Пепел звезд
Она попыталась вызвать «скорую», но не смогла вспомнить адреса. Ужасно! Лена смогла бы объяснить, как проехать, но ее даже не стали слушать. Она ведь не знала толком, что случилось.
– Ей плохо, понимаете! – кричала она в трубку.
– А кому сейчас хорошо? – зевнув, поинтересовались на том конце. – Пусть звонит по телефону доверия.
«Ты… очень осторожная», – заметил Ник.
«Только не там, где надо… Зачем я так разговаривала с ней?! Зачем? Иногда то, о чем больше всего хотелось бы забыть, напоминает о себе снова и снова…
«– Элена, ответьте „Пари матч“, правда ли, что мсье Рено предпринял попытку самоубийства после Вашего с ним разрыва?
– Я отказываюсь комментировать.
– Но вы знали, что он принимает наркотики?
– Недавно узнала.
– И после этого отказались стать его женой? Вы не считаете это жестоким?
– Без комментариев.
– Но вы чувствуете свою вину?
– Да!»
Господи, кто сказал, будто история повторяется во второй раз в качестве фарса? Неправда! Трагедия – всегда трагедия. Вновь и вновь. Жалкая трусиха! Ты всегда прятала голову в песок, подобно глупому страусу. Но сейчас тебе не удастся этого сделать. Ты должна успеть, или с этой виной тебе придется жить до конца дней. Как это можно вынести? Ты должна успеть!
Лена прибавила скорость. 150! Она сжалась в комок. Справа, у обочины, взметнулся полосатый жезл гаишника.
«Боже, только не это!»
Тормоза завизжали, как наказанный пес.
– Лейтенант Назаров, – гаишник сурово сдвинул брови. – Вы превысили скорость. Попрошу документы.
Лена протянула права.
– Простите, – она умоляюще сжала пальцы, – с моей подругой произошло что-то ужасное. Мне нужно быстрее…
– Та-ак, – протянул лейтенант, возвращая права. – Сейчас на угон проверим.
– Какой угон? Она в салоне куплена!
– Ну и что? – флегматично заметил лейтенант. – Это ничего не значит.
Он щелкнул рацией. Лена, притопывая ногой об асфальт, кусала губы.
– Чистая, – сообщил лейтенант. – Откройте багажник.
– Пожалуйста. Послушайте, моя подруга, может быть, умирает! Возьмите штраф и разрешите мне ехать, прошу Вас!
– А вы – врач?
– Нет, но «Скорая» не едет, потому что я не могу назвать точный адрес. Знаю только, как проехать. Пожалуйста, помогите мне, я должна успеть…
– Аптечку покажите. И огнетушитель.
– Да забирайте и права, и машину! – крикнула Лена. – Я поймаю такси.
Лейтенант Назаров задумчиво почесал за ухом шариковой ручкой.
– А вам далеко?
– Николина гора.
– М-да… Она, ваша подруга, что – из «крутых»?
– Она манекенщица, ясно? И я – тоже.
– Ладно, – махнул рукой лейтенант, – плати штраф и езжай.
– Сколько?
Лейтенант, похоже, мучительно раздумывал.
– Пятьсот рублей.
Лена полезла в нагрудный карман и с ужасом обнаружила, что оставила кошелек с рублями дома. «Черт!»
Она лихорадочно рылась во всех возможных местах, где носила деньги, и – «Есть Бог на небе!» – нашла несколько стодолларовых купюр, приготовленных для обмена.
– Вот. Других нет.
Лейтенант с сомнением взял купюру, в мгновение ока, как пианист по клавиатуре, пробежал по ней пальцами, и, убедившись в подлинности, вторично почесал себя ручкой за ухом, что, вероятно, означало напряженный мыслительный процесс.
– Спешишь, значит?
– Да, очень, говорю Вам.
– Там, дальше, тоже наши стоят, трасса-то правительственная… – дипломатично поведал лейтенант Назаров. – Если разгонишься – везде тормозить будут. На всех баксов не хватит.
– Что же делать?!
– Ладно, – он перешел на заговорщицкий шепот. – Давай еще одну такую же бумажку, и я тебя до места с мигалками провожу. Как президента.
Пугая честных обитателей коттеджного поселка, ревущая сиренами кавалькада подъехала к особняку Ады. Выскочивший из служебного помещения охранник с автоматом наперевес поинтересовался, в чем, собственно, дело.
– Это я! – воскликнула Лена. – Уберите оружие!
Она подбежала к дверям и принялась звонить и стучать.
– Вообще-то она дома, – недоуменно сказал охранник, набирая номер по мобильнику. – Не отвечает.
– Ломайте дверь! – крикнула Лена.
– Да вы что?!
– С ней что-то случилось, я ей звонила. Мы должны попасть внутрь. Ломайте!
– Да фиг ее сломаешь, – пнув дверь ногой, сказал лейтенант, – она ж железная внутри. И на окнах – решетки.
– Черт возьми, – рявкнула Лена, – мужики вы или нет? Отойдите!
Она прыгнула в машину и, круто развернувшись, поехала прочь.
– Да… Дурдом у вас тут, – сочувственно заметил лейтенант охраннику.
– Не то слово. С жиру бесятся…
Он хотел еще что-то добавить, но в этот момент взревел мотор.
Серебристая «Вольво» на полной скорости четко вписалась в дверной проем. Раздался оглушительный треск, звон бьющихся стекол, заливистый собачий лай. Из образовавшейся дыры выскочила маленькая собачонка и, схватив подбежавшего охранника зубами за брючину, потащила внутрь.
– Да оставьте вы меня, в дом бегите! – Лена с трудом выкарабкивалась из застрявшего в пробитой амбразуре автомобиля.
В спальне на полу лежала девушка в вишневом платье. Ее лицо и губы были алебастрово-белыми, с синеватым отливом. Рядом валялся мобильник. Собака подняла кверху мохнатую мордочку и протяжно завыла.
– Господи… – отступая назад, прошептал охранник.
– Ой, бля… – почесал за ухом сержант.
Лена схватила трубку:
– Надо «скорую», быстрее! – ее взгляд упал на стоящий на тумбочке пустой пузырек. – Это отравление таблетками!
– Пока твоя «Скорая» доедет, мы все успеем коньки отбросить, – проворчал лейтенант, поднимая Аду и перекидывая через плечо, – сами в больницу отвезем…
Он помчался к выходу.
– Эй! – крикнул вслед охранник. – А кто заплатит за сломанную дверь?!
Юлька открыла глаза. Под заплеванным потолком покачивалась одинокая лампочка на длинном черном проводе.
– Где я?!
Она села. Тупая боль тотчас шарахнула в виски. Заныли все мышцы. Застонав, Юлька огляделась по сторонам. Кругом валялись пустые бутылки, грязные бинты, куски ваты, шприцы. И вперемешку с этим, вповалку, на каких-то одеялах и матрацах – полуодетые парни и девушки. Замызганные, помятые, в размытых кругах косметики на бессмысленных лицах. В комнате стояла нестерпимая вонь, помесь запаха немытых тел и испражнений. Юлька почувствовала, как тошнота подступает к горлу.
«Как я попала в этот притон?!»
Память тотчас принялась услужливо подбрасывать несвязные клоки, из которых Юлька попыталась составить рассказ о прошедшей ночи.
Кокаин. Автомобиль. Какая-то дискотека. Ребята. Знакомство. «Винт».
Снова машина, компания… Квартира. Секс… Еще и еще… «Боже!»
Юлька в ужасе вскочила. Разодранное платье болталось на ней, как старый халат на огородном пугале. Колготок, как и нижнего белья, не было в помине.
«Сколько их было? Кто они?! Какой кошмар, я же могла заразиться чем угодно, даже СПИДом! Нужно срочно продезинфицироваться!»
Едва сдерживая дурноту, Юлька бродила по комнате в поисках туфель и шубы.
«В чем я пришла? В „шиншилле“? Нет, я же вчера, после ТОГО, разрезала ее ножницами и выбросила в окно. Ее тотчас утащили бомжи. Потом я надевала „норку“. Точно. Вот она! Твою мать!»
На эксклюзивном норковом манто Фенди, стоимостью в добрую сотню тысяч зелёных, уютно расположилась парочка. Чертыхаясь, Юлька с трудом вытащила его из-под голых задниц. Парень разлепил глаза, заматерился, встал и принялся справлять малую нужду прямо на соседний матрац. Схватив шубку, Юлька пулей вылетела в коридор, рванула дверь туалета. Ее стошнило. Стало полегче. Наконец, она заметила свои туфли. Подняла один за каблук и тотчас отбросила. Туфель был заляпан чем-то, сильно напоминающим сперму. Это уже чересчур. Она не наденет его даже под угрозой пневмонии. Юлька влезла в чьи-то старые ботинки. «Доеду до дома и выкину. Пусть носят теперь мои, чтоб им ноги переломать!»