"Фантастика 2024-136". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

В грязно-красной каше, где перемешались снег с кровью, лежали несколько тысяч трупов вайхэнцев и их лошадей. Однако здесь встречались и альвы с барлэйцами, а также огромные трупы окончательно решивших исход боя мастов.
И от такого количества мертвых тел союзников мне впервые стало не по себе. И чтобы немного перевести дух, я подошел к одной из мертвых лошадей и грузно присел на седло.
Душу захлестнула ненависть ко всем правителям, развязывающим эти войны. А еще к Пилсудским, встреча с которыми и забросила меня в этот ад. Хотя, может, стоит их поблагодарить, ведь мне удалось помочь не самым плохим участникам конфликта.
Я сделал несколько глубоких вдохов, и разум постепенно прояснился. Все-таки после того, как снял шлем, стало немного легче дышать. А свежий воздух и спокойствие — самые лучшие средства от нахлынувших переживаний.
Хотя этот вонючий запах горелого человеческого и лошадиного мяса все же раздражал мое обоняние. Словно я попал на скотобойню, где убивают и смолят свиней.
«Вот ведь и в армии служил, и трупы видел, а тут раз — и расклеился…» — подумал я.
Хотя вчера внутри Марэборга тот еще фарш был. И ничего, как-то перетерпел, а сегодня вот не вышло. Возможно, проблема в количестве, ведь здесь валяются не менее пятнадати тысяч трупов.
Я сунул руку в седельную сумку мертвой лошади. И словно мародер, стал там усиленно рыться. Выкинул бесполезные вещи мертвого вайхэнца, который как раз под своей лошадью и нашел смерть.
А потом наткнулся на какую-то тряпицу. Пусть она и не отличалась чистотой, но мне было все равно. Просто хотелось вытереть лицо и шею от пота. А еще бы ванну принять… вот за что бы сейчас заплатил любые деньги!
Бросил тряпку на труп лошади и продолжил наблюдать за нашими воинами. Большая часть из них кинулись преследовать врагов. Остальные сейчас помогали своим раненым и добивали валявшихся вайхэнцев.
В плен тут никого не брали — свои женевские конвенции, видимо, еще не придумали. Но я уже привык к местным правилам войны. И как по мне, так они более честные. Не в том смысле, что правильные, но и не лицемерные. Ведь если начали войну, то для чего потом притворяться ангелами?
Примерно полчаса я тупо сидел, словно впал в какой-то ступор. Недалеко от меня ходили наши и вонзали свои клинки в любые более-менее целые трупы. Причем они делали это настолько отстраненно, что напоминали мне фермеров, работавших на поле.
— Стой! Этого не трогай! — сказал я альву.
Тот, буквально в пяти метрах от меня, хотел проткнуть клинком окровавленное лицо молодого парня. Альв с каким-то безразличием посмотрел на меня, потом пожал плечами и пошел дальше.
Мои же глаза уставились на вайхэнца, который уже давно безуспешно притворялся мертвым. Молоденький дурачок, ты сам подписался на это, а теперь пытаешься спасти свою поганую душонку!..
— Открой глаза, придурок! Я знаю, что ты жив!
Он никак не отреагировал, а продолжал лежать на задней ноге трупа лошади и притворяться мертвым. Видимо, сейчас молился всем богам и надеялся, что враг обращается не к нему. Наивные мечты идиота, надеявшегося выбраться из этого ада…
Тогда пришлось слепить снежок из красного снега и бросить его, попав точно в лицо парню. И снова ничего не произошло, хотя благодаря урокам Дэи и моему дару харука я знал, что этот поганец жив и находится в сознании.
Однако вайхэнец попался очень упорный, или же, наоборот, слишком глупый. И когда мне пришла в голову новая идея, как его расшевелить, то прямо над моим плечом звонко просвистела стрела.
Черная с белым оперением, она пробила ладонь притворявшегося вайхэнца, пригвоздив его руку к трупу лошади. Парень вскрикнул от боли и наконец-то открыл глаза. Я же повернулся, чтобы посмотреть на наглого лучника.
— Не убила ведь! — пожала плечами стоявшая метрах в двадцати от меня Барбиэль, а потом неспешным шагом пошла в мою сторону. Не забывая при этом протыкать мечом лежавшие кругом трупы.
— Еще взяли кого? — спросил я. — Ведь просил же…
— Немного, — скривила женщина недовольную гримасу.
 
— Сколько?
— Десятка три.
— Могли бы чуточку больше!.. — буркнул я и снова уставился на парня.
Тот смотрел на меня обезумевшим взглядом, в котором метался дикий страх. А когда рядом со мной остановилась брюнетка, в глазах вайхэнца загорелась и ненависть. Хотя Барбиэль ведь была красавицей, как и все альвийки.
— Непривычно нам брать их в плен! — словно оправдываясь, сказала она.
Я хмыкнул, ведь прекрасно ее понимал.
— Поверь, они принесут только пользу.
— Ну да, ведь это твоя идея. Как ты там назвал ее на своем языке? — попросила уточнить Барбиэль.
— Блеф, — ответил я.
— Точно! — вся в крови, но от этого не менее красивая лучница улыбнулась. — Он, конечно, имеет определенную пользу, но как же дорого стоит!
— Десятка три — это дорого? — удивился я.
Даже не задумавшись, Барбиэль уверенно кивнула.
— А может, десятерых хватит, Артур?
И альвийка чуть ли не просящим взглядом посмотрела на меня. Такую обычную и адекватно выглядевшую Барбиэль мне еще не доводилось видеть. А ведь она была вся залита человеческой кровью…
— Все-таки лучше тридцать, — ответил я.
И только через несколько секунд до меня дошло, что этот демон мести впервые меня назвал по имени.
— Ну наконец-то я не стуг, а Артур!
— Не привыкай! — с явной иронией ответила она; но при этом пока еще не стала той ледяной Барбиэль. Видимо, кровь вайхэнцев сегодня прилично насытила сосуд мести и сделала ее более терпимой к стугу.
— Не забудь мне ноги помыть! — внезапно взял и пошутил я.
И, как оказалось, ляпнул это зря, ибо шутку не оценили. Альвийка мгновенно нахмурилась и стала прежней. Она повернула голову и внимательно посмотрела на меня, произнеся столь привычным ледяным тоном:
— Помою, если пообещала.
А потом двинулась в сторону вайхэнца, который весь съежился в ожидании смерти. Однако Барбиэль спокойно прошла мимо, не удостоив испуганного парня даже взглядом. Я же встал с трупа лошади и, подойдя к пленному, поднял его на ноги.
Теперь он и тридцать других счастливчиков получат по две лошади, на которых сломя голову помчатся в Равэнштор. А то вдруг там уже готовят к отправке новые подкрепления, что нам абсолютно не нужно…
Сейчас даже пара тысяч врагов создаст огромные проблемы. Ведь уже этой ночью захваченные военные шхуны покинут Марэборгскую гавань и уйдут в Дарвэн. Так что в крепости останется лишь тысяча воинов.
Всего оказалось взято в плен не тридцать, а сорок пять вайхэнцев, которым мы прилично набили рожи, прежде чем выдали каждому по паре коней. И пафосно приказали передать своим, что будем здесь ждать с нетерпением новую армию Отара.
Теперь вся надежда на вменяемость тех, кто командовал вайхэнскими войсками в Равэншторе. Свежие новости с поля боя они получат, и если не больные на всю голову, то закроются за стенами.
Десять же военных шхун бывшей вайхэнской речной флотилии, сразу же после захода солнца покинули бухту Марэборга и, выстроившись в длиннющую линию, плыли по середине реки Проклятых.
Четыре тысячи семьсот барлэйцев и альвов сейчас находились на этих шхунах. Так что трюмы и палубы были просто забиты воинами. Но несмотря ни на что, мы плыли с довольно приличной скоростью — для той каши, по которой шли суда.
Магические ледорезы превращали лед в эту манную кашу. А Кронинген с Чэхаром обеспечили нам сильный попутный ветер. Так что вроде часов за двадцать с хвостиком мы долетим до Дарвэна и восстановим власть Айланты.
Сейчас я находился на пятой по счету шхуне и с удовольствием дрых. Так как после прекращения действия крови Рамбалака чувствовал сильную усталость. А для отдыха нашел себе маленькую каморочку на носу судна. Хотя размерами — полтора на два и на метр — она больше походила на шикарный гроб, чем на маленькую комнатку. Да и хранили тут раньше какие-то корабельные снасти, которые я сразу же выкинул наружу.