Ребенок ледяного дракона

— Что за книги? — спросил я, проводя пальцами по лежащему передо мной тому в кожаном переплете.
— Это просто каталоги, — сказал Рейка. Он открыл книгу, и я увидел, что это массивная бухгалтерская книга с бесконечными колонками и рядами, каждый из которых был заполнен крошечными письменами. Он достал лупу, которая была привязана к столу, и указал на первую колонку. — Это названия. Свитки, книги, записи. Это расположение крыла, зала, сектора, ящика и, наконец, полки. В библиотеке пять крыльев, в каждом из которых по три зала. В каждом зале есть несколько комнат, а в каждой комнате - еще больше книжных шкафов. Видишь, как поиск вещей может стать работой сам по себе.
— И все записано в этих трех книгах?
— Боги, нет. Тут сотни каталогов. Но думаю, в одном из них будет то, что мы ищем.
— Ого. Ты хорошо разбираешься в этом.
— Семь лет, ушло на то, чтобы выучить все, — сказал Рейка.
— Ты наполовину человек. Каково это было... ну, знаешь? С Оли?
— Все было так же, как и при рождении обычного дракона. Я изменился в дракона.
— Значит, ты все-таки умеешь обращаться в дракона, — сказал я. — Я уже начал сомневаться.
Рейка выглядел недовольным, и я подумал, не обидел ли я его.
— Просто мне это не нравится.
— Потому что привлекает слишком много внимания?
— Нет, просто навевает неприятные воспоминания. — Он пролистал книгу, быстро скользя лупой вверх и вниз по страницам.
— Может, кто-то здесь знает? Акушерка? Целитель?
— Я никогда не встречал других полукровок, — сказал он. — Даже в Стонвейле. И не знаю, как меня родила мама. Я ее почти не помню.
— Мне жаль, — сказал я.
— Не волнуйся. В библиотеке хранятся записи тысячелетней давности. Что-нибудь да найдется. Мне просто нужно найти нужный источник.
Мне ничего не оставалось делать, кроме как сидеть и смотреть, как Рейка листает каталоги. Он работал быстро, пробегая пальцами по каждому столбцу за считанные секунды, а глаза мелькали туда-сюда. Было странно снова видеть его перед собой. Прошло семь лет, и хотя мы были знакомы совсем недолго, я не забыл его лицо. Рейка, сидящий передо мной, был практически тем же Рейкой, которого я помнил. Может, немного более уставшим. И решительность, которую я принимал за самоуверенность, теперь казалась мне другой, возможно, потому что я изменился. Стал немного проницательнее.
Было ощущение, что Рейка постоянно находится в режиме борьбы или бегства, и его напряженность - его способ сдерживаться. Или, возможно, он направлял ее. Теперь все разложилось по полочкам, и я наконец-то понял, почему он сделал тот выбор семь лет назад. Рейка прожил здесь семь лет, но он все еще бежал.
Рейка посмотрел на меня, и его глаза засияли. По телу пробежали мурашки, меня охватило невольное волнение. Я так и не смог забыть этот взгляд. Он всплывал каждый раз, когда я оставался один в постели, крепко сжимая кулак...
— Увидел что-нибудь интересное?
— Извини, — пробормотал я, отводя взгляд. — Ты по-прежнему выглядишь точно так же, как при нашей последней встрече.
— Ты тоже, — сказал Рейка. — Но только гораздо угрюмее, чем я помню. — Рейка улыбнулся и, к моему удивлению, протянул руку и поправил мою рубашку. — Ты всегда носил все черное?
— Только после встречи с тобой, — полушутя ответил я. — Научи меня, как искать в этих штуках. Дай мне какое-нибудь занятие, иначе я так и буду сидеть здесь и глазеть на тебя.
— Хорошо, — сказал он и подвинул стул ближе к моему.
Ничего сложного, просто много информации, которой нужно жонглировать, но после короткого объяснения я стал искать вместе с ним. В трех томах не нашлось нужных нам сведений, поэтому мы вернулись, взяли еще три и погрузились в них. Время пролетело незаметно, и, признаться, я наслаждался процессом. Сидеть в тишине рядом с Рейкой, рассматривать книги, иногда он прижимался ко мне плечом, когда у меня возникал вопрос, - это было похоже на сон. Мне пришлось напомнить себе, что он разбил мне сердце.
— Вот, погоди, — внезапно сказал Рейка, ткнув пальцем в страницу. Он сделал несколько пометок на листе бумаги. — Да, точно. Думаю, мы кое-что нашли. — От широкой улыбки Рейки и при виде его волнения, у меня в животе завязался счастливый узел. К черту разбитое сердце. Единственное, чего я хотел в тот момент, - это снова заключить Рейку в объятия и сделать его своим.
 
 Глава 6 
 Рейка 
    Мои воспоминания о матери были скорее впечатлениями, ощущением тепла, уюта, а затем пустоты. Но мне хотелось верить, что она была сильной, и что вся моя стойкость досталась мне от нее. Я никогда не задумывался о том, как я появился на свет, даже в голову не приходило, пока Делос не спросил. Как мама это сделала? Наверняка ей было страшно не знать, как это произойдет, и не иметь никого, к кому обратиться. Отцу, наверное, было не все равно, но остальным членам семьи…
Вместе с Делосом мы отправились на третий этаж, где я выписал набор медных ключей у хранителя, сидевшего за высоким столом. Старый омега проштамповал несколько бланков, открыл ящик и передал мне звенящее кольцо вместе со светящимся кубиком.
— Это тебе пригодится, — сказал он. — Там темно.
— Что это? — спросил Делос, указывая на стеклянный куб размером с помидор, с двумя боковыми сторонами из металла.
Я держал куб с металлическими гранями он светился белым светом и жужжал, будто гул насекомых.
— Светящийся куб, — сказал я и протянул его ему.
— Энергия громового дракона, — сказал Делос с благоговением. Он выглядел таким же взволнованным, как Оли в выходной день. — Я никогда не работал с громовой алхимией. Я не часто встречаю громовых драконов.
Его воодушевление выглядело восхитительно. Это напомнило мне о том, как Делос вел себя, когда садился на корабль… как он был очарован всем, что видел.
— Ну тогда ты будешь в восторге, узнав, что Шен - громовой дракон, — сказал я. — Он работал с главным алхимиком, чтобы сделать эти кубики. Они нужны в старых крыльях библиотеки, где еще не проложены газовые линии. Кубы гораздо мягче для глаз, чем свет камина, и не выделяют много тепла. Безопасны для работы с таким количеством бумаги.
Делос так увлекся кубом, что упал бы с лестницы, если бы я не схватил его за руку.
— Ты прямо как Оли, — сказал я. — Он всегда восхищался магией.
— Ты никогда не учил мальчика летать, — сказал Делос. — Или использовать свою драконью форму.
— Мой дракон привлекает слишком много внимания, — сказал я. Это была больная тема. Я знал, что утаиваю от Оли что-то важное, то, что ему интересно. Но даже если бы мне ничего не угрожало, если бы я принял драконий облик, вряд ли у меня получилось бы его научить. — Да и я не умею.
— Ты не умеешь летать?
— Меня никогда не учили.
Когда я был ребенком, я старался избегать переключений. Братья и кузены дразнили меня за то, что у меня нет способностей, которые так легко давались им, говорили, что мой дракончик чахлый и маленький. Но они так же часто ругали меня за то, что я все время остаюсь в человеческом облике. Как говорится, куда ни кинь, везде клин.
— Может, ты мог бы его научить?
— Я? — спросил Делос. Предложение вышло вскользь, и я ничего не ожидал, поэтому удивился, когда он сказал: — Я могу. И тебя тоже могу научить.
— Я ценю это, Делос. Но ты знаешь мой ответ.
— Мы можем найти место, где никто не узнает. Никто не увидит тебя. Мы будем только втроем.
— Вот такого Делоса я помню, — сказал я. — Он не понимает намеков.
— Прости, — сказал он.
— Все в порядке. Вот мы и пришли.
    Я остановился перед дверью, усеянной железными шпильками, и отпер ее одним из ключей. Она открылась в темную, затхлую комнату с рядами книжных шкафов с закрытыми стеклянными окнами. Делос поднял светящийся куб, чтобы мы могли видеть, куда идем.
— Почему они держат их за стеклом?
— Они старые, — сказал я. — Старые, редкие и непонятные записи хранятся под замком для сохранности.