Потерянные

Он слушает, не моргнув глазом. Но по его глазам заметно, что он понимает, что я права. Но видимо у этого Макса слишком раздутое самомнение, чтобы вслух это признать.
– Эм, у меня просто день не заладился, так что…
– Шикарное извинение.
Я отодвигаю ширму и несусь по коридору больницы. Настроение совсем испортилось. Надеюсь, это парень больше никогда не попадется мне на глаза.
***
Из колонок по всему залу разносится «From Yesterday» 30 Second to Mars. Я закрываю глаза и слегка касаюсь средним пальцем лезвия. Через меня словно проходит ток. Так я чувствую сталь. И вот уже через секунду передо мной лежит разрубленный деревянный шест. Я легко управляю своим телом и фехтую. Бака с явным одобрением поглядывает в мою сторону, пока я отрабатываю удары самостоятельно.
– Поедем домой вместе? – предлагает Крис, выйдя из раздевалки уже одетый.
– Мне нужно немного задержаться.
– Хорошо. Я заскочу кое-куда. Встретимся на улице.
– Да, давай.
Крис поднимается по лестнице и скрывается из виду. Я остаюсь совсем одна, пока Бака возится в дальней комнате подвала. Темно-красные стены с японскими иероглифами окружают меня, и я снова закрываю глаза, чувствуя полное умиротворение.
– В прошлой жизни ты точно была самураем. – Голос Баки возвращает меня в пыльный зал.
– Наверное.
– Ты слишком этому отдаешься.
– Это плохо?
Бака отрицательно качает головой.
– Нет. Именно поэтому ты лучшая.
Я замечаю в его руках меч. Он протягивает руки и взглядом приказывает, чтобы я взяла. Я сглатываю и принимаю катану. Она все еще находится в сае, покрытой красным лаком и переплетенной цветным кожаным шнуром, но даже так чувствуется, что она особенная.
Вцепившись в рукоять, я рывком обнажаю меч и застываю. Мои глаза. Я четко вижу отражение своих глаз.
– Это последняя работа моего друга перед смертью. Я храню этот меч семнадцать лет. Ты еще не готова, но когда будешь, он станет твоим.
Я отрываю глаза от собственного отражения и смотрю на Баку. И не знаю, что ему сказать. Он мне как второй отец и одних слов здесь мало.
– Бака, это…
– Ничего не отвечай. Просто продолжай.
Я благодарно киваю и возвращаю катану в саю. Бака принимает ее назад и взглядом приказал мне принять стойку.
Обычно, когда мы занимаемся группой, Бака как настоящий сенсей дает команды. Но в те редкие случаи, когда он оставляет меня после занятий, я делаю все сама.
Я делаю поклон невидимому божеству и, закрыв глаза, кладу левую руку на правую ладонями вверх. Затем сомкнув большие пальцы, образую круг.
Вдох.
Задержка дыхания.
Выдох.
Вдох.
Задержка дыхания.
Выдох.
Я уже это делала сегодня со всеми, но мне никогда это не надоест.
Бака встает напротив меня и бросает мне в руки боккэн. И мы скрещиваем оружие.
***
Когда я выхожу на улицу, то не вижу Криса и его мотоцикл. Я решаю ему не звонить и отправиться домой. На улице заметно похолодало. Зима приближается к городу и пора бы уже запастись теплыми колготками и шапкой. Я натягиваю перчатки и устраиваю на голове шлем. Из стоявшего неподалеку джипа вылезает Энди и бежит ко мне.
– Лив, я ждал тебя.
– Да? А что случилось?
– Ты сегодня свободна?
Я не могу сдержаться от улыбки. Давненько никто меня никуда не приглашал. Я быстро взвешиваю все «за» и «против». Энди очень привлекательный – зеленые, почти как у меня, глаза, темно-русые волосы и милая улыбка. Его тело превосходно, и я видела его в деле, то есть в работе с мечом. И меня он впечатлил, несмотря на то, что именно я его научила многим приемам.
Выходит аргументов «против» совсем нет.
– Да, я сегодня свободна, Энди.
Он расплывается в широчайшей улыбке.
– Тогда я заберу тебя в девять? Ты же живешь с Крисом?
Похоже, он знает суть наших отношений и его это не волнует. Это еще одно «за» в его пользу.
– Да. Давай в половину десятого. Боюсь не успеть.
– Заметано. – Он пятится к джипу, все еще улыбаясь.
Махнув ему, я завожу своего японского «коня».
 
***
– Лив, извини. Я заехал за тобой, но тебя уже не было. – Крис шумно влетает в квартиру и хлопает дверью. – Вкусно пахнет.
Я приготовила макароны с сыром. В те редкие вечера, когда мы оба бываем дома, я всегда готовлю.
– Ничего страшного. Я сама уехала раньше, чем рассчитывала.
Крис стягивает обувь и куртку и проходит на кухню. Я только вышла из ванной и ношусь по квартире, думая, что надеть.
– Я думал, ты сегодня не работаешь, – с зевком говорит Крис, усаживаясь за стол.
– Не работаю.
– Тогда куда ты?
– Энди пригласил сходить куда-нибудь.
Рука Криса с вилкой замирает у рта.
– Серьезно? Энди?
– А что? – озадаченно спрашиваю я.
– Ну…ничего. Просто, не думала о вас, – замявшись, отвечает Крис.
– Тебе и не надо.
– Ой, ну да ладно, Лив.
– В чем проблема, Крис? – Я явно не понимаю его.
За то время что мы живем вместе, я ни разу не приводила домой парней. Не только из-за нехватки времени, но и во избежание неловкостей. Крис конечно, тоже старается за исключением некоторых моментов, но в целом, у нас нет причин этого не делать. И я искренне его не понимаю сейчас.
– Ни в чем. Я не знаю, Лив. – Он кладет вилку и проводит рукой по бритому черепу.
– Тогда определись. Я скоро съеду.
– Я этого не хочу.
– Ну, извини.
– Наверное, я все еще надеюсь на что-то.
О, нет. Только не сейчас. Серьезно, что ли?
Я разворачиваюсь и тычу в него пальцем.
– Зачем это говорить сейчас? Издеваешься?
– Ты меня бросила! – с обидой выплевывает он.
– А ты посмеялся и сказал «Ой, ну ничего». Крис, мы просто спали. Ты меня даже ни разу никуда не сводил.
– Я тебя познакомил со своими друзьями. И ты сразу влилась, а они моя семья.
На это сложно было ответить. Друзья Криса – как единая семья. Эта компания тусуется на байках, но байкерами их назвать нельзя. Просто так сложилось, что у каждого из них средство передвижения – это мотоцикл. Не знаю, может быть лишь, поэтому я влилась. Но в целом, с ними весело. И даже после того как мы с Крисом расстались, я продолжаю с ними тусоваться.
– Ты бы мог поговорить со мной хотя бы об этом. К чему сейчас заводить разговор. Ничего не будет уже, Крис. Ну прекрати. Не порти нашу дружбу. – Я подхожу к нему и пальцем приподнимаю подбородок, покрытый грубой щетиной. – Пожалуйста.
Он слегка кивает, сжимая челюсть.
– Если он обидит тебя, я разрублю его на куски его же собственной катаной.
Я ослепительно улыбаюсь и целую его в щеку.
***
Энди оказался джентльменом. Сначала он ведет меня в уютный бар на северной 8-стрит, а потом мы слушаем живой джаз. Я надела короткое черное платье и шпильки. Волосы собрала в высокий хвост. Всякие побрякушки, типа колец и браслетов я не ношу. На мне лишь маленькие сережки-гвоздики в ушах и мамин кулон «инь-янь».
Так что в таком виде я себя чувствую вполне комфортно в месте, куда меня привел Энди. Весь вечер я пытаюсь разглядеть в нем что-то, что заставит хотеть большего.
Но этого не происходит. Мне нравится, как он одет: джинсы и пиджак. Это своего рода бруклинский стиль. Стиль в простоте.
Возле подъезда нашего жилого дома Энди отстегивает ремень и полностью разворачивается ко мне. За весь вечер он ни разу не пытался меня поцеловать. Хотя я видела, как он хотел. И мне нравилось его терпение. Но черт возьми, мне было скучно.
– Как так получилось, что ты живешь со своим бывшим?
Я вздыхаю.
– Что ж, я ждала этот вопрос.
– Нет, на самом деле, меня это не касается. Просто любопытство.
 
– Правда? – Я внимательно смотрю на него.
Энди прячет улыбку, опустив голову.
– Нет, – отвечает он. – Неправда. Я хочу точно знать, что вы с ним расстались. А совместное проживание взаимовыгодно по денежным причинам.