Сводные. Дилогия (СИ)

— Я так испугался за тебя… — наклоняюсь и целую ее в лоб. Щеки. Нос. Губы. — Я люблю тебя. Ты большая молодец. Справилась со всем, а я помогу со всем остальным, если вообще смогу.
Кажется, я переоценил свои силы.
Юля легко отвечает на мой поцелуй.
— Я тебя сейчас люблю меньше, чем обычно, но все равно люблю…
Мой черед смеяться.
— Папа уже знает?
— Думаю, он уже одной ногой в самолете, ты его что, не знаешь? Завтра будет уже тут. Отдыхай. Они сказали, что тебе надо поспать.
— А если я его уроню? Задавлю? Нет, лучше не буду.
— Не уронишь. И не задавишь. Я буду тут, следить. Спи. Я никуда не уйду.
— Правда?
— Я вас больше никогда не оставлю, ты же знаешь. Засыпай, балеринка. Тебе нужны силы. Кажется, этот богатырь к тебе присосался надолго.
Она снова тихо смеется, но уже с закрытыми глазами. Через секунду Юля уже спит.
Из палаты я выхожу только через несколько часов. Глаза слипаются, но улыбка не сходит с лица. Возле курилки на улице вижу своего недавнего знакомого.
— Угостите?
Он кивает. Протягивает мне сигарету.
— Я вообще-то бросил, но..., — говорю, с наслаждением затягиваясь.
— А я вообще не курил, — отзывается мужик. — Напомни, как тебя зовут? А то у меня из головы вылетело после всего. Я Андрей Романов.
— А мы и не успели познакомиться, — говорю, делаю глубокую затяжку, уже подбирая в голове созвучные и не менее гордые имена для своего сына, и выдыхаю: — Константин Гронский. Приятно познакомиться.
Конец!