Метка Зверя: Ассимиляция (СИ)

— Нет, понимаешь… — попытался Лев объяснить произошедшее, но его перебили.
— Избавь меня от своих оправданий. Лучше скажи, что с теми, кого ты взял с собой? Только не говори мне, что ты еще и молодняк угробил? — Раз сказано, не говорить, парень и молчал, но это молчание выдавало его с головой. Врать же предку он попросту не мог — Блеск!
— Пап, я…
— И слышать ничего не хочу! Домой можешь даже не возвращаться!
Мобильный пикнул и связь оборвалась. Перед тем как убрать телефон от уха, Лев сказал в уже не связывающий с собеседником аппарат:
— И я тоже тебя люблю, пап.
— Не так уж и плохо для последних слов, не находишь? — Сказал человек в белой толстовке, чье лицо скрывал капюшон, отстраняясь от стены неподалеку и это было последним, что первый и единственный сын Линдро, наследник будущего клана, Лев Леопольдович услышал.
  
Эпилог
 
В обширном помещении было темно настолько, что эта тьма казалась осязаемой. Положение усугубляло полное отсутствие окон и каких-либо элементов освещения, но, похоже, это ничуть не мешало двум находящимся внутри.
Обе женщины. Одна из них стояла на гладком и ровном полу, в то время как другая на возвышении. Собственно это возвышение в центре являлось единственным интерьерным решением, за исключением разве что уродливых в своей гротескности скульптур, будто вплавленных в стены прямоугольного зала.
— Ты хорошо меня поняла? — Обратилась вышестоящая к собеседнице.
— Да, возвышенная — со всем возможным почтением ответила та, голову, при этом, однако, так и не склонив.
— Повтори своими словами.
— Прибыть на материк, разыскать место последнего призыва, установить обстоятельства и возможные причины, препятствующие отклику на зов, выявить виновных и доложить о них, так?
— Верно. Это прекрасный шанс заслужить то, что ты так желаешь. Можешь идти. — Когда девушка развернулась, наблюдающая за её удаляющейся фигурой возвышенная, без прежнего официоза и даже с легким отчаянием в голосе добавила — И Блорком прошу, оденься ты уже, наконец!