"Фантастика 2024-136". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Мне обещали больше времени.
— Кто ж вам обещал-то? У всех случаи индивидуальные. Похоже, вы пробудились… месяц назад. Да… где-то так…
— Вообще-то совсем недавно.
— Не может быть… Вы что-то путаете, молодой господин. Вы точно сняли с себя все артефакты?
— Точно.
— Тогда приступим. Выпейте это и высвободите эфир. Как я вижу, вы уже умеете это делать.
Он протягивает склянку с жёлтой жидкостью. Тёплая… До чего я докатился… Беру из рук незнакомцев угощения и сажусь на их пентаграммы…
— Обязательно высвобождать?
— Конечно! — трясёт бородой маг. — Что за глупые вопросы? Повезло, что не пришлось вас этому обучать.
Та-а-а-ак. Плохо дело. Он увидит мой чёрный эфир. А с другой стороны, если бы я инициировался в академии, то попал бы «по-чёрному». Оказывается, нужно снимать с себя все артефакты — и моя «брошь идиота», артефакт, маскирующий цвет эфира, не спасла бы. Я всё же надеялся, что скрою свой цвет. Как-нибудь…
Ладно, это неизбежно. Мне сильно повезло, что подвалила возможность не умереть и спалиться только перед людьми отца, а не всей академией.
Выпиваю зелье, морщусь от горечи и предупреждаю:
— Вы только не сильно удивляйтесь, хорошо?
Маг шмыгает носом, выражая этим недоверие, что я смогу его удивить.
Со вздохом высвобождаю эфир через кончик пальца. Вместе с этим и пентаграмма на полу меняет цвет на чёрный.
Дедушка маг крякает, подкашивается и падает на задницу с воплем:
— Борода Багромота!
— Я предупреждал.
Маг вскакивает на ноги, будто и не прикидывался хромым и немощным. Бубня и выкрикивая что-то на неизвестном языке, бегает вокруг пентаграммы, то и дело вырывая из бороды порции волос. Прямо старик Хоттабыч. Потом резко останавливается прямо передо мной.
— С вами всё в порядке? Нигде не болит? Чувствуете желание извергнуть пищу из утробы?
Качаю головой. Нет, блевать мне не хочется.
— Если бы я не был мастером своего дела, то решил бы, что ошибся в формуле! Но я мастер! Чёрный эфир! У вас? У вас?!
— У меня… ага. Как понимаю, об этом теперь узнают все кому не лень…
И это говорит тот, кто спалился перед ордой детишек в драке с крестьянином, да-да. Я ж настоящий профи маскировки.
Маг опять плюхается прямо на пол, достаёт откуда-то из-под халата толстенный том и перо, начинает что-то записывать, периодически прикрикивая и обдирая бороду.
— Не торопитесь, — иронично советую ему.
Разглядываю чёрную пентаграмму. Она будто живая. На вид такая, будто сейчас вспыхнет или взорвётся. Или ещё что. Интересно, а если затереть ногой какой-нибудь символ?..
Перебарываю странное желание самоубиться. Перевожу взгляд на мага:
— Всё записали?
— Подождите, не отвлекайте меня. И зовите меня профессор Мун.
— Ладно.
Судя по виду, узнать его имя — это настоящая честь, и я должен, например, упасть в поклоне и биться головой о пол. Не дождавшись никакой реакции, Мун утыкается в записи.
Спустя минуту меня начинает всё это напрягать. Сижу будто на мине.
— Вы что-то знаете про чёрный эфир?
— Не отвле…
— Профессор Мун, у меня мало времени. Будьте добры, оторвитесь от своего занятия и закончите со мной.
Мун смотрит мне в глаза, вздыхает и, бурча, встаёт.
— Молодые всегда нетерпеливые и… недальновидные. Обладать такой силой и ничего о ней не знать! Я в своё время только пять лет изучал теории магии Инистры. А вы…
— Профе-е-е-ессор…
Мун трясёт бородой, вздыхает и отмахивается:
— Не уверен, что стоит вам об этом говорить. Сначала я должен доложить вашему отцу. Пожалуйста, не шевелитесь. Прерывать процесс инициации опасно для вашего здоровья, молодой господин.
Начинаю напрягаться.
— Не думаю, что это хорошая идея. Доложите ему потом.
Мун бьет кулаком по полу. Да так, что трясётся всё, кроме участка с пентаграммой. Это не просто физическая сила.
— Вот именно! Вы не думаете! А я вот не первый раз встречаю одарённых молодых людей! Вы же знаете, что такое магиторика?! Знаете, что иногда рождаются маги с просто невероятной силой? Но не доживают и до пятнадцати лет, как раз потому, что не думают. Да ещё и с собой забирают сотню-другую людей! Эйр Галлен попросил меня провести обычную инициацию юнца, что… приемлемо. Но он не сказал мне про ваши силы. Это нельзя так оставлять! Вы должны немедленно изолироваться об общества и подвергнуться изучению. И если вы действительно мудры и сын своего отца, то вас такое не напугает. Вы отнесётесь к этому с пониманием!
 
Начинаю сильно напрягаться.
— Лабораторной крысой я не буду, профессор Мун. Я думал, вы доверенное лицо отца.
— В первую очередь я доверенное лицо мудрости и здравого смысла, молодой господин! Я не собираюсь докладывать о вас в Аббатство, но соберу личный консилиум, и мы проведём несколько исследований. Может, через лет десять вы сможете выйти в свет… Разумеется, с ограничителями магии…
Голос старика опять становится бубнящим и сильно пованивает… старческим маразмом.
— Профессор Мун… — Я однозначно сужаю глаза.
— Ваш отец всё поймёт… Мы не будем проводить негуманные исследования… Всё-таки вы… Реликт былой эпохи и…
— Профессор Мун! Последнее предупреждение!
Профессор выходит из прострации, моргает, меняет голос на «примерно адекватный»:
— Не предупреждайте меня, молодой господин. Я вам не враг, а друг здравого смысла, как уже и говорил. Я годами не общаюсь с людьми, поэтому не всегда это получается… хорошо. Я не хочу с вами ругаться, пугать тоже не хочу. Давайте я вам кое-что объясню, чтобы заслужить благосклонность вашего здравого смысла. Об этом знают немногие. Не принято распространять среди черни такое… Ведь они ему молятся…
Мой глаз предательски дёргается.
— О чём вы говорите? Кому — ему?
— Вы ведь уже поняли. Первозданному, конечно же. По давно проверенным фактам именно у него был чёрный эфир. Такой же, как и у вас.
  
Глава 42
 
Ну всё. Я даже удивляться уже… устал.
Посланник Первозданного, блин…
Надо же мне было Ионе такое ляпнуть!
Кстати, от наличия во мне чего-то чёрного и могущественного я себя хорошо не чувствую. Наоборот, пока от этого никакого толка. Ну есть оно, и что? Где огненный торнадо?
Мало того, я, оказывается, не просто посланник, а вообще такой же, как Первозданный. И об этом узнал шизоидный старик, фантазирующий порезать меня на кусочки в лаборатории.
Вот знал же, что рано или поздно так и закончится!
А всё почему?
Да потому, что я попал в другой мир, о котором ничего не знаю! Нужны годы, чтобы подготовиться к выживанию и не проколоться на какой-нибудь случайной стреле в заднице.
Интересно, а Костя знал, что у Первозданного был чёрный эфир? Блин, да, конечно! Знал! Если уж какой-то профессор знает. Намного хуже, что Торн не был в курсе. Да и вообще никто из тех, кто видел цвет моего эфира. В книжках я тоже информации об этом не находил…
Глаза профессора Муна горят фанатичным энтузиазмом:
— Вам нельзя в академию, молодой господин! Вы хоть представляете, что они сделают, когда узнают о вашем эфире?
Что ж, есть в этих словах правда. Сомневаюсь, что безделушка, меняющая цвет эфира, мне поможет. 
— Видимо, то же самое, что и вы.
— Что вы, намного — намного! — хуже.
— Так. Моя инициация закончена или нет?
— Почти. Смерть вам уже не грозит… Ещё один штрих и… Оп-па… А вот так быть не должно…
Перемена в лице Муна бьёт по инстинктам электрическим током.
Что-то не так…
Чёрная пентаграмма пульсирует, ингредиенты шипят и дымятся. В груди неприятно сдавливает, будто что-то там… сопротивляется.
Профессор Мун поднимает на меня взгляд и…
…в них страх.
Мозги прошибает молнией!
Делай что-нибудь, Ден! Или умрёшь!!!
Силой мысли приказываю катализатору переместить Клоуша в анклав и сразу же призываю себе в руку. На всё это уходит доля секунды, и…