Дневник одинокого копирайтера, или Media Sapiens (сборник)
– Ну, не совсем. – Я делаю глоток и чувствую, что начинаю пьянеть.
– Да ну нах! – машет рукой Никита. – Брось ты. Политтехнологи схемы выстраивают, воюют друг с другом, а народу абсолютно до фени. Это раз. И народ очень сильно разбросан по территории страны и не связан друг с другом. Люди в Тюмени не знают, что происходит с людьми в Питере. Это два. Поэтому надо всей политической братве сесть, договориться как в свое время славянские воры с пиковыми, к примеру. И все поделить.
– А населению как объяснить? – Сашка икает. – Так и сказать, мол, пошли вон, не мешайте нам наживать?
– Зачем говорить-то? Населению важна картинка большой и сильной страны. Бабки надо тратить не на рекламные ролики, предвыборные ток-шоу, агитационные концерты и гонорары «говорилкам», а на реальные вещи: на спецэффекты и декорации.
– Ну-ка, ну-ка, – придвигаюсь я к Никите, – это как?
– Построить заводы, фабрики, космодромы, фермерские хозяйства, школы, морские порты, аэродромы, госпитали, города нового типа – на налоги от нефтяного экспорта. Ненастоящее все, естественно, но, сука, – стучит кулаком по столу Никита, – денег, бля, не жалеть! Строить добротно и красиво, как в Голливуде. И потом, – он застывает с открытым ртом, теряя нить рассказа, – гонять все это по телевизору. Президент открывает новый морской порт в Новосибирске, председатель «Единой России» перерезает ленту на открытии нового аэродрома в Краснодаре. И вещать на страну с учетом регионов – тем, кто живет в Краснодаре, показывать про Новосибирск. И наоборот. Люди же не знают, что творится от них за сотни километров. Будут думать: «Как же, зашибись, жить там… Не то что у нас». А глобальные вещи показывать одним потоком. Настроить декораций как для «Девятой роты», и снять в них войнушку с грузинами какими-нибудь. – При этих словах я поймал заинтересованный взгляд Вадика, обращенный на Никитоса. – Выигранную войну на экране показали всей стране. Рейтинг патриотичности – хренакс и поднялся. Доверие президенту – хренакс и поднялось! Во как надо!
– А куда, интересно, девать свидетелей, которые по интернету будут рассказывать, что на самом деле ни хера никакого порта не открыли? – ехидно подсмеивается Сашка.
– А закрыть на хрен все интернеты. Там только террористы да порнуха. Что там народу делать? Новости узнавать? Телевизор есть и газеты, которые новости дублируют для тех, кто не успел телевизор посмотреть. Как в Китае. Живут же, и ничего.
– С альтернативными источниками информации ясно. Закрыть, и весь базар. – Я сижу и охуеваю – иного слова не подобрать – от космического идиотизма Никитоса. – А как быть с иностранными гражданами, которые тут обитают? Им тоже показывать только телевизор?
– А как раньше мы кредиты брали? Снимали офис в «Метрополе», сажали туда секретарш длинноногих, директора с менеджерами. Потом привозили туда банкиров, поили коньяком. Потом везли их на свой, типа, склад. Там стоят фуры с «Мальборо», грузчики ходят, все дела. Вот вам, типа, обеспечение кредита. Потом бумаги подпишешь, дождешься, пока бабки на счет упадут – и ноги. Банкиры приезжают через две недели – проверить, как дела, а там ни офиса, ни склада… Так и с импортными щеглами. В больших городах и так все развивается, а в регионах… а в регионах построить пару-тройку реальных объектов и возить туда…
– Но Россия, Никитос, это тебе не гостиница «Метрополь». Тут просто так не соскочишь. Есть же международное общественное мнение, связи с Европой и США, ООН и прочее. А главное – фондовый рынок, цены на нефть. Мы как только такое устроим, нам сразу обрушат рынки, и будем кеглю сосать. А под твои фанерные заводы кредитов никто не даст.
– Это правда, – первый раз поучаствовал в беседе Вадим.
– Ой, да ну вас, а кто мешает? – Никитос повернулся и чуть не опрокинул стол. Пьян он был уже очень сильно. – Бля… я говорю, кто мешает сразу в ООН со всеми разрамсить? Пацаны, так и сяк, мы вам гоним нефть, газ, и все это по ровным пацанским ценам, а вы взамен тупо отъебитесь от нас наглушняк. Мы у себя в России делаем что хотим, как хотим, строим реальность в телевизоре, и вы картинку красивой действительности для нашего народа не ломайте. – Никитос икнул.
– Во как! – Сашка, по-моему, уже не слушал, просто вставлял междометия.
– И чтобы подписались все президенты всех стран, – Никитос обводит нас пьяными глазами. – И не ебет!
– А как президента выбирать? – интересуется Вадим.
– Я ж тебе говорю, вся братва политическая объединилась и расписала срок, кому, когда и сколько править. Пришло время – ёбс – и, типа, выборы.
– Вот тут и противоречие, – улыбается Вадим, – потому что если одного президента на другого менять – это же надо всю картинку телевизионную перестраивать. Имитировать предвыборную борьбу, представлять народу кандидатов.
– Ты чё, в натуре, не врубаешься, чё я говорю? – Никитос стучит кулаком себе по лбу. – Я ж тебе талдычу, что все происходит тока в декорациях. Народу сказали, что в этом году назначаются выборы. Ну, пришло, к примеру, в день выборов к урнам пять человек. На следующее утро объявили – явка была феноменальной. Сто процентов. Новый президент такой-то. Ну, до этого показали сто раз, как он ленточки резал на заводах и открывал аэропорты. И народ его запомнил. Врубаешься, Вася?
– А что будет, если новый президент захочет, например, картинку телевизионную под себя менять? – Язык мой начинает заплетаться.
– Во блин, – Никита утыкается лицом в ладонь, – вы где ваще работаете? Я ж говорю – все декорации. Никого не ебет, как зовут президента. Мы вчетвером реально рулим поляной. Чи-чи га-га, нефть, газ и телевизор – все под нами. И так продолжается уже бог знает сколько лет. А президент просто, типа, афиша. Рекламное лицо. Ну, типа, как Шарапова, которая часы рекламирует. Она же этой фирмой сама не рулит? Так и мы. Захотели показать, что у нас все как в Штатах, – хренакс – берем негра. – Никитос указывает на чернокожего метрдотеля.
– Его, кстати, Адольфыч отчество, – словно просыпается Сашка.
– Ваще клево. Берем его, показываем народу и миру. Говорим: у нас теперь президент Игорь Адольфыч Тумбаюмба, и предъявляем негра. А рулим сами. Потом надоел нам негр – выбираем татарина. И все. Ниче не меняется – только декорации.
– Ты «Духless» а, что ли, начитался? – смеется Сашка.
– Чего, бля? – Никитос напрягся.
– Книжка такая, – говорю я, – там герой обкурился анаши, и ему приснился бессменный президент Бэтыч. По телику появлялся только в маске Бэтмена и рулил страной.
– А-а-а. Не, не читал я никакого мухлиса-тухлиса. Херня какая-то наркоманская. И идея говенная. Бред. Ты скажи, на хрена ералаш лепить с Бэтменами, когда можно реально построить страну в ящике?
– А когда умрут владельцы поляны, что будет? – интересуюсь я.
– А ниче. Они умерли, оставили поляну детям – те рулят по старым понятиям. Главное-то не в схеме, а в том, чтобы халдею сотку не забыть отдавать. Понимаете? Чтобы он мог пойти себе ботинки купить или ящик шампанского. – Никитос снова икает и неловко цепляет локтем пустой стакан, который падает на пол и разбивается. – Сука-бля. Людям праздник нужно создавать. Иногда. А то они перестанут телик смотреть. И страна в ящике исчезнет…
– Умно… – резюмирую я.
Схема Никитоса не кажется мне чем-то совсем нереальным. Более того, я подозреваю, что когда-то так оно и будет, причем в рамках планеты. Или, может, так оно и есть? Просто я об этом не догадывался? Если так, кто тогда регулирует и координирует все эти сложные процессы, одновременно происходящие в разных точках земного шара?
Сашка и Вадим молчат. Никитос пытается раскурить сигару, принесенную официантом. Сигара вываливается у него изо рта, Никита матерится и снова пытается прикурить. После очередной неудачи бросает сигару на пол, смотрит прямо перед собой и замирает. Я поворачиваю голову в том направлении, куда смотрит Никитос, и вижу в промежутке между стенами деревянный помост, идущий к воде. В конце помоста пришвартована та самая гондола.