С любовью, босс (СИ)
Едва не скомкал салфетку и не запустил в эту поганку. Да что она себе позволяла, что за манера постоянно кусаться, как дикая кошка?
– Ты закончила? – убирая бумаги, потому что-либо прочитать было невозможно, когда практически над ухом бубнила Влада недовольно, попрекая меня в том, что я, видите ли, не хотел верить в ее сказки.
– Нет, – выпалила она, – потом не жалуйтесь только. А то знаю я, сначала, мол, не лезь женщина, а после за голову будете хвататься, – закончила Влада свою тираду именно в тот момент, когда в зал вошел Ковалевский.
Я чувствовал каждым нервным окончанием ее яростный взгляд и мысленно уже ставил подпись в трудовой, увольняя эту неугомонную. К моей радости, Влада, кажется, все поняла и вовремя скрылась.
Оставалось выбросить все лишнее из головы, собраться и достойно представить интересы своей компании.
Перед встречей я немного ознакомился с биографией Марка Андреевича более подробно. Хотя помнилось, что отец в свое время вел какие-то дела с ним, отзываясь о Ковалевском, как о надежном партнере. Сесть в лужу мне не хотелось, к тому же на кону стояло многое и потерять все, спустив из-за своей невнимательности или плохой стратегии в унитаз, было непозволительным. Да я б сам себя не простил, зная, каким упорным трудом родителям пришлось достигать высот. Наверное, в глубине души я мечтал, что однажды смогу сделать что-то похожее, добравшись до определенной вершины. Пройдя свой путь, ошибаясь, спотыкаясь, но все-таки держа под контролем и приумножая то, что досталось мне по наследству.
– Извини за опоздание, – протянул мне руку Марк Андреевич, устраиваясь за столом.
– Ничего страшного, главное, что мы наконец-то сможем договориться, я надеюсь.
– Тоже рассчитываю на это. Вы ознакомились с условиями займа?
– Да, – ответил я уверенно.
– По силам будет? – словно сомневаясь, а потянем ли мы выплаты, уточнил Ковалевский, нацепив на нос очки.
– Вполне. Я готов заложить недвижимость, если потребуется.
– Рад слышать, что согласны идти на риск, – достал он шариковую ручку, видимо, не желая тянуть с принятием решения, но тут вмешался форс-мажор уже с известным мне именем и, кокетливо улыбнувшись, предложила ознакомиться с меню.
– Мы не заказывали вино! – нахмурился я, видя в ее руках поднос с бокалами.
– За счет заведения, – настойчиво протянула она мне один, буквально всунула в руки, а затем спустя секунду, наоборот, выхватила и поставила его перед Ковалевским.
– Пожалуй, я пить не буду, – отодвинув в сторону, процедил все же сквозь зубы.
– А я выпью, – оживился Марк, бросив оценивающий взгляд на Владу.
Та расплылась в улыбке, но в ее глазах читалось смятение. Кажется, я уже мог распознавать, когда дурная идея приходила в ее голову. Вот в тот миг пламя в глазах моей подчиненной больше походило на костер для жертвоприношения.
И будь моя воля – свернул бы ей шею за эти фокусы, считая, что Влада переигрывает. Какой Ильдар, какие козни? Да и откуда ему знать о встрече?! Бред, конечно. А девчонка, видимо, пересмотрела фильмов.
– Вы можете идти, – обратился я к ней, – мы позовем официанта, когда будем готовы сделать заказ.
Влада, взглянув на Марка, довольно кивнула. А тот медленно потягивал рубиновую жидкость из бокала, смакуя и наслаждаясь вкусом, отмечая богатый купаж.
Глядя на него, я тоже поднес свой к губам, решив, что уеду на такси обратно, а машину попрошу забрать Щеглова. Да и что в принципе будет-то с одного бокала… И будь проклят тот день, когда я согласился принять на работу эту чертовку!
Глава 19. Влада
Что я там говорила по поводу Егорова?! Нет, все-таки он еще тот негодяй. Я, значит, старалась его оградить от неприятностей, а он? Вместо того чтобы сказать спасибо, начал вести себя как всезнайка. Вот, честно, хотелось плюнуть и уйти. Словно мне заняться было нечем, потому и вмешивалась!
Правда, в какой-то миг поняла, даже если выкинет за шиворот из ресторана, все равно найду лазейку и доведу до конца. Принципиальность зашкаливала, и на полпути бросать начатое, я не желала, тем более, в такой ситуации, когда необходимо было поставить точку, не позволив, чтобы обо мне думали, как о ненормальной.
К тому же что я зря Женьку, что ли, торопила?! Она, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, успела вовремя. Просунула мне через жерди забора пакет, перекрестив наудачу, причем сделала это с таким выражением лица, словно я отправлялась на чертовски важное задание, от которого зависела судьба всего населения планеты.
– Главное, что? – задала я сама себе вопрос, засунув таблетки в карман. – Правильно, не перепутать бокалы и дозу.
Дело оставалось за малым: это первой оказаться возле столика Антона Борисовича. Я уже перестала даже прятаться от администратора, откровенно рискуя.
И когда в коридоре появился официант с бутылкой вина, даже разбираться не стала. Шагнула резко к нему, встав впереди стеной. Парень хлопнул ресницами, широко улыбнулся, видимо, был хорошо воспитан и не мог себе позволить выругаться, как портовый грузчик, а затем все же произнес:
– Ты новенькая, да? Я тебя раньше здесь не видел! Какие планы после смены?
– Новенькая, – улыбнулась в ответ, косясь на его руки, – планы зависят, как пройдет ужин у тех двоих, – ткнула пальцем в сторону зала.
Официант взглянул поверх моей головы, хмыкнул и уже решил двинуться дальше, но я с пути сворачивать тоже не собиралась.
– О, смотри, – кивнула в противоположную сторону от нас, – жираф!
Парень вздрогнул, ни секунды не задумываясь, повернул голову, а я, воспользовавшись его рассеянностью, выхватила бутылку и с гордым видом направилась в зал. Правда, немного не дошла. Свернула в раздевалку, где успела припрятать бокалы и поднос, и проклятый штопор, с которым пришлось заморочиться.
Пробка никак не поддавалась, я уже даже подумала, а не легче ли ее протолкнуть внутрь, чем пытаться вытащить наружу. Краснела, пыхтела, проклинала Егорова и всю его фирму, но все-таки одержала победу над стеклотарой и разлила вино по бокалам, щедро насыпав туда снотворного.
Так, оставалось запомнить, какой предназначался боссу. И вроде бы все пошло по плану, я даже не пролила, пока дошла, только пару раз споткнулась.
А потом Антон Борисович взглянул так гневно, что я еле сдержалась, напоминая себе, что на этот вечер являюсь не его помощницей, а официанткой, потому не имею права опустить на голову этого индюка поднос, а жаль. Вот хотелось, очень-очень.
Из-за этого, наверное, и сомнение пришло, а тот ли бокал я перед ним поставила. Черт дернул передумать и это больше напоминало игру в наперстки. Пожалуй, стоило тут же удрать, а лучше покинуть страну, но я затаилась, выжидая и надеясь, раз Лидка не зря хвалилась, что спит, как медведь.
Скрестила пальцы, затаившись под кустом гибискуса, и, не представляя, что последует дальше. К тому же как собирались облапошить Егорова до конца не понимала. Ильдар слишком путано говорил, неужели не мог выложить все явки и пароли, или вообще помалкивать? Навел смуту, а кому-то приходилось расхлебывать.
Сжала ладошки в кулачки, насупившись от злости. А Антон все приглядывался и принюхивался, вот же…
– Да пей ты уже, – процедила я сквозь зубы, едва не раскрошив их, – ничего тебе не будет. Выспишься, потом еще и поблагодаришь.
Но что-то пошло не так… То ли Лидкины таблетки оказались просроченными, то ли Егорову нужна была лошадиная доза, но время шло, а он выглядел как огурчик: бодр и весел, правда, не очень долго. Точнее, ровно до того момента, как его потенциальный партнер по бизнесу не начал трясти головой и нескромно зевать, да причем так широко, что, кажется, можно было рассмотреть все пломбы у него во рту.
Я поскребла правую бровь, медленно присев на корточки и закусив костяшки пальцев. Хотелось исчезнуть, раствориться или отмотать все назад.
Стараясь не прислушиваться к тому, как Антон звал персонал и теребил этого грузного мужчину за ворот рубашки, желая понять, что произошло черт возьми, я опустилась на четвереньки, стараясь быстрее выбраться отсюда.