Дело скандальных ведьм (СИ)
Её затянуло в водоворот водопада, и Вэл в стремительном потоке слетела с высоты порога на острые камни далекого дна текущей дальше реки. Сокрушительный удар и боль в сломавшихся крыльях выбили из неё сознание. Волны быстро потащили вдаль безвольное тело «мифического» чудовища...
Глава 25, о возвращении к жизни
Давно она не чувствовала себя настолько плохо! Пожалуй, с того момента, как в детстве, гуляя во второй ипостаси, поддалась настойчивым уговорам зверя проглотить целый выводок крупных тростниковых жаб. То, что они ядовитые, выяснилось несколько позже, но ей в принципе не следовало нарушать наказ матери не пихать в пасть всё подряд. Организм оборотня, конечно, переварил весь яд, но тот успел доставить массу неприятных ощущений!
Неужели она повторила прежнюю глупость?
Она ведь уже выросла и поумнела, так? Ну хоть чуточку разумнее она стала? Хотелось верить, что таки да, но гарантию Вэл дать не могла: она весьма смутно припоминала свою жизнь. Собственно, она помнила скорее сны о своём прошлом, чем его само. Сны ей снились постоянно и были долгими-долгими...
Она видела себя то ребёнком, бегающим с друзьями по улочкам родного посёлка и летающим наперегонки с братьями и сёстрами, то студенткой колледжа. Она слышала голоса родителей и любимого дедушки, у которого часто гостила на каникулах. Видела, как сидит в конторе Донована и шутит с мэтром по поводу странностей клиентов адвокатов. Как помогает шефу выступать в суде и злится на острословие прокурора. Но в настоящий момент в её сновидении особенно отчётливо звучал голос дедушки, а не оппонента по делу, однако произносил этот голос что-то непонятное...
– Мастер говорит, причина продолжающейся лихорадки не столько физическая, сколько психосоматическая. Девочка все последние пять лет жила, как сжатая пружина, она так и не смогла отпустить в прошлое ваш развалившийся союз.
– Честно говоря, был удивлён, что вы не встретили меня оскаленными клыками и не выставили за порог сразу, как забрали внучку из моих рук, – мрачно произнёс собеседник дедушки. Его голос тоже был знаком Вэл, а память подкинула в пару к голосу образ очень красивого светловолосого мужчины. Да, она определённо где-то с ним встречалась. – И что на следующий день против меня не вышел боевой отряд вашего посёлка мантикор.
– Мне много лет, я давно привык не стрелять навскидку от бедра. Официальная версия вашего развода – чушь полная, без объяснений ясно, а что уж там между вами в действительности произошло – сами разберётесь. Я не глупец, чтоб не понимать, по какой причине моя внучка осталась жива после столкновения с сильным Иным, которого даже ты вмиг одолеть не смог. И я вижу, что она бредит тобой и в прямом и в переносном смысле слова, даже в лихорадочном бреду твоё имя шепчет.
«Да? – удивилась Вэл и напрягла зыбкую память. – Что за имя???»
– Я найду того, кто пытался убить её, кем бы он ни был, – мрачно, с глухой ненавистью пообещал подзабытый ею красавец. – К сожалению, в ментальном бое на расстоянии не видишь лица противника. Тогда мне пришлось выбирать: гнаться за врагом или броситься за Вэл. Её могло утащить в океан, а мантикоры всё-таки не русалки, вода – не ваша среда обитания. Доктор Хэлл даёт прогнозы, когда она придёт в себя?
– Он полагает, довольно скоро. Физически она давно здорова, шишки и переломы надолго оборотней из строя не выводят. А вот её разуму потребовалось время на «перезагрузку», как выразился мастер. Похоже, что-то в её душе сломалось в последние дни, распрямилось, а попытка убийства сработала как детонатор, свалив её с нервным приступом. Ходят слухи, это внучка вывела полицейских к подпольной лаборатории нелегалов?
– Да, банду накрыли с её подачи. Она помогала эвакуировать людей с места катастрофы, а потом оказалась вдалеке от спецотряда полиции, потому что бросилась на поиски Эрла Хэлла, задержавшегося на облёте прилежащих к плато территорий. Он проверял, нет ли рядом под землёй других потенциальных очагов вулканической активности, а Вэл тем временем заманил в свои лапы очень сильный Иной.
– Кому из старших она умудрилась перейти дорожку? – хмуро спросил дедушка.
– Пока не знаю, но выясню, – стальным голосом пообещали ему.
– У внучки имелись какие-то личные счёты с теми ведьмами, которых отдали под суд? И которых ты отказался судить, сославшись на глубочайшую личную неприязнь к основной обвиняемой, заставляющую тебя сомневаться, что ты сможешь судить её объективно и беспристрастно? Возможно, переломным моментом для психологической устойчивости Вэл стала информация, раздобытая в логове бандитов Хоупа?
– Возможно, но мне неведомо, что там отыскали. По причине моего самоотвода я не имею доступа к материалам следствия.
Вэл глубже провалилась в сновидение, голоса стали еле слышны и она перестала к ним прислушиваться. Ей надо выспаться. Она отдохнёт и тогда всё вспомнит, всё решит. Со всем разберётся. Сейчас ей хочется спать. Она так давно и так сильно устала!
.
Окружной прокурор Джордж Соммерс рвал и метал. Помощник прокурора морщился и старался сдержать досадливые вздохи. Судебный процесс над бандой наглых грабителей не мог дойти до стадии логического завершения из-за острой нехватки в городе адвокатов по делам Иных! Бывший адвокат Моран был лишён лицензии юриста и сам находился под следствием, а его заместитель Бошан ещё не успел оформить разрешение на самостоятельное ведение в суде уголовных дел. Как подозревал помощник прокурора Дерек Ривз, хитрый василиск специально оттягивал старт своей карьеры, не желая начинать её с нашумевшего, прогремевшего по всей стране криминального дела, безнадёжно провального для адвокатов. Бошан не хотел появления в своей биографии строк, что его первое и громкое дело завершилось отправкой подзащитного в камеру смертников.
К сожалению, схожим образом рассуждали и юристы других городов штата. И поскольку иногородние адвокаты не были обязаны являться в суд государственными защитниками по вызову судов Атланты, ситуация превращалась в тупиковую. Ривз жалел, что невозможно приставить к нечеловеку адвоката из непосвящённых людей! Раньше затруднений такого рода не возникало: даже в большом мегаполисе проживало сравнительно немного представителей ИГР, да и преступления они совершали редко. Двух специализирующихся на Иных адвокатов Атланте вполне хватало, но тут, как назло, вдруг не осталось ни одного!
– Мисс Мэнс ещё не поправилась? – процедил сквозь зубы Соммерс, повергнув помощника в состояние лёгкого шока. Насколько же старик отчаялся, что мечтает о возвращении в строй самого ненавистного ему правозащитника?! Соммерс, конечно, надеется про себя, что хоть в полностью прояснившемся деле банковских грабежей сможет наконец-то переиграть ловкого оппонента. – Отправляйся к Вэнрайту, пусть он по-дружески потолкует с адвокатом, как только та выздоровеет, – велел прокурор. – Оборотни не долго сидят на больничном, мисс Мэнс со дня на день придёт в себя.
«А мастера к уговорам подключить не надо?» – мысленно вздохнул Ривз. Однако всяко приятней поболтать с капитаном, чем писать требование в Коллегию адвокатов.
– У главы банды точно денег нет? Со своих плеч на чужие заботу об адвокате никак не переложим? – прикидывал прокурор и так и этак.
– Счета главы грабителей пусты, как брюхо голодного шакала, а про накопления в наличных спрашивать бесполезно: ясно же как день, что мы поинтересуемся их происхождением. Официально глава шайки – самый нищий человек на свете и, согласно шестой поправке к конституции, имеет право на бесплатного адвоката.
Служащие Фемиды замолчали, думая о том, как совсем недавно всё блестяще складывалось в деле грабежей. Задержанные все поголовно давали признательные показания, деморализованные уничтожением их бандитского логова, арестом всего имущества и осознанием, что теперь им некуда деваться, кроме как в тюрьму. Им быстро растолковали, что длительность пребывания за решёткой будет напрямую зависеть от их готовности идти на контакт, и шайка аферистов быстро согласилась сотрудничать со следствием. Большую часть похищенного из банковских ячеек нашли и вернули счастливым владельцам, и даже офицеры Федерального Бюро расследований (с самого начала взявшего дело наглых грабежей под свой особый контроль) выразили удовлетворение работой детективов полицейских департаментов. Но в последние дни всё шло наперекосяк!