Его снежная леди (СИ)

– Что это? – оторопело произнесла Фло, глядя на шоколадные сердца, политые красной глазурью, удивительно напоминающей кровь.– Зачем это?
– Признание, – авторитетно заявила я, двигая к подруге чашку с ароматным кофе.
– В чём?
– Уж не в убийствах. В любви, Фло!
– Да? – уже не так заторможено произнесла эльфийка и протянула руку к сладкому шедевру. Надкусила его. – А ничего так, вкусно… Но зачем же так кардинально?!
– Что, замуж не хочешь? – поинтересовалась я. Помнится, кто-то утверждал, что рано ещё, молодая. А мне казалось, на архивампира это не распространялось.
– Не знаю. Вслух-то Влад ещё ничего не предлагал. – К этому моменту Фло уже съела первое сердце и потянулась за вторым. Видел бы лорд, ему точно понравилось.
Я согласилась. Если нет признания, не стоит и голову забивать. Успеется.
К счастью, наше совместное раннее утро никто не прервал и не испортил, и я благополучно отработала весь день. Ингар не появлялся и не давал о себе знать. Понятное дело, он был загружен. Принц по-прежнему находился на территории университета. Хвала Вышним силам, меня он не касался. Бывшая невеста лорда так же не напоминала о себе. Из чего я сделала вывод – императрице стало известно о подгулявшей девице. Возможно, не всё в этом случае правильно, но…я была рада подобному исходу.
После занятий я шла к себе, полная надежд, что эту ночь мы снова проведём вместе с Ингаром. Погода хмурилась, грозя дождём, но от воспоминаний мне было тепло.
***
– Леди Кэтрин! – окрик завхоза Грегори вклинился в мои мысли, когда я спешила по коридору.
– Добрый вечер! Как ваши дела? – Я обернулась и улыбнулась мужчине, отмечая, что тигр был явно чем-то взволнован.
– В порядке. За исключением ерунды, сущего пустяка, – играя голосом, поведал мне Мурзик. – Вы совершенно забыли о моём существовании!
– Виновата, вы правы, – покаялась я, совершенно не чувствуя за собой вины. Разве что самую малость. Обещала заглядывать, а сама пропала. Столько событий, когда мне успеть?
– Я слышал, вы попали в переделку и были молодцом, дрались как кошка!
– Примерно так, – скромно потупив глазки, ответила я. Не знаю как насчёт кошки, но произнесённые тигром слова звучали как похвала. А раз не ругают, так чего огрызаться? Я поспешила сменить тему, не желая, чтобы добрались до наших с ректором отношений. Это личное, то самое, что я не была готова вынести на всеобщее обсуждение. Пока не готова. – А как дела у адептов с факультета бытовой магии? Надеюсь, мебель цела, а жалоб от соседей не поступало?
– Вроде бы нет, – пожал плечами Мурзик. – У меня не забалуешь.
Кивнула соглашаясь. Тигр и без преобразования выглядел грозно, а какой он в шкуре и гадать не берусь.
– Но что-то не так, верно?
– Верёвка со склада пропала. Три метра. – Прозвучало всё так, словно приблизился конец света. И столько было трагедии в этом признании, что я даже не подумала смеяться.
– Верёвка?
– Да. Особенная. Противомагическая. Для тренировки боевиков.
Я понятливо кивнула. Знаю про такую. Адепты у нас не только в магии упражняются, огнём, воздухом, землёй и водой управляют, но и элементарно занимаются спортом. Полезное занятие для тех, кто должен действовать, а не скучать в светских салонах. Верёвка, как и специальные амулеты, гасит магию. А дальше зависит исключительно от ловкости и физической подготовки адептов. Даже соревнования устраиваются между обычными людьми и магами, привыкшими использовать свою особую силу.
– Но три метра это немного. Может, кто-то взял для занятий? – В знак поддержки я коснулась локтя мужчины. Тигр мне нравился. Я видела его сметы и книги учёта. Аккуратно заполненные, без помарок, они производили исключительно благоприятное впечатление. И Фло рассказывала, что прежний завхоз был неплохим и всё же не мог сравниться с Мурзиком. А раз травница ни разу не покритиковала Игоря Грегори, то для меня это был знак признания.
– Нет, – вздохнул завхоз. – В том-то и дело, что даже в зверином виде не понял, кто был. Хотя в последние дни столько народа прошло. Опять же ревизия только-только прошла. Претензий у комиссии не было.
 
– Если увижу, обязательно дам знать. Какого она цвета?
– Обычная, белая. Как бельевая. Видели такие?
– Видела,– подтвердила я. После чего мы распрощались. Мурзик отправился сверять книги, а я пошла к себе. Какое-то время ещё думала о завхозе, но едва попала в собственные владения, мысли приняли совершенно иное течение.
***
Ингар пришёл, когда первые звёзды светили ярко, но день ещё не перевалил заполночь. Я только-только заснула, а очнулась в крепких объятиях.
– Устал, – прошептала я, касаясь губами упрямого подбородка, прикусывая его нижнюю губу.
– Устал, – подтвердил Керт, – но на кое-что ещё способен.
– Покажешь? – поддразнила я, уже забыв, что спала.
И показал, а спустя какое-то время ещё раз. И только когда мы лежали, обнявшись, а лёгкая дрёма начала своё поползновение, я поинтересовалась:
– Прости, не могу ждать до утра. Весь день ломала голову…
– Ты про родителей? Понимаю.
Рука мужчины по-хозяйски лежала на моём животе, и приятное тепло расползалось по всему телу. И пусть Ингар не был чистокровным драконом, но его температура точно выше человеческой. Ненамного, но всё же заметно. Однако огонь, каким делился мужчина, меня не обжигал, а согревал, радуясь нашему соединению. Я, бытовой маг, воспринимала это ожившей сказкой, впервые случившейся в моей жизни.
– Видел твоего отца. Надо сказать упрямый, до беспредела. – Дал свою характеристику менталист. Я была с ним согласна. Но от слов любимого осталось послевкусие и оно горчило. Я не осуждала Ингара, ни в коем случае. Какая уж тут дипломатия, когда существует угроза попасть в тюрьму или лишиться головы. Дело в другом. Отец мог бы себя вести более благоразумно с тем, кто пришёл выслушать и попытаться помочь.
– А Моран? Он всё рассказал?
– Кэтти, мне не нужно спрашивать. Я сам возьму всё, что нужно. Да, там был весьма остроумный план. Надо сказать, я бы за такое убил. Он касался уничтожения как взрослых, так и детей.
Стало больно, но я смолчала. Какие разговоры, когда мной тоже решили пожертвовать, отдав покупателю побогаче. Всё ради идеи фикс и великой победы над прочими аристократами. И всё же, это трагедия.
– Однако мне удалось вытащить сведения, доказывающие, что твоим отцом играли вслепую. Он не знал о втором дне на корабле, который доставлял опасную контрабанду. Оружие было спрятано там. Что это, даже не спрашивай. Не отвечу.
А я и не думала. У отца есть смягчающее обстоятельство, это меняет дело! Стало капельку легче. И всё же он виновен, потому как контрабанда запретное дело.
– Помнишь тот случай, когда нашли убитого оборотня?
– Ещё бы! Тоже Моран?
– Его команда. Вервольф лишь маскировался под преданного наместнику. На самом деле прислуживал конкурентам. Приспешники Морана наказали предателя. Кровь на твоём стекле это всего лишь случайность. Оборотень перепутал окна.
– Ясно, – произнесла я, не желая дальше слушать подробности. Всё это не слишком приятно, особенно если на улице ночь, а ты устала.
Проснулась я одна, даже немного расстроилась. Но записка от любимого улучшила настроение. Он снова ушёл по делам, разве так можно? Отдыхать тоже нужно. Надеюсь, когда нас покинет принц, а заговорщик будет пойман, у ректора останется больше времени на личную жизнь и прочие мелкие радости, включая водопад. Я по-прежнему мечтала на него посмотреть.
Следующие дни были одинаковые и разные одновременно. Ингар приходил, когда я собиралась ложиться спать, а уходил рано на рассвете. Оказалось, что за Мораном стоят не только чужестранцы, но и кое-кто из местной аристократии, вводившей наместника в равное общество. Именно так Эндрю познакомился с моими родителями и втёрся к ним в доверие. Отец был под домашним арестом, и мы даже как-то поговорили. Скупо, сдержанно, но я видела, что родители рады меня видеть. О наших с Ингаром отношениях им пока ещё не было ничего известно. Слишком рано.