Серые Башни (СИ)

— Есть! — заорала я, не помня себя от счастья.
— В спину?! — разочарованно протянул Киова. — Леди!
— Мой дед говорил: «сражаться по правилам — легкий способ умереть».
— Поединок и сражение, разные вещи, леди, — прищурился он, — и раз ты начала первой…
Его атака, блок, поворот и я не успеваю, а он, оказавшись у меня за спиной, награждает меня звонким шлепком. Больно. Обидно.
С каждым своим промахом я злилась все больше. С трудом удерживая оружие в руках, упала на колено, парируя очередной удар.
— Достаточно! — рявкнул Хок.
— Нет! — мы с Киовой ответили одновременно.
— Не надо бояться, ари, — и он сделал шаг назад, позволяя мне подняться.
Я старалась отключиться от происходящего, сосредоточившись на движениях. Мне было трудно, очень трудно. Я уклонялась или пропускала удары по касательной, но с каждой секундой чувствовала все большую усталость. Меч становился все тяжелее, тянул руку вниз. Киова намного выносливее, опытнее, злее. Он двигался настолько стремительно, что я просто не успевала что-либо сделать, а вот его удары каждый раз попадали в цель. У меня нет никаких шансов. Легкое касание клинка и спокойный голос:
— Сонная артерия, смерть через две минуты…
— Печень, смерть через 15 минут…
— Позвоночник…
— Сердце…
Я устала. Я злилась. Зачем он это делает? Хочет показать свое превосходство? Но это и так ясно. Зачем? Я попыталась прекратить поединок. Но он не позволил мне этого.
— Нет, — выдохнул он после очередного сообщения о моей скорой смерти. — Мы не остановимся пока ты, хотя бы раз, не коснешься меня.
Он увеличил темп, еще немного и я просто выдохнусь. У меня осталась одна попытка. Отбросив бесполезный клинок, я упала ему под ноги. Захват. Бросок. И подаренный Хоком нож у его горла. Глаза Киовы смеются.
— Ты думаешь, оружие что-то решает? — шепчет он, сжимая мою руку, вынуждая разжать пальцы.
Я дернулась, безрезультатно конечно, но очень хочется, чтобы последнее слово осталось за мной. Я прогнулась, прижавшись еще сильнее, глубоко вздохнула и… его рука дрогнула! Удача! Нет. Не купился. Слишком быстро соображает, а я опять оказалась в проигрыше.
— Ты коварна, моя леди, — загадочно улыбнулся Киова и отпустил меня.
Киова Симарун Аквайо Итогава Кай лорд Акадзомэ, Властитель Айсенгарда
Боится. Прячет страх за улыбкой. За дерзостью. Она мне нравится! А ее Учитель еще больше. Он не учил ее науке боя, он подстраивал эту науку под нее. Она не лгала, когда говорила, что тот мир, откуда она пришла Иссис одарила больше. Все что она делала было похоже на лоскутное одеяло, что шьют в рыбачьих деревнях около Каиссы. Кожа, шелк, бархат, а иногда и дерюжка попадается, а вместе глаз не отвести! Ее мастер, вероятно, был похож на моего Учителя, постоянно повторявшего, что главное в оружии голова его владельца. Она потрясающа в своей ярости! Могла бы победить… Жаль, что так слаба. Обидно. Слишком быстро устала. Вот и плечо опустилось.
Мне приходилось быть очень внимательным, у ее меча не было гарды, не хотелось оставлять ее без пальцев. Мне пришлось пропустить удар и мне понравилось то удовлетворение, нет, скорее радость, которая отразилась на ее лице.
Девчонка. Глупая и доверчивая. Неприятно, если она станет такой же, как моя мать или сестра. Надменной, холодной, жестокой. Она другая и владеет оружием более сильным чем клинок, просто нужно немного подождать и научится им пользоваться. Я помогу, я увидел все что нужно.
И ради ее блага я не был так снисходителен, как капитан ее лорда. Это было легко, предугадать ее действия, ускорится, и легко прикоснувшись к незащищенной шее, не дать ей упасть.
Ирами Олори. Я выбрал ей достойное имя. Хорошо держится. Прямая спина, плавные движения, равнодушно-надменный вид. Только мне виден ее страх.
— Не надо бояться, ари, — шепнул я ей.
Тэйе диа Агомар
Собрав волю в кулак, я постаралась принять безразличный вид и поклониться, игнорируя противную дрожь в коленках. Надеюсь, сайкейрей в моем исполнении был безупречен.
 
— Благодарю, милорд.
— Ты увидел все что хотел? — Хок встал рядом. — Я думаю, леди нуждается в отдыхе. Не будем ее задерживать.
Киова молча склонил голову, приложив руку к сердцу.
Гру, сунув мне в руку гладкое тельце Шилда, обнял и повел к двери.
Сохранять лицо удалось только до выхода из Арсенала, но как только я переступила его порог, прямая спина и легкий шаг растаяли как снег на солнце.
— Мне так плохо, — всхлипнула я и повисла на Хранителе.
Гру вздохнул, взял меня на руки и понес… к Агами. Сообразив, куда он меня тащит, я взбрыкнула.
— Дура, — шикнул норд. — Ты себя видела? А если тебя такую девки твои углядят!
— А что не так? — шмыгнула я носом.
— Да все! — рявкнул Гру и умудрился наградить меня шлепком по отбитой заднице.
Я взвыла, но Хранитель не обратил на это никакого внимания.
— Может не надо? — робко попросила я. — У меня еще мазь осталась. Да он спит наверно.
— Не спит, — уверенно заявил Гру. — Никто не спит.
Агами не спал и, судя по всему, готовился. Его берлога была ярко освещена, в камине гудел огонь, а в котелке булькало какое-то неприятное на вид варево. Томи, сидевший у двери, увидев нас, подскочил и изменился в лице. Да что со мной не так? Ну, трясет, ну, коленки дрожат, так понятно — откат. Все закономерно. Или нет?!
— Малец, — тихо сказал Гру, — встанешь около дверей. И чтобы никто, понимаешь, никто не смел входить!
— А леди…, — Томи жалобно на меня посмотрел, — с ней все хорошо?
— Замечательно! — прорычал норд. — Делай что сказано!
— Сюда клади, — спокойный голос Агами нагнал на меня такого ужаса, что я задергалась, вырываясь из рук.
— Это нужно выпить, — около моего лица оказалась кружка. — Немного горчит, но это только на пользу, — проворчал целитель.
Гру усадил меня на низкий твердый диванчик и впихнул в руки питье.
— Давай.
Гадость была неимоверная, хотелось плюнуть, но Агами многозначительно посмотрел на полный котелок. Пришлось давиться и пить.
— Да…, — вздохнул он. — Не думал, что лорд будет так суров.
— Так и надо, — хмыкнул Гру, а я подавилась. — Я бы еще добавил. чтоб неповадно было! Ишь, умная какая…, — он еще что-то говорил, но слов было не разобрать. Зачерпнув из котелка, он залпом выпил отвратительное пойло и секунду подумав, полез за второй порцией.
— Мне придется снять с тебя рубашку, леди, — сказал Агами, протягивая мне кусок полотна. — Можете прикрыться вот этим. Но лучше будет, если вы полностью обнажитесь. Это не нанесет урона твоей чести, учитывая присутствие Хранителя.
Я покорно кивнула, противная дрожь во всем теле прошла, было тепло и как-то… пофиг, что-ли? Раздеться? Да пожалуйста! Чем меня напоили? Успокоительным? Ну и ладно…
Осмотр целителя, его реплики и ответы Гру, я воспринимала, как сквозь вату.
— Какой мастер, — вздыхал целитель, обрабатывая очередной порез на моем теле. — Аккуратно, точно, чисто, безупречно…
— Шрамов не будет? — безразлично интересовался Гру.
— Нет, конечно! — возмущался старик. — И следа не останется. Поверните ее, осталось еще несколько. Теперь синяками займемся.
— А не надо, — лениво возразил норд. — Пусть сами проходят. Нечего…, нечего заниматься тем, чем не положено.
— Это слишком, мой друг. Аккуратно разогните ей руку, вот так. Небольшое растяжение. Сейчас поправим. Теперь осторожно поворачивай и положи госпожу на живот. Как интересно?! — восхитился он. — Ты тоже это видишь? Какая точность! — вновь восхитился Агами. — Мастер, настоящий мастер!
 
Лежать было удобно, ничего не болело, было тепло, а бормотание Гру и целителя убаюкивало.
— Томи, леди можно забрать. Пусть завтра ей приготовят ванну, вот с этим. Четыре капли, запомнил? А мастер пусть остается тут, — это было последнее, что я услышала.