Кукла

– Начало очень многообещающее, – сказал он, подавив смех. – И что именно ты предлагаешь?
Увидев, как сияет его лицо, я не стала медлить.
– Как ты смотришь на то, чтобы прийти ко мне на вечеринку? В воскресенье я буду отмечать день рождения, родители уезжают, и весь дом будет в нашем распоряжении.
– Ну раз меня приглашает сама именинница…– он выдержал задумчивую паузу, его губы вновь изогнулись в улыбке. – Конечно, я приду, Дина Картер.
– Супер, – ответила, хотя на самом деле была на грани того, чтобы начать кричать и прыгать от счастья. – Я приглашаю гостей к девяти.
– Что тебе подарить?
– Мне? Подарить? – Меня охватило жуткое смущение. Уж никак не ожидала, что Джулиан проявит такую внимательность. – Даже не знаю, правда… Да и к тому же, тебе вовсе не обязательно тратиться. Я устраиваю вечеринку, чтобы почувствовать атмосферу праздника, а не собирать оброк с гостей.
Проигнорировав мою реплику, Джулиан задал очередной вопрос:
– Чем ты увлекаешься?
– Коллекционирую кукол, – ответила, не задумываясь.
– К-кукол?
– Ага, – отозвалась, сперва не придав значения проскочившему в его голосе сомнению. Почувствовав в душе приятный согревающий огонек, я принялась увлеченно тараторить о своей коллекции, как оно обычно бывало, когда мне давали повод. – Я с десяти лет собираю коллекцию. Сейчас в моем распоряжении имеется сто семьдесят две куклы: пластиковые, фарфоровые, резиновые, тряпичные, деревянные и даже бумажные. Многих из них мне привезли из других стран, каких-то своими руками изготовили близкие и друзья, а некоторых заказывала в интерне…
Ощутив, что атмосфера в салоне непонятным образом изменилась, а молчание Джулиана подозрительно затянулось, я осеклась на полуслове. Сильно стиснув руки на руле, молодой человек исподлобья смотрел на дорогу и казался таким бледным, что я не побоялась сравнить оттенок его кожи с выбеленной простыней. Клянусь, в тот момент я увидела в глазах парня страх!
– Джулиан?.. – украдкой вымолвила, ловя себя на мысли, что уже видела это напуганное выражение лица. – Ты в порядке?
– Да, все… нормально, – сухо отозвался он, в то время как я начала теряться в тревожных предположениях. Одно было страшнее другого, и на мгновение я даже подумала, что реакция парня вызвана упоминанием моего хобби. Вдруг он решил, что моя страсть к куклам – дурацкая забава, годящаяся только для малолеток? А что, если он во мне разочаровался? Или принял за чудачку?
«Вот черт! А все так хорошо начиналось!..»
– Очередной… приступ мигрени, – запоздало добавил он. – Извини…
– Да что ты, Джулиан! – отмахнулась, осторожно коснувшись ладонью его плеча. – За такое не извиняются.
По пути мы еще немного поговорили, но былая непринужденность в общении улетучилась.
Последующие дни я чувствовала себя окрыленной и счастливой. Еще никогда не испытывала столько ярких и крышесносных эмоций, невольно превративших мою серую повседневность в каждодневный праздник. Мне вдруг захотелось вылезти из своих мешковатых шмоток и ходить в школу при полном, как говорится, параде: в платьях, туфлях и с безупречным макияжем. Проходя по коридорам, я жадно ловила взгляды Джулиана, денно и нощно мечтала о том, как именно мы проведем время на вечеринке.
Представляла настойчивые прикосновения его пухлых губ и влажность языка, сплетающегося с моим в страстном поцелуе… Воображала, как горячее дыхание обжигает кожу на моей шее, а затем начинает спускаться все ниже, ниже и ниже…
Фантазии сводили меня с ума, заставляя не познавшее любви тело трепетать и желать максимальной физической близости. В стопах я ощущала слабое покалывание, похожее на горячую обволакивающую волну, медленно поднимающуюся вверх и плавно перетекающую в бедра… Будучи в плену разыгравшегося воображения, я закрыла глаза и осторожно запустила руку под одеяло. Перед мысленным взором рисовалось прекрасное лицо Джулиана, а мои пальцы уже достигли нижней части живота и забрались под кромку трусиков… Буквально ощущая на себе его крепкие руки и нежные поглаживания, я с трудом подавила сладкий стон и зажмурила глаза. Но, совершенно неожиданно, туманную завесу наслаждений сняло как рукой.
 
Сперва я не поняла, откуда взялся этот мерзкий металлический скрежет, от которого свело зубы, а кожа покрылась мурашками. И лишь секунду спустя, когда мой лихорадочный мозг избавился от последних чар наваждения, до меня дошло: скрипнула створка нашей старенькой калитки на заднем дворе, которая выводила прямиком в глухую чащобу. Честно говоря, я даже не могла вспомнить, когда в последний раз ею кто-то пользовался. В нашей семье любителей лесных прогулок не наблюдалось, а с обратной стороны визитеров, слава богу, никогда не было… до этого момента. Только я допустила эту мысль, как услышала негромкие шаги, мягко ступающие по вымощенной дорожке. Бросив взгляд в сторону стоящих на прикроватной тумбочке электронных часов, почувствовала парализующий ужас.
«Кто, ради всего святого, вздумал явиться к нам в третьем часу ночи?!»
Ответ пришел быстро: грабители.
Покосившись на похрапывающую Дженну, я стала лихорадочно размышлять, что делать. Приняв решение немедленно будить родителей, я бесшумно поднялась на ноги, опасаясь, что грабитель мог услышать мои передвижения на втором этаже. Пригнувшись, чтобы не засветиться в окне, на четвереньках проползла до прохода, открыла дверь и нырнула в коридор. Спальня родителей находилась на первом этаже, что в данной ситуации только добавляло проблем и отнимало драгоценные секунды.
Когда спустилась по крутой лестнице и оказалась в гостиной, то замерла как вкопанная. Сквозь широкие панорамные окна я увидела, что во дворе стоит вовсе не грабитель, а окутанный плотным слоем тумана Джулиан Элбон.
Глава 4
Даже не знаю, что удивило меня больше: что посреди ночи ко мне заявился парень моей мечты, или то, как дико он при этом выглядел. Джулиан как ни в чем не бывало стоял на заднем дворе, словно дожидался, пока его обнаружат хозяева дома.
Несмотря на прохладную туманную ночь, парень оделся на удивление легко. По крайней мере, тонкая майка-безрукавка явно не годилась для подобной прогулки. Из-за густого тумана, плотно окутывавшего пространство двора, нижняя часть тела нежданного гостя была полностью скрыта от моих глаз. Клубящаяся молочная дымка выглядела такой плотной и сияющей, что невольно наводила на мысль о выпавшем снеге, в котором юноша утоп по пояс. При виде Джулиана меня посетила тревожная догадка, что парень – один из лунатиков, которые нередко уходят из дома без одежды, зарабатывают переохлаждение и травмы…
Мои мысли прервало громкое шипение выскочившего из-под дивана Мики. Кот выгнул спину и боком приблизился к панорамному окну. Словно пытаясь прогнать заклятого врага, отважный зверек вздыбил кверху хвост и снова зафыркал. Каково же было мое удивление, когда Джулиан повернул голову на звук и… улыбнулся.
Очень скоро грозное шипение кота переросло в утробное рычание, шерсть на его спине встала дыбом, будто наэлектризовавшись. Я была уверена, что если сейчас же не положу конец этому представлению, то Мики обязательно разбудит родителей. А у них, в свою очередь, появится ко мне очень много вопросов.
Шагнув к окну, я наклонилась, подхватила разъяренного питомца на руки и обнаружила, что теперь его злобный боевой рев сменился тихим жалобным мяуканьем. До смерти перепуганный кот вцепился мне в руку и всем телом трясся, как осиновый лист на промозглом ветру.
– Тише, дурачок, – шепнула я, потрепав Мики по загривку. – Все в порядке, ничего страшного не случилось…
Но он не успокаивался, продолжая неподвижно глазеть в одну точку – на панорамное окно, за которым стоял Джулиан. Подняв голову, я вскрикнула от неожиданности, обнаружив, что парень подошел к окну практически вплотную. И что самое странное, он тоже не отводил от зверька пристальных потемневших глаз, в которых не было ни намека на дружелюбие и любовь к братьям нашим меньшим. Внимательнее вглядевшись в лицо возлюбленного, меня охватило зловещее чувство, что с парнем и правда происходит что-то нехорошее. Даже в тусклом голубоватом свете луны я смогла разглядеть постигшие его метаморфозы: чрезмерную бледность, пролегшие под глазами темные круги и посиневшие губы. Выступающие скулы и выдающаяся линия подбородка казались как никогда острыми, подчеркивая излишнюю болезненную худобу и прибавляя парню несколько десятков лет. А его необыкновенные глаза… почему-то сейчас они не казались мне теплыми и уютными, а напоминали две черные бездонные пропасти, в которых я даже не могла различить, где заканчивается радужка и начинается зрачок.