать?
– Да, я вина купила и пирожных, может, в обеденный перерыв?
– Я через час уезжаю, давай-ка мы с тобой на двоих хлопнем, и ты мне все-таки расскажешь, какого черта решила от меня уйти.
Вика накрыла на журнальном столике, стоявшем между двумя креслами.
– Ну, чтоб у тебя все получилось! ― сказал Артем Михайлович и выпил вино. ― Фу, кислятина! Достань-ка моего коньячка. Я в вине толка не понимаю, да и голова после него ноет.
Шеф налил в рюмку коньяк, выпил, закусил пирожным, промычал:
– Валяй, рассказывай, чего тебе взбрендило в турбизнес податься.
И Вика рассказала ему все-все. Про отца-алкаша, которого ненавидела, про детские грезы о дальних странах ― единственное тогдашнее утешение. Про надежду вырваться из дома и из постылого поселка; про дядю-дедушку, ответственного работника, который вначале пригрел и приласкал ее, а потом чуть не изнасиловал. Про не сданный последний экзамен. Про то, как из-за нервного срыва чуть не замерзла на холодных ступенях; про парня, который отправил ее, почти ничего еще не соображающую, домой. И, наконец, о том, как не до конца придя в сознание, она решила выйти замуж, лишь бы не оставаться в одном доме с отцом.
– Бедная девчонка, ― Артем Михайлович покачал головой, ― кто ж за первого встречного замуж выскакивает?
– Да Лешка неплохой, мы нормально живем, ― будто оправдываясь, поторопилась сказать Вика, и продолжила: ― Я уже и думать забыла о своих мечтах, когда попала в турагентство, помните, вы меня послали? И тогда поняла, что эта работа ― как раз то, о чем я мечтала, она может сделать меня счастливой. Шесть лет назад таких профессий не было, если кто и выезжал за рубеж, так добивался этого годами, и не всем разрешали. А сейчас… У меня теперь есть шанс работать именно там, где хочу. Понимаете?
 
– Понимаю, ― ответил Воронов, слегка улыбнувшись. ― Место уже нашла?
– Нет пока. Звонила в несколько турбюро. В одном бухгалтер требуется, в другом высшее образование необходимо, в третьем штат полный.
– Когда имеешь возможность помочь человеку, надо помогать, ― назидательно проговорил Артем Михайлович и взялся за телефон. ― Ирина Андреевна? Здравствуй, Воронов беспокоит… Я хочу к тебе свою девушку устроить… Ну, с клиентами работать, группы сопровождать… Свою бывшую секретаршу, ты ее видела. ― Он прикрыл трубку рукой и спросил Вику: ― Как у тебя с языками? … Английский разговорный неплохо. А сколько платить будешь? Не густо… Ага, это уже лучше. И когда ей на работу выходить?.. Хорошо. Спасибо, пока.
Шеф посмотрел на Вику и подмигнул.
– Место в «Клео-тур» тебе обеспечено. Выходишь с понедельника. Зарплата там совсем небольшая, но она будет тебя почаще за границу отправлять. Там купишь, здесь продашь, все так крутятся. А на первое время выходное пособие тебе поможет.
– Артем Михайлович, я вам так благодарна! ― Вика чуть не расплакалась от счастья.
– Надеюсь, на том свете мне зачтется. Ну что, девица Виктория, по последней, кофейку, и мне пора.
Прощаясь с шефом, Вика искренне сожалела. Вряд ли еще выдастся поработать с таким хорошим начальником.
Во время обеденного перерыва она проставилась перед бывшими коллегами и поспешила домой, сообщить мужу, что переходит на новую работу.
Лешка еще ничего не знал. Вика не торопилась посвящать его в свои планы. Вообще в последние год-полтора отношения с мужем разладились. Приходя с работы, она все чаще заставала Лешку хмурым, порой от него пахло спиртным, тогда говорить о чем-либо вообще не хотелось. Да и о чем с ним говорить? О футболе или фильмах с Брюсом Ли? Ей это неинтересно. О политике? Она не считала себя специалистом в этом вопросе, но Лешка понимал еще меньше, порой нес такую чушь! То одобрял Макашова, то Жириновского, притом мнение его зависело лишь оттого, кто на данный момент в фаворе у компании любителей пива, собирающейся на скамейке во дворе. Вика советовала ему не алкашей слушать, а хотя бы НТВ посмотреть, полно новых аналитических программ! Но мужу были неинтересны серьезные передачи, он вообще не любил «напрягать мозги». Поэтому Вика старалась не говорить с ним о политике. У нее есть, где об этом поговорить и кого послушать. Конечно, не со всеми на работе она была согласна, порой и спорили, но, по крайней мере, там она не слышала таких откровенно идиотских высказываний. В результате общение с мужем постепенно свелось к сугубо бытовым вопросам. Что сварить? Когда придешь? Кто отвезет Анечку к бабушке?
С Анютой Вика занималась в любую свободную минуту. Когда девочка подросла, стала возить ее в Москву, в четыре года впервые повела в музей. Она старалась привить дочери чувство любви к прекрасному, которое напрочь отсутствовало у ее отца. Анюта уже многое понимала, с ней становилось все интереснее, даже ее бесконечные «почему» не утомляли. Отправив дочку на лето в Максатиху, Вика очень скучала по ней.
Она вернулась домой раньше Лешки, накрыла на стол и выставила бутылку вина.
– По какому случаю праздник? ― удивился муж, едва войдя.
– Перехожу на новую работу! В турагентство! ― радостно объявила Вика.
– Куда? ― не понял Леха.
– В туристическое агентство «Клео-тур». Ты представляешь, я буду сопровождать группы за границу! Лешка, давай выпьем по этому поводу, я вот и закуску приготовила.
Муж выпил не чокаясь, как на поминках.
– Я чего-то не понял… Ты будешь по разным странам раскатывать ― а как же я, как ребенок? Тебе уже вообще на нас наплевать?
Настроение у Виктории моментально испортилось. В принципе нечто подобное она ожидала. Для ее мужа утомительна даже прогулка по центру Москвы, ему не понять, как она хочет путешествовать.