Босс Мафии (ЛП)

— К черту это. Я тебе нужен. Нельзя лежать в постели, как анютины глазки, когда дерьмо происходит. Он вошел внутрь. — Я слышал, что случилось. Тейлор, я видел тебя на выходных. Почему ты не сказала мне о взломе?
— Очевидно, я не хотела тебя беспокоить. Тебе нужно пойти домой и отдохнуть. Я не могла поверить этому парню.
Он ухмыльнулся, но его улыбка исчезла, когда он оглянулся через мое плечо и увидел Люка, входящего в комнату.
— Привет, приятель, — сказал Синклер. Затем он посмотрел то на меня, то на Люка беспокойным взглядом, который сказал мне, что ему не нравится, что я с ним.
— Привет. Рад видеть тебя на ногах, — ответил Люк. Он всегда был тем парнем, который мог постоять за себя.
— Спасибо. Синклер снова сосредоточился на мне. — Ребята, вы может захотите одеться. Я слышал, они привели парня, который рыскал по квартире Коула.
Он приподнял бровь и повернулся на каблуках, оставив нас.
Я снова посмотрела на Люка, который не спускал глаз с Синклера даже после того, как вышел за дверь. Он тоже уловил напряжение, и ему это явно не нравилось.
Я подошла к нему, обняла его и положила голову ему на грудь, вспоминая и наслаждаясь нашим предыдущим разговором об Италии. Только тогда он уделил мне все свое внимание.
— Мы должны закончить наш разговор, — предложила я.
— Потом. Поехали на вокзал. Теперь это более важно.
Он поднял мое лицо, чтобы поцеловать меня. Это был хороший поцелуй. Мне просто хотелось, чтобы у меня не было ужасного ощущения, что все вот-вот изменится.
Глава 23
Люк
Пора было перестать быть копом и вернуться к своему прежнему «я». Пришло время действовать, а не притворяться.
Ладно, они поймали парня, шпионящего у дома Коула, но это было частью игры. Я смотрел на идиота, когда Амелия и ее старый добрый друг Синклер допрашивали его. Он выглядел как обычный наркоман, худший из тех, кто все время был под кайфом и под тем наркотиком, по которому нельзя сказать, было ли то, что он говорил, правдой или нет, — но в нем было что-то не так, что-то большее, чем просто быть под кайфом.
Он был тем, что мы называли пешкой. Я мог сказать это по тому, как он отвечал на их вопросы. Они были на передовой, которые после чего-то обнюхивали все вокруг, чтобы проверить воду.
Он отвечал на все дотошно, как будто его подготовили, и этот ублюдок продолжал смотреть на меня, хотя я не сказал ему ни слова за весь час, который мы здесь провели.
Кусок дерьма. Если бы я поступил по-своему, он бы уже потерял руку. Я бы отстрелил её вместе с его членом и смотрел, как он пытается поднять его с земли другой рукой.
— Итак, вы сказали, что Коул должен вам денег. Как вы узнали, где он остановился? — спросила Амелия идиота. Она задавала ему один и тот же вопрос несколько раз, но по-разному. Это была тактика, чтобы попытаться поймать его.
Раньше он говорил, что об этом ему рассказали несколько парней, но теперь он на мгновение промолчал. — Я не помню. Может, твой парень так смотрит на меня, будто собирается убить. Он потряс своими светлыми дредами и рассмеялся, глядя на меня.
Вот и все. Я не мог больше этого терпеть. К черту это.
Я двигался с ловкой скоростью. Мои руки нашли его шею, подняли его со стула и подняли в воздух, его хрупкое тело казалось легким.
Идиот закричал.
— Люк! — Амелия ахнула.
— Эй, опусти его, приятель, — добавил Синклер.
Дело в том, что Синклер был последним человеком, о котором я хотел услышать прямо сейчас, так что это не совсем помогло мне успокоить себя.
Он был влюблен в Амелию. Я не спрашивал об этом, но она была моей, и это создавало для него угрозу, хотя я не был уверен, отвечала ли она на его чувства. Раньше я бы отмахнулся от этого, но теперь я видел ее с ним несколько раз и знал, что он важен для нее. Это заставило меня ревновать.
— Отпусти меня! — крикнул дурак.
— Скажи правду, или я убью тебя прямо сейчас. Кто тебя послал? — рявкнул я, сжимая его шею.
— Я говорил тебе. Группа парней рассказала мне, где живет Коул.
— Как они выглядели?
— Я не помню! Я просто хотел денег, чувак.
Легкое прикосновение к моей руке усилило гнев, который я почувствовал. Это была Амелия. Я посмотрел на нее, глядя ей в глаза, и мое сердце смягчилось, позволяя отпустить парня.
— Черт возьми, ты, должно быть, он, — пробормотал дурак, кашляя.
— Он? Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — я нахмурился.
— Большой плохой босс из Чикаго. Слухи ходят по улицам, так что тебе не захочется раскрываться.
Блядь и черт его подери.
Я был прав.
Амелия посмотрела на меня прищуренными глазами.
— Что это за слова? — с любопытством спросил Синклер.
Парень просто засмеялся. — Слова есть слова, а копы слепы, чтобы видеть. В вашем участке крыса, и мафиози захватывают его. Его глаза закатились в голову, как сумасшедшие, и он начал смеяться.
С меня достаточно этого дерьма. Я встал и ушел не только из комнаты, но и из офиса, из участка. Я не вернусь. Не было смысла даже разговаривать с Русом.
На самом деле, чем меньше я ему говорю, тем лучше. Мы все еще нуждались в нем, чтобы он был там и в том положении, в котором он был.
Пора делать это по-своему.
Мне нужно было найти Виктора, найти его и получить ответы.
Амелия
Я поклялась, что Люк выглядел так, будто собирался убить того парня, и теперь я не могла его найти. Он вышел из комнаты для допросов, и я надеялась, что он просто остынет, но теперь был конец дня, а он все еще не вернулся.
Нам пришлось отпустить парня. Его звали Брэндон. У нас не было достаточно улик, чтобы удержать его, и, судя по тому, что он сказал, он, похоже, ничего не знал, кроме того, что он сказал, когда Люк был здесь.
В вашем участке крыса, и мафиози захватывают его.
Почему от этого у меня озноб? Конечно, тот факт, что он сказал это и знал, что у нас есть крыса, был достаточно тревожным и определенно этого было достаточно, чтобы свести меня с ума, но мафиози? Вот к чему я пришла.
Я была дочерью мафиози. Люди, ищущие меня, теперь знали это. Это то, что он имел в виду?
А потом было то, что он сказал о Люке: большой плохой босс из Чикаго.
Я всегда думала, что это мой отец. Люди не называли его «большим плохим боссом» — на самом деле, я не думала, что у них есть для него имя, но если бы они это сделали, то это было бы так. Что заставило Брэндона сказать это? А насчет Люка?
— Еще не вернулся? — спросил Синклер. Он подошел к двери, которую я оставила открытой, и остановился, прислонившись к раме. Он скрестил руки и посмотрел на меня.
— Нет, — ответила я.
Он вошел внутрь и сел на край моего стола.
— Как насчет того, чтобы совершить одну из наших обычных прогулок? Док говорит, что мне нужны упражнения.
Я улыбнулась ему, позволяя себе насладиться счастьем, которое я испытывала оттого, что с ним все в порядке.
— Я хотела бы.
Было уже поздно, около семи. Я уже должна была уйти, но я надеялась, что Люк вернется. Я решила, что после прогулки зайду к нему.
Что-то с ним было не так, то, о чем он хотел поговорить сегодня утром, а также то, как он вел себя с Брэндоном.
Мы шли минут десять до парка, освещенного люминесцентными лампами. Это выглядело красиво.
— Итак… похоже, я многое упустил, — заявил Синклер.
Мы только что вошли в парк. — Да.
— Я ему не доверяю, Тейлор.
— Кому?
Я знала, кого он имел в виду, но притворилась что не знала.
— Люк. Мне жаль. Я знаю, что вы двое вместе, но есть что-то в нем, чему я не доверяю.
— Зачем? Он не сделал ничего плохого.
— Не для тебя.
Я поморщилась. — Что он с тобой сделал? Он был к тебе только мил.
— Ты с ним. Этого достаточно.
Господи, я не могла поверить, что мы шли по этой дороге, когда происходило столько всего. Я не хотела обидеть его чувства, совсем не хотела обидеть его, но мне пришлось бы, если бы он собирался сделать проблему из меня и Люка.