Лед и пламя 1-2

– Нет, – спокойно ответила она. – Им – нет, но я уверена, что это подойдет вам. Таким образом вам не придется с ними встречаться.
– Вы что, хотите сказать, что я боюсь кучки разодетых, распивающих чаи снобов? Да я мог бы купить и продать…
Она взглянула на него так, что он осекся.
– Не поеду я, – сказал он упрямо и сел. Она подошла к нему и встала рядом, подавляя желание положить руку ему на плечо.
– Ничего страшного не будет. Вы сталкивались только с худшими людьми города. А я бы, хотела познакомить вас со своими друзьями, и обещаю, что никто из них не упадет в обморок при виде вас.
Он поднял на нее глаза:
– Ни одна леди не упадет в обморок, увидев меня без бороды?
Улыбнувшись, она отошла от него:
– Вы хотите, чтобы я сказала, что вы будете там самым красивым мужчиной?
Он попытался схватить ее за руку, но она успела отскочить.
– Давайте останемся здесь, – сказал он. – Мы найдем, чем заняться. Мне нравится это платье.
– Ну уж нет, мистер Таггерт, – рассмеялась она и подумала про себя, можно ли было затянуть корсет еще на полсантиметра туже. – Я не позволю соблазнить себя.., что бы там ни было у вас в голове. Вам пора одеваться к приему, – она пятилась, пока не уперлась спиной в стену.
Кейн вплотную приблизился к ней и уперся обеими руками в стену.
– Мы же друг друга и узнать-то как следует не успели, не так, ли? Я хочу сказать, что прежде чем пожениться, люди должны проводить время наедине, я не прав?
Хьюстон проворно выскользнула из-под его руки.
– Мистер Таггерт, – твердо сказала она, – не заговаривайте мне зубы. Думаю, что вы просто боитесь идти, а если вы относитесь к тому типу людей, которых пугает общество, то я не уверена, что вы тот мужчина, за которого я хотела бы выйти замуж.
Рассерженно взглянув на нее, он вернулся к письменному столу.
– Подлости в вас черт знает сколько. Не боюсь я этого чертова приема.
– Тогда докажите мне это. Одевайтесь и поедем. Она видела, что он борется сам с собой, и чуть не сказала, что остается с ним дома. "Держись, Хьюстон, – велела она себе самой, – для это «о ты ему и нужна».
Он швырнул бумаги на стол.
– Я поеду, – сказал он с отвращением. – И надеюсь, вы не пожалеете об этом.
Он с шумом вышел из кабинета.
– Я тоже на это надеюсь, – вздохнула она, побежав за костюмом, который все еще лежал в экипаже.
Пока Кейн одевался, Хьюстон размышляла, куда она поставит мебель, в беспорядке разбросанную по дому. После полутора часов она заподозрила, что Кейн сбежал через окно на втором этаже, но тут он появился на пороге – в темном сюртуке, белой льняной рубашке и голубовато-серых брюках, держа в руках белый галстук.
– Я не знаю, как его завязывать.
Секунду Хьюстон не могла двинуться с места. Хорошо сшитый костюм подчеркивал невероятную разницу между широкими плечами и узкой талией, а темная ткань очень выгодно гармонировала с его бровями и волосами. С гордостью она представила, как появится с ним на приеме рука об руку. Может быть, в глубине души она и хотела продемонстрировать всему городу, что в состоянии заполучить другого мужчину. И конечно, ей мог бы попасться кто-нибудь в сто раз хуже Кейна. Это уж точно.
– Вы знаете, как его завязывают? – настаивал он.
– Да, конечно, – сказала она, приходя в себя. – Сядьте, чтобы я могла достать до вашей шеи.
Он опустился на маленький позолоченный стульчик так, как будто был заключенным.
Завязывая галстук, Хьюстон проинструктировала Кейна.
– Прием устраивается в доме моей подруги Тайи Мэнкин. В саду будут стоять столы с едой и напитками. Все, что вам нужно делать, это прогуливаться вокруг и разговаривать с людьми. Я буду находиться рядом столько, сколько смогу.
Кейн ничего не ответил.
Завязав галстук, Хьюстон взглянула Кейну в глаза. Неужели это был тот самый человек, о чью голову она разбила кувшин?
– Это ненадолго. Потом мы вернемся сюда и поужинаем.
Неожиданно он крепко обнял ее и поцеловал – так, как будто хотел, чтобы она поделилась с ним своим мужеством. В следующую секунду он уже стоял рядом с ней.
 
– Давайте покончим с этим побыстрее, – сказал он и пошел к двери.
Хьюстон стояла как громом пораженная. Те несколько поцелуев, которыми они обменялись, для него, казалось, ничего не значили, тогда как она после каждого из них с трудом приходила в себя.
– Вы идете? – нетерпеливо спросил он у двери.
– Да, конечно, – ответила она, почувствовав себя ожившей.
По дороге к дому Тают, Хьюстон дала Кейну некоторые наставления.
– Если мы хотим, чтобы люди поверили в нашу помолвку, вам, наверное, следует быть ко мне внимательным, – осторожно сказала она. – Стойте рядом со мной, берите под руку, ну и так далее. И, пожалуйста, помогите мне выйти из экипажа.
Он кивнул, не поворачивая к ней головы.
– И улыбайтесь, – попросила она. – Женитьба не такая противная штука.
– Если мне удастся до нее дожить, – мрачно ответил он.
Люди, собравшиеся в саду Тайи Мэнкин, умирали от любопытства. Всеми силами стараясь держаться достойно, они буквально бегом бросились к экипажу Кейна и Хьюстон, но вдруг остановились в изумлении. Вместо обросшего волосами шахтера они увидели перед собой джентльмена.
Кейн,., судя по всему, не заметил реакции присутствующих, зато ее заметила Хьюстон и с гордостью положила руки на его широкие плечи, когда он помогал ей выйти из экипажа. Взяв его под руку, она повела его к остановившейся в ожидании группе людей.
– Позвольте представить вам моего жениха, мистера Таггерта, – начала она.
Через двадцать минут, когда он был представлен всем гостям, она почувствовала, что он перестал нервничать.
– Не так страшно, как вы думали?
– Не-а, – ответил он немного самодовольно. – Хотите чего-нибудь поесть?
– Я бы выпила немного пунша. Я отойду на минуту, вы не против? Нужно поговорить кое с кем.
Некоторое время она наблюдала, как он идет к столу, и заметила, что многие женщины останавливаются, чтобы посмотреть на него. Мередит Лечнер опередила всех и заговорила с ним, предварительно улыбнувшись Хьюстон, как будто прося ее разрешения.