"Фантастика 2024-136". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Вы его знаете, профессор Примус? — спрашивает сутулый, но коренастый мужчина с длинными чёрными волосами. Узкие глаза, нос крючком.
Хы… Профессор… Примус… в ажурных труселях… А я везунчик!
— Впервые вижу. — Примус сверлит меня однозначным взглядом. Похоже, профессора если и знают о его труселях, то не знают, что это я их всем показал.
Профессор Дерек, который по-прежнему стоит рядом со мной, сообщает:
— Уважаемая коллегия, претендента необходимо дополнительно испытать на предрасположенность к направлению энтропии.
Какое-то время стоит тишина. Ухмылка с лица Эльвины не исчезает. Она первая говорит:
— Давно такого не было. Последний раз… Директор, напомните?
— Тринадцать лет назад, профессор Эльвина.
Рассматриваю директора академии, которого просто невозможно воспринимать таковым. Маленький, как гоблин. С хитрыми глазками и весёлым розовым колпаком с бубенчиками на голове. Существо неопределённого пола… и точно не гоблин, но и не эльф, и не человек. Очень странный. А ещё почему-то, заглянув в эти, казалось бы, обычные глазки, хочется отвернуться. Что-то в нём есть такое… опасное.
Директор встаёт со стула и на какое-то время теряется за столом — виден только колпак. Обходит стол, подходит ко мне, заложив ручки за спину.
— Ты у нас интересный, да? В этот кабинет мало кто попадает, молодой человек.
Ну и голос. Он что, гелия наглотался?
Я удерживаю улыбку. Инстинкты орут, что с кем-кем, а с этим карликом связываться нельзя.
— Я бы не сказал, что интересный, господин директор. Меня просто сюда привели.
— Просто так сюда не приводят, хи-хи…
Хи-хи?..
Почему только мне хочется улыбаться, а все такие серьёзные? Эй, перед вами карлик с колпаком и бубенчиками! А ещё он хихикает.
Не успеваю и рта раскрыть, а директор уже держит в своей ручонке брошь дурака и рассматривает её на свет. Непроизвольно щупаю грудь и понимаю, что артефакт пропал. А был он во внутреннем кармане фрака.
— Какая интересная у тебя вещичка. В свободной продаже такое не найти. Особенно простолюдину.
Тут он зачем-то начинает мотать головой во все стороны, и звон колокольчиков всё-таки пробивает меня на улыбку.
— Тебя смешит моя шляпа?
— Э-э-э… нет. Она весьма… неплоха.
— Она великолепна! — Директор поднимает ручку, касается колпака. — Просто превосходна, а не неплоха. Подбирай слова правильно.
Почему никто не смеётся над этим клоуном? Странно. Когда смешно только тебе, а другие натягивают серьёзную мину, то непроизвольно задумываешься, а кто тут псих? Карлик в колпаке — или ты с улыбкой до ушей?
— Дай-ка я тебя пощупаю.
И ведь щупает! Везде, где только можно, и не особо стесняясь. Я уже откровенно вздёргиваю бровь в потолку и пялюсь на это недоразумение, которое тут называют директором. Но долго не выдерживаю:
— Может, хватит?
— Не-а. Ого, какой большой! — Он лезет ко мне в штаны.
Вот тут я охреневаю вконец, но вовремя соображаю, что речь идёт о мешке с золотом, пристёгнутом к ремню.
— Вы закончили?
Крючконосый профессор сухо говорит:
— Помолчи, претендент. Не забывай, кто перед тобой.
Ага, вижу я, кто передо мной. Карлик в ПРЕВОСХОДНОМ колпаке с бубенчиками и с загребущими ручонками.
Директор хихикает:
— Да ладно тебе, профессор Дрейк. Все мы были молодыми и дерзкими. Надо относиться с пониманием. Верно же я говорю, претендент? Ну, давай лапку.
Он вцепляется мне в руку. Правда, миниатюрная ладошка обхватывает только два моих пальца. Чувствую боль, будто в тиски зажали, и пытаюсь вырваться, но не тут-то было.
— Вы мне их сломать собрались, директор?
— Хи-хи…
И сжимает. Дёргаю руку сильнее, но безуспешно. По логике карлик весит килограммов двадцать, но при этом он стоит даже не пошевельнувшись, будто вбитый в пол.
— Ты угадал. Через пять секунд я сломаю твои превосходные пальчики, претендент, хи-хи… Не переживай, потом починим.
— Точно почините?
— Ага…
— Договорились.
Четыре… Три… Два… Один…
Директор отпускает меня. Поворачивается к профессорам, разводит руками:
— Обычно это срабатывает.
Примус фыркает, крючконосый сверлит меня взглядом. Эльвина улыбается:
— Смелый попался мальчик. Не ведётся.
Директор возвращается на своё место, весело звеня бубенчиками.
— Если бы ты сорвался, то мы бы с тобой не церемонились, претендент. Хи-хи, энтрописты очень вспыльчивые и агрессивные. Не могу держать себя в руках. А теперь скажи мне честно, ты когда-нибудь игрался с мёртвыми душами? Воскрешал утропиев?
Ага, щас. Так я и признаюсь.
— Разумеется, нет, директор. Я даже и не знал, что я из этих. Говорят, они вне закона.
— Они — не просто вне закона, — сухо отвечает крючконосый. — Они твари и выродки.
Директор откидывается, натягивает на себя колпак практически до живота и глухо бубнит:
— Но не все энтрописты заслуживают наказания. Некоторых мы берём под своё крыло. Но в твоём случае есть одна проблемка, претендент. Ты перерос обучение для этого непростого направления.
Профессор Дерек согласно кивает:
— Да! Как и для псионики. Кстати, он себя считает именно псиоником!
Я достаю из-за спины зелёную полупрозрачную зубочистку. По сути, подарок от Кости — это оружие серафимов. Такое же, как и у Альдавира. Только в миниатюре.
Примус вскакивает с места, роняя стул. Остальные молчат, а Эльвина перестаёт улыбаться.
Глава 23
— Кто тебя этому обучил⁈ — брызжет слюной Примус.
— Сам научился.
— Не лги нам!
Директор подглядывает одним глазком из-под колпака:
— Тихо, тихо, профессор. Так и раньше бывало. Гениальных умов в Варгоне хватает. Претендент, ты знаешь, что ты сделал?
— Сформировал духовное оружие?
— Ну, оружием это сложно назвать, но да. Это оно и есть. Профессор Эльвина, профессор Дерек, что скажете?
Дерек с трудом отрывает взгляд от моей зубочистки.
— Плетение третьего курса. Минимум.
Ага, конечно. Это они ещё не в курсе, что зубочистка не просто духовное оружие. Моя штука имеет много различных бонусов. Костя убеждал меня, что после получения умения «сокрытия ауры» о свойствах зубочистки в академии не узнают, если я сам не решу повыпендриваться.
Эльвина встаёт. Её платье колышется, будто на ветру, привлекая внимание похотливого Примуса.
— Считаю, что зачислять этого претендента на первый курс — пустая трата времени, директор. Учитывая его возраст и талант.
Дереку затея зачислить меня на третий курс явно не нравится. Да и не сказать, чтобы я был ей рад. Одно дело начинать с нуля с простофилями, другое — влететь сразу к старшекурсникам.
— Глупости. Нельзя взять и перескочить целых два курса. Он пропустит всю теорию, контроль эфира, философию и историю магии, основы плетения и…
— Ну что вы, профессор, — возражает Эльвина. — С теорией у претендента всё хорошо, раз он так умело пользуется плетениями на практике. Я уверена, что он всё наверстает. Не правда ли, претендент?
Смотрим друг другу в глаза. Откуда она тут взялась? Уж не за мной ли попёрлась? Она знает, что я не Римус Галлен. Считает меня пауком, захватившим его тело. Слава моему таланту врать, иначе живым я не выбрался бы из Гнезда. А так отделался только нападением её прихвостня эльфа-телепата, которого успешно принёс в жертву анклаву. За это, кстати, с папиной жёнушки должок. Надо бы его как-то взыскать.
О, теперь я догадываюсь, кто дал заказ ростовщику на моё убийство. Хотя… может всё-таки Примус, раз он тут профессором оказался? Чёрт… хрен поймёшь.
Но всё равно Эльвина видит во мне угрозу. Думает, что меня интересует наследство Галленов или что-то вроде того. Старая и… красивая некромантка. Знаю я твою тайну.
Директор косится на меня из-под колпака:
— Коллеги, думаю, все вы согласны, что этому претенденту нечего делать на первом курсе среди детей. Налицо позднее пробуждение и выдающийся талант. Случай редкий, но не уникальный.