Душа и Разум (СИ)

— Извини, Зер'Атай… — прогудел Марк. — Сейчас я его на полигон отнесу, там и набью морду.
— Да за что? — отбивался Радий. — Не испугаются они, я знаю таких, как они.
— Решайте свои вопросы подальше от моего святилища! — отрезал Зер'Атай, и после привычной вспышки Марк и Радий исчезли.
Потянуло холодком, и Зер'Атай повернулся, чтобы встретить Энлириона. Новоприбывший сказал:
— Кстати, Страбо, которого упоминал Марк, еще жив и собирается вернуться в Мир, представляешь?
— Это сколько лет мы его не видели? — Зер'Атай сделал вид, будто считает на пальцах. — А, сорок девять тысяч восемьсот пятьдесят два года… неплохо, неплохо… Пустота не поглотила его?
— Нет, ты же знаешь, он, как и мы, устойчив к ее эманациям… — ответил Энлирион, и исчез в облаке тьмы.
— Ну что ж, устроим ему теплый прием. — вздохнул Зер'Атай, а потом заметил косой взгляд маски, которая олицетворяло "лицо" разумного органа. — Не пялься, я без сарказма! — Посмеялся он, и маска отвернулась.
  
Глава 6
 
Утро настало слишком быстро, несмотря на то, что лег я рано. Гурий, разбудив меня, ушел на кухню. Опять небось напивается. А, нет, сидит культурно и пьет культурно — чай.
— Ну, Лоренс, давай завтракай и пошли. — Так и сделали, и в шесть часов утра мы уже подходили к горе. Прошли мимо дома Аскольда, непонятной заброшенной хижины уже за городом и вошли в лес у подножия Акендарии. Такого леса я еще не видел. Высокие деревья уходили в небо, и сквозь густую листву слабо просвечивали лучи солнца, создавая приятный полумрак. У нас, в Окраине, леса не такие. У нас леса мрачные, темные и населены всякой нечистью. А тут такая красота! Что ни пень, то искусство. А вот Гурий абсолютно на это все не обращал никакого внимания. Наверное, он только этот лес и видел, и поэтому не удивляется, ведь он уже давно насмотрелся, получается… Вот промелькнуло в листве какое-то странное животное, которое я толком не смог рассмотреть. Как белка, только черная, очень крупная и хвост меньше. Солнце достигло зенита.
Тишина, прерываемая лишь пением птиц и шелестом листьев, нарушилась. Из леса послышались далекие голоса, счастливый смех, и еще какие-то неясные звуки кипящей жизни. Я вопросительно взглянул на Гурия.
— Это хорошие люди, по смеху слышно, поэтому можем подойти. — ответил он на мой взгляд.
Мы пошли на голоса, и через несколько минут вышли на обширную поляну. Посреди горел большой костер, окруженный камнями, которые складывались в какие-то лучи, отходящие от центра. Вокруг стояли в разных позах несколько мужчин, все на вид чуть старше меня. У всех на шеях висели золотые амулеты в виде солнца с кривыми лучами. Между ними чувствовалась некоторая связь непонятной стихии.
— Орден Солнца! — прошептал Гурий. — Нам чертовски повезло, ведь его представителей видят в среднем раз в три года.
Тем временем к нам поворачивались одна за другой головы "солнечников". Они смотрели на нас без враждебности, с живым любопытством.
— Приветствую вас, путники! — обратился к нам высокий юноша с золотистыми волосами. Он был одет в широкую белую рубаху, под которой скрывалась легчайшая кольчуга из мизерных колец, а взгляд его светлых зеленых глаз светился радостью. — Да осветит Солнце путь ваш!
— Мы рады приветствовать представителей Ордена Солнца! — ответил Гурий. — Вас очень редко видно, а жаль. Я слышал, вы хорошие малые.
— Рад, что про нас сложилось такое мнение. — юноша слегка поклонился, а затем выпрямился и как-то оживился, хотя, казалось бы, куда уж живее. — Ну что, обменялись формальностями и хватит? Я — Феликс, лидер Ордена Солнца. — он протянул руку, которую мы с удовольствием пожали и, назвавшись, стали в Ордене некого рода "своими людьми".
— Ну, куда направляетесь? — осведомился Феликс. — Небось, на гору? — он не стал ждать ответа и продолжил. — Очень не советую туда ходить, хотя, — он понизил голос. — я тоже давно мечтаю туда сходить. — он подмигнул нам и опять заговорил громко. — Там очень опасно. Наши люди уходили туда и не возвращались. Ходят слухи о монстре или монстрах, которые там живут, а однажды мы видели рядом с самой вершиной старый, покрывшийся растениями храм, выточенный прямо в скале, но побоялись туда входить.
 
— Понятно. — ответил я. — но мы как раз туда и собираемся и, — я тоже заговорил тихо. — хотим попросить вас о помощи, хоть какой-нибудь. — Чего это я, действительно, шепчу-то, обычная же просьба.
— Хммм… помощь… — задумался тот. — а что помощь? Мы ее, конечно, предоставим, но подумайте, нужна ли она вам. Вы хорошо экипированы, вооружены, запаслись всем нужным, как я вижу. Что вам еще надо? — в его чистых глазах стояло недоумение. Любой из нас был бы доволен этим, а вы чем хуже?
— Э… — я смутился. Так привык просить помощи, что не заметил, что она не нужна. Я не знал, что ответить, но тут меня сменил Гурий. — Вы говорите, что не осмеливаетесь туда ходить, хотя так же хорошо снаряжены. А представьте, каково нам, при том, что нас двое, а не целый Орден. — Что-то обстановка накаляется…
— Может, не стоит горячиться… ссориться… — я пытался исправить ситуацию, но тут только заметил (не обращайте внимания, я просто слепой), что Феликс абсолютно не злится, даже не нахмурился.
— Я вас прекрасно понимаю. — спокойно ответил он. — И хочу вас обрадовать. Мы с ребятами уже неделю собираемся в рейд на вершину, и вы можете пойти с нами. Если же вам по душе бродить вдвоем, то я выражаю надежду, что наверху мы встретимся. — Он замолк, а остальные приверженцы ордена одобрительно закивали. У меня не было слов, как и у Гурия.
— Может, пойдем с ними? — обратился я к Гурию. — А?
— Да какие тут могут быть вопросы? — ответил тот. — конечно нет!
— А… почему? — я был поражен. Он что, опять с катушек съехал?
— Не хочу я в такой группе людей бродить по горам, — сказал он. — слишком людно. Не люблю сборищ.
— Ну что же, — вздохнул Феликс. — жаль. Вместе мы бы смогли сделать гораздо больше и быстрее…
— Да чего уж там… — ответил я. — увидимся на горе, к тому же, мы ведь не прямо сейчас уходим.
— Ну да… — Лидер Ордена был и правда очень огорчен, хороший малый; а может, ему выгода какая была бы, если б мы пошли с ним, кто знает… Но хочется верить, что он просто хороший малый. — Так давайте до нашего расставания покутим как следует, то бишь напропалую. — Я в душе согласился с ним, хотя почему в душе? Мы с Гурием согласились и "кутили напропалую" до самого вечера. Кутеж состоял из гигантского оленя, пойманного в этом лесу и целиком насаженного на вертел, крепкого напитка под названием киграу, наливаемого в здоровые литровые кружки и, под конец, веселых разговоров, хвастовства своей удалью от "солнечников" и рассказа о мимике с нашей стороны.
Наутро от режущей ясности в голове возникла мысль, что мы просто так потеряли пол-дня.
***
Мы уже собрались и вышли к костру, чтобы попрощаться. Феликс крепко пожал наши руки, еще раз выразил надежду, что на вершине горы мы встретимся и пожелал нам солнечных дней. Весь Орден не хотел с нами расставаться, ведь мы с ними за один день успели стать очень близкими друзьями (попойка творит чудеса). Не понимаю. Раньше меня гнали изо всех селений, называли Порождением и далеко обходили стороной. А теперь у меня так много друзей! Целый Орден! Я очень расстроюсь, если хоть с одним из них случится что-нибудь нехорошее. Я успел узнать их всех, как по именам, так и по характерам. Вот Атлас — жизнерадостный парнишка лет двадцати, очень похожий на Феликса. В прошлом году он, по его словам, "лихо скатился с горы верхом на медведе и сломал всего лишь ногу"; Вот Индрэ, мускулистый мужик с седыми волосами, тоже не промах — на своем веку прирезал двадцать мимиков. Двадцать! И еще не считая остальной, более слабой, нечисти. А мне и с одним было трудно сражаться. Ладно, хватит перечислять их, а то я не смогу от них уйти…