Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 4 (СИ)

— Ясно, — Хину отчего-то занервничала, тут же этому про себя удивляясь. — А Моэко зачем тебе сейчас?
— Шутишь⁈ Хм. Ладно, по аналогии. Травить без следов должен учить патологоанатом или продвинутый профильный врач. Маскировать пожар под самовозгорание — офицер пожарной охраны. Уклоняться от налогов — сотрудник налоговой администрации. Это всё общий принцип. — Во взгляде хафу плескалась откровенная снисходительность вперемешку с оттенком озабоченности.
— Занятный подход. — Видимо, волнение не способствует сообразительности. Чувствуй теперь себя дурой на ровном месте. — А Моэко ты хочешь потеребить на случай?..
— Когда я шёл с журналисткой в сторону Йокогамы из Итальянского Паба, а вы с ней ушли раньше, случился инцидент.
— Помню. Ты ещё опоздал на тренировку.
— Парень из организации её отца тогда бросил кое-кому: «Ты не ориентируешься в элементарном, в тюрьму тебе лучше не попадать».
— Поняла, — наконец-то дошло, хотя не сказать, что догадка обрадовала.
Логично. Если кое-кто реально предусмотрел на этапе открытия кредита собственную будущую возможность оказаться за решёткой, у верхушки любых борёкудан такому человеку действительно есть, о чём спрашивать. И о чём договариваться, благо, отношения на короткой ноге позволяют.
Моэко отзвонилась через четыре минуты. Чтобы не тратить времени, пловчиха в двух словах описала ситуацию и передала трубку Решетникову: пусть сам наводит мосты. Тема деликатная, меньше посредников — перспективнее результат.
Она специально не прислушивалась к их разговору из соображений такта, потому сразу заметила семенящую к ним по бортику Уэки.
На каблуках.
Что интересно, айтишница вынырнула на водную арену со стороны мужских душевых.
— Стесняюсь спросить, зачем было топать через мужскую раздевалку, — поиронизировала Хину, усиленно абстрагируясь от не очень приятных мыслей. — Не подумай, что отговариваю, случайно вырвалось.
— Какая ближе была, туда и свернула! — огрызнулась айтишница, по-видимому, банально перепутавшая проходы с той стороны спорткомплекса. — Внутри никто не возражал, пока шла! Просто отправлялась сюда сюда с одними новостями, а по пути на входе!.. — она сменила тон на нормальный. — Я в замешательстве.
— Мы тоже в курсе, — кивнула Хьюга. — Полиция, представители прокуратуры, прочие приятные люди по его душу, — кивок в сторону Решетникова. — Он как раз на эту тему общается.
Два топ-менеджера, не сговариваясь, смерили задумчивыми взглядами вчерашнего безвестного стажёра.
— Раз полиция для вас не новость, тогда к первому пункту. Я вообще-то к тебе изначально.
— Заинтриговала, — признала Хину. — Кстати, тебя нормально пропустили?
— Да. Возле стакана четверо из вашей физзащиты, или как там это называется, без проблем дали пройти. С омавари-сан и прокуратурой они о чём-то ругаются, но если есть оплаченный абонемент — шагай смело.
— А какие новости несла лично для меня?
— Ты в курсе, что Сузуки Сёго вошёл в здание под ручку с Йошида Йоко?
— Не-а. Давно? — равнодушно поинтересовалась Хьюга.
Уж что-что, а это известие точно больше не волновало. Уходя, уходи.
— Около тридцати минут тому. Потом они проследовали к ней в новый кабинет, вот выгрузка видео с камер коридора…
— Да не надо! Не трать время, верю. И что?
— Тебе реально пофиг? — Уэки неподдельно озадачилась. — Я думала, тебе важно знать, что Сузуки-сан сперва вручал сувениры аппетитной фемине на директорской парковке. Затем заперся с ней и из её кабинета пока не вышел. А она рысью понеслась сюда через какое-то время!
Видимо, стоит встать с лежака.
Хину пружинисто поднялась из шезлонга, чтобы поблагодарить, как полагается:
— Спасибо, я оценила.
— Сбросить тебе все видео? Как они идут вместе, как на парковке разговаривают? — Уэки явно не была готова оставить в покое недопустимый с её точки зрения проступок наследника известной фамилии.
Айтишница так всматривается в моё лицо, подумала Хьюга, словно случившееся задевает её больше, чем меня. Вслух же она ответила:
— Благодарю, абсолютно незачем.
 
Физиономия собеседницы из пытливой стала изумлённой:
— Точно⁈ Но ведь это неопровержимое свидетельство! Ты уверена⁈
— Более чем. — Поколебавшись, пловчиха решила приоткрыть часть информации. — Знаешь, мне уже абсолютно всё равно, с кем он, чем занимается, что планирует, что будет делать.
Наблюдая за отвисающей всё ниже челюстью Уты-сан, Хину ухмыльнулась:
— Только не для печати! Вслух я никому ничего не объявляла и по своей инициативе не планирую.
— Не моё дело, хотя и любопытно, разочарованно вздохнула Уэки. — Ладно. Тебе я сообщила, а там твоё дело. — Она какое-то время постояла, не меняя позы, в ожидании возможного ответа.
— Есть понятие границ личности, — хозяйка бассейна решилась на фигуральный шажок навстречу. — Вон, Решетников-сан о них регулярно вспоминает. Я с опозданием поняла, где находятся мои собственные и кого внутри них точно нет, — Хьюга со значением посмотрела в пол и в сторону, где предположительно лежали нижние этажи и уже за пределами здания находилась директорская парковка. — А также, по нынешним ощущениям, никогда не будет. Незаметные намёки между строк читать умеешь?
— Ого. — Айтишница сходу впечатлилась услышанным настолько, что без затей уселась на краешек мокрого шезлонга, наплевав на костюм. — Новость тянет на хит хоть у новостных агентств, хоть в исполнении блогеров.
— Не тянет, — Хину чётко дала понять кое-что ещё мимикой и твёрдостью голоса. — Потому что ты об этом никому не расскажешь.
— Да. Конечно. Извини. — Пару секунд Уэки сомнамбулой качалась вперёд-назад, затем заявила. — К демонам приличия, любопытно! — и сфокусировала взгляд на Хьюге. — Что, вот так вот… — и конец?!! Бац — и на этом всё⁈
В глазах айтишницы плескался незамутнённый детский интерес.
— Экая ты непосредственная, Ута-сан. Я и раньше не была ни в чём уверена; об отношениях договаривались родители; я на каком-то этапе не то чтоб согласилась, просто не стала спорить.
— Потом изображала идеальную японскую женщину? — сообразила собеседница. — Типа, следовала рядом с избранником в направлении брака? И в прямом и в переносном?
— Типа того. Только не изображала идеальную, а изо всех сил старалась ею стать: именно настолько серьёзных отношений до этого не было, вот и нарабатывала опыт, пользуясь случаем.
— Интересный подход, — констатировала айтишница. — Хотя, если твой стиль — во всём тренироваться при возможности, то…
— Да, это мой внутренний стандарт. Чтобы закрыть тему: Сёго-кун — спасибо ему за всё, он был неплохим объектом тренировки. Но выступать и дальше в старом бассейне, уже молчу, строить там карьеру, я категорически не планирую. — Хину насмешливо смотрела на Уэки. — Как и прилюдно комментировать кому-либо ещё собственные планы насчёт личных заплывов. Достаточно откровенно?
На лице собеседницы яркие эмоции сменяли друг друга одна за другой:
— Будет скандал, — заключила гостья, с сожалением глядя на промокшую туфлю. — Ваша пара в светской хронике вроде как в списке «золотых», по-любому пойдут разговоры.
— Да и бог с ними, — пожала плечами Хьюга. — Живём в свободной стране, в свободном мире. Каждый волен говорить и думать, что хочет — пусть говорят. Если кто-то будет слишком усердствовать, мне есть кого к ним отправить на переговоры. Во всех смыслах.
— А если Сузуки-сан сейчас поднимется к тебе сюда⁈ — кое-кто явно прокручивал в голове ситуацию с позиции самой несостоявшейся невесты, оттого буквально полыхал энтузиазмом.
— Ута-сан, — Хину наклонила голову к плечу. — Тебе не кажется, что ты выходишь за свои личные границы и вторгаешься уже в мои? Пожалуйста, не увлекайся.
— Ой. Извини. Просто такой парень! — Айтишница то ли весьма убедительно изображала простодушную наивность, то ли реально со своими цифрами и программами таковой являлась. — Во всяком случае, стереотипно считается. И семья его!.. — ещё один сноп искр в глазах. — Ладно, прошу прощения, кажется, снова лезу не туда.