Недоброе утро (СИ)

Пули ударили в борт кузова, а я уже свернул на знакомом повороте: до Ямполя оставалось не больше километра.
Дико сигналя я дал по тормозам у ворот, и к нам тут же побежали люди.
— Что там? Что случилось?
— Вайсаров в машине! Ранен!
Мужики понесли полковника в один из домов, другие принялись помогать нам разгружать машину.
Пашку, оказывается, тоже зацепило. В ухо. Оторвало мочку к чертям собачьим. Подбежавший Кудеяр обработал ему рану и перемотал ему голову бинтом, сказав:
— Потом Ангелина или этот… Гомеопат… Что-нибудь придумают. Рассказывайте, что за дикость там случилась? И кстати, что насчет зубной пасты и крема для обуви?
Я ткнул пальцем в клетчатые сумки, изрядно заляпанные полковничьей и Пашкиной кровью, и сказал:
— Вот. И если что, к сведению — тут километрах в двух от нас какие-то ребята остановились. По нам стреляли.
Кудеяр изменился в лице. Он у нас был специалистом по охране и безопасности, и поэтому главным в этой отрасли.
— Много? Что за вооружение?
— Судя по тому, что они смогли подбить БТР — вооружение у них тяжелое. А видел на дороге я их человек десять-двенадцать.
Кудеяр нахмурился, а потом кивнул и умчался в неизвестном направлении.
Через каких-то полминуты на над бывшей агроусадьбой а ныне — свободной территорией Ямполь раздались выворачивающие душу звуки сирены. Кудеяр крутил рукоятку допотопного механизма, а по всей общине мужики, не занятые жизненно необходимыми делами и молодые женщины, приписанные к нашему ополчению хватали оружие и боеприпасы и мчались к точке сбора: закрытой с трех сторон домами небольшой площади.
— На наших ребят напали неизвестные. По всей видимости, они же расстреляли конвой, в котором ехал полковник Вайсаров. В общем, остальное вы и сами знаете. Погнали!
И тут началась дикая беготня. У меня в голове само собой сложилось всё, и вспоминать ничего не надо было. Во-первых, бежать за бронежилетом и каской, поскольку оружие у меня было с собой. Во-вторых — бежать в лес, на точку номер четыре, и там вместе с еще тремя парнями ждать приказов.
Я и побежал. Женщина — завсклада уже распахнула ворота настежь, и бойцы один за другим хватали снаряжение, дополнительные боекомплект и мчались на боевые позиции.
До точки номер четыер было метров пятьсот, а я и так был уставший после выезда с Пашкой, так что прибежал туда последним.
Пашка с перебинтованной головой, кстати, тоже там был. Как и Тимур. И тот самый Артур-гитарист, кстати, тоже. Он у нас был снайпером.
Вообще, роли распределились у нас следующим образом: Тимур — командир и радист, Артур — понятно, снайпер, Пашка — гранатометчик, я — второй номер. РПГ-7 и сумка с зарядами, как, впрочем, и рация, и еще много полезных ништяков было припрятано на точке, в укромном месте.
Так что теперь я нагрузился по полной. АКСУ-то никто не отменял… Хорошо еще «Моссберг» догадался в машине оставить. Вот бы не спер никто, а?
У Тимура зашелестело в рации и голос Кудеяра проговорил:
— Четвертый, седьмой — выдвигайтесь к точке номер семнадцать. Первый, третий — к точке номер двадцать два. Второй — за мной, вдоль трассы. Как поняли?
— Четвертый понял, — ответил Тимур. И, уже нам: — Слышали? Двигаем!
Я потихоньку вспоминал, что вся эта система «точек» была разработана в первые дни нашего пребывания в Ямполе. Всё было построено на том, что мы досконально изучили местность, и хорошо подготовились к любому нападению. Кроме атаки штурмовой авиации, или ракетного удара пожалуй… Да и тут могли пару сюрпризов преподнести…
Я думал об этом, пока сумка с зарядами от РПГ натирала мне спину, а АКСУ бился в грудь. Нелегкая доля второго номера!
Наконец мы добежали до точки номер семнадцать. Группа с точки номер семь была уже там. Вместо РПГ у них был ручной пулемет, а в остальном состав тот же.
Руководил ими толстый дядька по фамилии Карпов.
— Ждем? — спросил он.
Тимур кивнул, и тут заговорила рация:
— Потенциальный противник на перекрестке грунтовой и трассы. Выдвигайтесь по зеленке.
Я, кряхтя, побежал следом за бодреньким Пашкой, который, казалось, не замечал веса гранатомета. Тимур трусил слегка сбоку.
 
Минут за десять мы достигли места назначения, и как раз услышали голос Кудеяра, который вещал в мегафон:
— Граждане бандиты! Вами было совершено нападение на людей свободной территории Ямполь! Предлагаю положить оружие на землю и лечь самим на значительном от него удалении! В противном случае к вам будут применены самые жесткие меры!
Мы уже занимали позиции. Я видел, что наши противники засели за одинаковыми черными внедорожниками. Пара гранатометов у них тоже была, кстати. Но это им не поможет, в случае чего…
— Заткнись, ты, мудила! — проорал кто-то из парней в масках. — Иди сюда, я тебе глаз на жопу натяну!
— О-огонь! — прошипела рация Тимура голосом Кудеяра.
Мы уже целились в группу недругов на перекрестке из всех видов оружия, и как только рация отключилась, с четырех сторон по врагу ударили потоки огня и металла. Группы сработали четко. Грохот несколько секунд стоял такой, что уши заболели. А потом Тимур почесал затылок, посмотрел на дымящийся ствол автомата и сказал задумчиво:
— Вроде всё?..
Мы ведь даже не знали, с кем воевали. Вполне достаточно было того, что они обстреляли машину из Ямполя. Это было второе особое правило (первое — про детей, если помните). Ямполь всегда защищает своих, а если не удалось — мстит так, чтобы отбить охоту обижать.
Кудеяр нашел наименее изуродованное тело, и сдернул с него маску.
— Сучье вымя, — сказал он. — Всё понятно. Добивайте тут всех, чтобы зомбаки по округе не гуляли.
Мы прошлись по месту боя, холодным оружием дрявя и круша бошки трупам. Мерзкое занятие, однако.
И уже в Ямполе, на общем совете, стали пытать Кудеяра — что ему такое понятно. Он встал, прошелся туда-суда по залу (раньше это был актовый зал в административном здании агроусадьбы), а потом глянул на меня с Пашкой и спросил:
— Вайсаров Остапчука упоминал? И ругал матерно?
Мы дружно это подтвердили. Тогда Кудеяр почесал свою коротко стриженную, рано покрывшуюся сединой шевелюру и проговорил:
— Помните, месяца два назад по рекомендации Остапчука на поселение были приняты две сотни человек из Затона? Разместили их на базе роты ППС, ну, там где мы еще автоматы брали… — он кивнул на нас.
Все это помнили.
— Пацаны эти — все затонские. А машины — с базы Вайсарова. То есть у нас тут гражданская война, братцы. Остапчук и полковник что-то не поделили, а теперь решили пустить друг другу кровь… И мы, выходит, за полковника, волей-неволей. Остапчук нам гибель дюжины бойцов не простит, да и силу и независимость простить нам не сможет. Тем более, раненый полковник у нас находится, и ехал к нам, по всей видимости… Может мне кто сказать, что они там не поделили?
И тут я вспомнил давешнюю ругань полковника и Остапчука.
— Я могу! — ляпнул я.
И все уставились на меня как на чертика из табакерки. А я рассказал о идеях Остапчука по поводу выборов и демократии. Тут все загалдели, зашумели… Что характерно — сторонники у такой идеи нашлись даже в нашем здравомыслящем обществе…
— Ша! — крикнул Кудеяр. — Что бы там ни было, выбора у нас нет. Нужно готовится к обороне, ждать, пока полковник очнется и всё прояснит…
— Гы-ы-ы… — раздалось с заднего ряда. — А че, если он не очнется?
Там, в позе философа и в клубах дыма сидел Джоуи. Надо же, а обычно он такие мероприятия игнорирует! Кудеяр сразу немного затупил. Вопрос-то был дельный!
— Предложения в таком случае есть? — нашелся он.
 
И снова Джоуи выдал самоочевидную вещь:
— Дык! Че там… Сходить туда надо, глянуть че как… Какой-нибудь чувак, которого они не знают… Чисто позырить!
Кудеяр облегченно вздохнул и снова взял инициативу в свои руки:
— Итак! Разведку пошлем сразу же! Нужна пара человек, которые не светились в Береговом еще. Есть такие?