Невест так много, он один. Книга 1

Пришла моя очередь смотреть на него с удивлением.
– Ты что, никогда не таскал еду с кухни? Серьёзно?
– А зачем? Если я хотел, мне сразу же накрывали в столовой или приносили поднос в комнату.
– У-у-у, как всё запущенно, – покачала я головой. – Пойдём, дитя, я научу тебя плохому.
Лекс прыснул от смеха. И мы пошли на запах. По пути он окинул меня любопытствующим взглядом и сообщил:
– Тебе определённо вся эта гадость, – покрутил пальцем у себя под шеей, намекая на пышное кружевное жабо выданной мне рубашки, – больше к лицу, чем мне.
– Спасибо. Боюсь, мне придётся грабить тебя первое время. Когда ещё портнихи смогут обеспечить меня нарядами.
– Грабь! А ты точно не хочешь стать моей мачехой?
– Не переживай, я и без статуса маркизы сумею преподать тебе множество уроков, за которые, возможно, лорд Риккардо захочет выпороть нас обоих. Но если вдруг не удастся избежать свадьбы, будешь подружкой невесты, понесёшь мою фату и станешь осыпать меня лепестками роз.
– Ты всё-таки дурочка, – уже не обижаясь, рассмеялся парнишка.
– Будешь вести себя хорошо, и тебя научу быть таким, – величаво махнула я рукой.
Из кухни плыли умопомрачительные ароматы. Мой живот предательски начал выводить рулады. Я прижала к нему руки и принялась давать Лексу инструкции:
– Твоя задача утащить тайком пирожков, если есть. Если нет – хлеба. Можно пару яблок. И непременно кольцо колбасы. Без колбасы даже не вздумай поворачивать назад! Я такая голодная, что отгрызу тебе руку, если срочно меня не покормишь.
– Я могу просто попросить, и тебе всё принесут, – заглядывая сквозь щелку в кухню, шепнул он.
– Я и сама могу попросить, и мне всё принесут. Иди уже! И без добычи не возвращайся!
Авантюризм был не чужд отпрыску славного рода ди Кассано. Прошмыгнув, пригнувшись, он двинулся в сторону кладовой.
– Не совестно? – тут же высунулась из стены голова привидения.
Я не стала отвечать на риторический вопрос. Ведь ответ и так очевиден.
– Предлагаю перейти на «ты», – скосив на него глаза, предложила я. – Это противоречит всем правилам этикета, но вам, как покойнику, должны быть уже безразличны такие пустяки. А я уж как-нибудь переживу нарушение правил поведения.
– С удовольствием, очаровательнейшая авантюристка! Я весь горю предвкушением, какой теперь здесь будет кавардак. Моим унылым потомкам давно не помешала бы женская рука, которая наведёт порядок.
– Или беспорядок. Это уж как получится, – фыркнула я, следя одним глазом за передвижениями Лекса.
Он уже успел утащить кольцо колбасы, повесил его на шею, словно бусы, и сейчас закидывал за пазуху пирожки и яблоки. Глупенький! Ну кто же туда кладёт масленую еду?
Именно это я ему и сообщила, как только он выскользнул ко мне в коридор. Глаза его сияли шальным блеском, губы с трудом удерживались от улыбки, а уши подрагивали. Хм.
– Молодец! Я спасена! Но на будущее… – Запустив руку в ворот его рубашки, я вытащила один пирожок, понюхала и констатировала: – С капустой! Так вот, на будущее: выпечку и всё, что пачкает, лучше складывать в задранные по́лы или подол, если в юбке. А за пазуху или в карманы можно кидать овощи и фрукты. Запомнил?
– Запомнил!
– Теперь уходим тайными путями в выделенную мне башню. Будем уничтожать добычу и придумывать план по покорению мира.
Ответом мне были шокированное, но восхищённое выражение лица парнишки и смешок призрака.
По пути нам встретился Марио. Он проводил нас изумлённым взглядом, даже глаза протёр, узрев украшавшее шею Лекса колбасное ожерелье. Пришлось мило улыбнуться, пожать плечами и приложить к губам указательный палец. Дворецкий на вилле служил понятливый.
Устроившись на первом этаже башни, мы принялись за ранний обед или поздний завтрак. А для некоторых это вообще первая еда за последнюю пару суток, если не считать огурца.
Лекс если и заметил воцарившуюся здесь чистоту, то не придал значения. Наверное, решил, что Марио прислал кого-то из прислуги и те успели прибраться. Благодаря моим заклинаниям, здесь сейчас не было ни пылинки, можно было есть с пола. Но мы, конечно же, разместились за столом.
 
Меня разморило после купания, последовавшего за напряжённым разговором. Всё же я очень переживала, как он пройдёт. Да и сейчас нельзя расслабляться ни на минуту, пока у меня не будет подписанного и магически заверенного договора. Тогда весь следующий год я могу быть спокойна.
– Эрика… Эрика-а-а… – внезапно услышала я и, с трудом разлепив глаза, уставилась в столешницу. – Ты спишь?
– А? Что? – села я ровно. – Нет, конечно же. Я ем.
– Ты спишь, сложив руки на столе и положив на них голову, – укорил меня Лекс. – Ты что ночью делала?
– Шла сюда пешком, – потёрла я лицо ладонями. – Да, ты прав. Я совсем засыпаю. Можно я…
– Вечером увидимся ещё, да? Найдёшь меня? Я показал тебе свою комнату и… Ну… Рад знакомству, – вскочив из-за стола, парнишка замялся.
– Будем дружить, – протянула я ему руку.
Он её сначала пожал, потом опомнился и поцеловал. Вспомнил, кем я на самом-то деле являюсь.
– Ступай, – улыбнулась я. – Спасибо. И подумай, какие ещё из кружавчиков и воланчиков тебе не нравятся. Неси всё, твои рубашки мне почти впору.
Как только он вышел, я медленно добрела по лестнице до спальни. Там сбросила прямо на пол свои грязные дорожные вещи, которые принесла из купальни в руках, запихала под край матраса пыльную котомку. И, упав на не застланную пока что постель, отключилась, как только моя голова коснулась подушки.
Давно мне не снились кошмары. Думала, что наконец-то избавилась от них, что переросла. Но, видно, прошлое не хочет отпускать. Снова пылали стены, снова кричали люди, снова сеяли хаос и смерть монстры. И, кажется, я вновь кричала, только в этот раз некому было погладить меня по голове и пробудить, возвращая в реальность.
– Эрика! Эрика! Да проснись же, Эрика! – сквозь треск огня, грохот обваливающихся балок и истошные вопли сгорающих заживо людей прорвался чей-то голос.
– Толкай её!
И меня кто-то затряс, затормошил. Сев, я всплеснула руками, попала кому-то в лицо, этот кто-то сдавленно хэкнул и поймал меня за запястья.
– Эрика, ты проснулась?
– Да, – охрипшим со сна голосом отозвалась я и только тогда открыла глаза.
Солнце ещё не взошло, заря лишь только занималась. Но так как я не задернула шторы, когда добралась до постели, то в спальне хватало освещения. Стоп! Рассвет? Как же так? Я ведь собиралась спуститься к ужину.
Я перевела взгляд с окна и увидела встревоженную мордашку Лекса с отпечатком подушки на щеке. Он смотрел на меня огромными испуганными глазищами, держал крепко за запястья и, кажется, даже не дышал.
– Ты как тут?
– Меня призрак позвал. Не спрашивай как, я сам не понял. Но ты не спустилась к ужину, я заходил проведать, а ты спала. А сейчас, когда я прибежал, ты кричала так страшно…
– Кошмары, – попыталась я улыбнуться дрожащими губами. – Давно их не было. Но всё навалилось, и вот.
Аккуратно высвободив руки, я потёрла лицо и тут обнаружила, что на моей голове по-прежнему намотан тюрбан из полотенца. Я и его забыла снять перед сном.
Забывшись, стащила его, и слегка влажные спутанные волосы упали мне на лицо.
– Боги всемогущие! – вскрикнул Лекс. – Что с ними? Эрика, ты… седая?!
– Ой, ну и что? – проворчала я. – Можно подумать, ты никогда не видел седины.
– Видел, конечно, – сдавленно прошептал он. – Но не у девятнадцатилетних девушек. Ты поэтому прятала волосы под шарфом, да? Не потому, что они были грязными?
 
Откинув назад шевелюру, которую ещё предстоит мучительно распутывать и расчёсывать, я помассировала скальп и вздохнула.
– Всем нам приходится что-то скрывать от окружающих. Тебе уши, мне периодически волосы, маркизу Касселю свой призрачный лик, твоему отцу проклятие. Это жизнь, малыш, смирись.