Под Знаменем Империи, Том II (СИ)

Со временем видения тускнеют и становятся реже, но всё равно я нет-нет да просыпаюсь в холодном поту, с ощущением, будто кто-то вторгся в мой разум. И пугают даже не чужие воспоминания, а это неприятное, мерзкое чувство демонического вмешательства в моё тело. Порой мне чудится, что с ядром, запрятанным меж рёбер, где-то гораздо глубже плоти и костей, что-то не так. Это абсолютно иррациональное чувство, но в кошмаре мне видится, как полированная золотистая сфера идёт вразнос, трескается и крошится, как меридианы рвутся, и меня разрывает сфокусированной вспышкой духовной энергии.
Я повторяю себе, что это всего лишь морок, остаточный след ублюдка, вылезшего из Подземного Царства.
Тем временем продолжаются допросы пойманных заговорщиков. Карисса поручает Текору выявить оставшихся предателей в рядах поредевшей армии. Мой названный брат берёт в помощники меня и Райдо, а мы уже собираем небольшой отряд из членов Дисциплинарного Корпуса.
Предателей осталось немного, но они всё ещё представляют угрозу. Не для Императора — вряд ли кто-то рискнёт вновь покуситься на его жизнь в ближайшее время, — но для остальных верных ему солдат. Нам удаётся предотвратить несколько гнусных попыток навредить товарищам по оружию.
Одна группка уцелевших заговорщиков пыталась отравить остатки припасов и провиант, но своевременное вмешательство нашего отряда позволило избежать беды.
Постепенно, благодаря стараниям Кантора, не стесняющегося в методах дознания, выясняются подробности проблем со снабжением. Остатки предателей, которых мы выявляем, также передаются контрразведке и подвергаются тщательным допросам.
Выясняется, что большая часть системы снабжения армии была связана с заговорщиками и буквально прогнила насквозь. Ныне сам Император Альдавиан назначил нового ответственного за обеспечение войск, выбрав его из числа верных столичных кланов, но разгребать последствия накопившихся ошибок предстоит ещё очень долго.
Параллельно с нашей работой я пытаюсь подобраться поближе к Императору и разузнать о его технике. Однажды вечером, оглядывая окрестности города, мы обсуждаем успехи расследования, и я завожу разговор об Императоре. Друг по-прежнему не желает верить моим словам.
— Зено… Рен, — хмурится Текору, — похоже, после смертельных ран твой разум окончательно помутился. Наш государь спас тебя, а ты всё равно продолжаешь обвинять его в чём-то? Кому, как не тебе, стоит быть благодарным владыке? Это уже не первое спасение из его рук.
— Знаешь, то, что он спас меня, говорит лишь об одном — для него я всего лишь ценная боевая единица, не более, — пытаюсь достучаться до друга. — Я лично видел его технику, она лишила жизни нескольких умирающих товарищей. Знаешь, каково мне сейчас? Словно в мою голову засунули обрывки чужих личностей. По ночам меня терзают яркие воспоминания, принадлежащие не мне. И это лишь верхушка пагоды. То, что творится здесь, — я прикасаюсь к груди, — в моём ядре… Оно до сих пор ведёт себя странно. Будто в него проникла демоническая энергия.
— Я бы списал это на бред, но… — Текору смотрит на меня испытующе. — Не думаю, что ты станешь выдумывать такое на пустом месте. Чего ты хочешь от меня? Даже если Император и впрямь использует демонические техники, наверняка у него на это есть веская причина. Быть может, он обратил оружие врага против него самого, понимаешь?..
— Чего я хочу?.. Правды! — не выдержав, рявкаю я. — Я хочу выяснить, действительно ли он виновен в смерти моей сестры и, если да, самое главное, почему? Почему она умерла⁈ — злость поднимается из глубины. — Прошу, помоги мне. В свете последних событий ты часто бываешь на военных советах. Присмотрись к Императору повнимательнее, возможно, и сам поймёшь, что он не тот, за кого себя выдаёт.
Текору разрывается между преданностью мне и владыке, но обещает помочь. Вместе мы пытаемся разузнать больше о тайных техниках Альдавиана и подробностях исчезновения одарённых детей. Однако, по правде сказать, подвижек у нас практически нет. Сейчас очень сложно подобраться к государю, поскольку тот занят наведением порядка в остатках армии Кариссы и активно участвует в наказании заговорщиков. Большинство военных советов проходит в узком кругу приближённых офицеров, куда Текору удаётся попасть всего раз.
 
Проходит пара недель. Снабжение налаживается, наконец-то прибывают долгожданные караваны с припасами из столицы. Вместе с ними подходит и подкрепление, но солдат недостаточно, чтобы восполнить потери Кариссы, да и численность меньше, чем планировалось изначально. Выясняется, что часть подкрепления также была втянута в заговор и отсеялась по пути к Чёрным Горам. Император шлёт приказы другим армиям выделить подмогу на этот участок фронта.
Увы, вместе с хорошими вестями в город прибывают и гонцы с тревожными новостями. По всей границе Чёрных Гор замечена повышенная активность демонов. Похоже, враг готовится к полномасштабному наступлению. Карисса отправляет несколько отрядов на разведку, чтобы получить достоверную информацию, попутно приказывая готовиться к возможному нападению исчадий.
Проходит несколько дней, и к назначенному сроку отряды лазутчиков не возвращаются. Тогда генерал вызывает к себе своего адъютанта вместе со мной.
— Командование приняло решение отправить дополнительный усиленный отряд, — говорит генерал. — Текору, ты возглавишь его, а Зено станет твоим помощником. Он хорошо проявил себя на поле боя, показав самоотверженность и преданность Империи. Ваша задача — выяснить, что случилось с другими разведгруппами. Соберите отряд из лучших бойцов. Вероятно, наши разведчики столкнулись с врагом, — предупреждает Карисса. — Мы начали готовиться к возможной осаде, но нам нужно понять масштаб угрозы.
— Так точно, мой генерал! — в унисон отвечаем мы с Текору.
— Свободны! У вас час на сборы! — напутствует нас военачальница.
Отобрав бойцов из остатков гвардейского батальона, мы просим помощи у Кантора, который выделяет несколько агентов, способных ментально воздействовать на демонов и добывать информацию. Если удастся взять языка, их помощь окажется неоценима. Укомплектовав разведотряд, мы выдвигаемся в горы.
Исследуя окрестности центрального перевала на расстоянии дневного перехода от города, вскоре натыкаемся на следы сражения, уводящие в глубь одного из каменистых проходов.
Ущелье, ещё недавно укрытое белоснежным покровом, теперь напоминает полотно безумного художника. Алые мазки крови на сверкающем снегу складываются в причудливый узор, завораживающий и пугающий одновременно. Искорёженные тела павших воинов застыли в неестественных позах. Несколько погибших солдат, похоже, в попытке предупредить город бежали от чего-то ужасающего.
— Будьте начеку! — предупреждает Текору. — Осмотреть всё вокруг, ищите выживших!
Я медленно шагаю меж погибших, всматриваясь в их застывшие лица. Вот молодой парень, почти мальчишка, явно из знатного клана, с мечом, всё ещё зажатым в окоченевшей руке. Рядом — ветеран с обезображенным лицом, до последнего вздоха защищавший юного товарища. Дальше — целая груда тел, сплетённых в чудовищном объятии смерти. Снег вокруг них растаял от жара их крови, обнажив голые камни, будто сама земля не желает принимать в себя эту скверну.
Внезапно меня охватывает дурнота. Голова кружится, к горлу подступает желчь. Застыв на месте, я сглатываю вязкую слюну и медленно выдыхаю, пытаясь усмирить бешено колотящееся сердце. Нет, это не страх — за месяцы службы я навидался достаточно смертей. Это что-то иное, более глубокое и тёмное, исходящее от самой сути этого места.
Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь отыскать источник охватившего меня беспокойства. И вдруг понимаю — дело в тишине. Жуткой, неестественной тишине, нарушаемой лишь завыванием ледяного ветра да скрипом наших шагов. Ни воронья в небесах, ни снежных волков, обычно слетающихся на запах мертвечины. Даже падальщики будто чуют исходящее от трупов зло.
Краем глаза я замечаю, как Текору подходит к одному из погибших и склоняется, чтобы получше рассмотреть раны. Его лицо искажает гримаса отвращения пополам с яростью.