"Фантастика 2024-106". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

И как я не замечал раньше её сумасшествия? Или же применение этой чертовой техники не хило так бьёт по мозгам, и девушка попросту не понимает, что ведёт себя, мягко скажем, неадекватно? И в то же время это объясняло, почему во время первой нашей встречи её случай был настолько запущен. У неё в меридианах было слишком много чужой, заёмной энергии, и это вредило энергетическим каналам. Могло ли это влиять на мозг? Никогда не интересовался этим вопросом, но... теперь, если выберусь, стоит поискать что-нибудь по теме в библиотеке школы. Да и не зря же подобные техники находятся под запретом?!
Уже только поэтому понимаешь, что такими техниками лучше не пользоваться, а то подобное поведение может привести к слишком серьёзным последствиям.
— Катя, ты должна понимать, что всё равно это вскроется рано или поздно! Только представь, какой позор испытает твой клан, узнав о преступлениях, — продолжил говорить я, одновременно со своим отступлением. Раз уж сама Ласточкина так легко идёт на диалог и не стремится завершить начатое, пока со мной не наиграется, то это можно использовать для того, чтобы придумать хоть какой-то план действий. Вот только у меня в арсенале не было ничего, что могло бы помочь в данной ситуации, и как назло рядом с нами не ощущалось никого, кто мог бы отвлечь внимание этой маньячки на себя. — Лучше остановись сейчас!
— Не смеши меня, Максим, — кровожадно улыбнулась девушка. — Мы оба прекрасно знаем, какое наказание ждёт меня за применение подобных техник, а уж то, что за мной десяток трупов, только укрепит всех в правильности вынесения приговора. Так что, увы, — развела она руками и в её ладонях вспыхнули языки пламени, которые, казалось, так и ластились к Ласточкиной. — Но ты отсюда живым не уйдёшь. Правда, тебя может порадовать то, что твоя жертва не будет напрасной, и ты сделаешь меня ещё сильнее. Знал бы ты, Максим, насколько сладко выпивать энергию из другого человека, — приложила руку к губам Катя, заодно демонстрируя, что пламя нисколько ей не вредит. — Наверное, зря я ограничивала себя теми, кто не занимается боевыми искусствами. Даже часть твоей энергии была намного больше и вкуснее, чем то, что я пробовала до этого. Словно я долгие месяцы питалась овощами, и внезапно попробовала вкусный сочный стейк, да ещё и моей любимой степени прожарки!
Похоже, играться со мной девушке всё же надоело, и она бросилась ко мне, применяя огненную технику шагов. Смотрелось это так, будто она оставляет за собой огненные следы, стремительным потоком сокращая расстояние до меня. И вот девушка буквально в шаге от меня, но тут же она резко отпрыгивает назад и зло смотрит мне за спину. Только спустя мгновение до меня доходит, что отпугнула её стрела.
— Милый, у тебя проблемы? — раздался позади меня голос Индиры. Это было так неожиданно, что я едва не запнулся о собственные ноги.
Я обернулся назад, чтобы увидеть ламию, всё ещё сохраняющую человеческий облик с луком в руках. На сам лук уже была наложена стрела, готовая в любой момент сорваться в стремительный полёт.
— Ты ещё кто такая? — раздражённо посмотрела на неё Катя. — Не мешайся, это лишь наше дело.
— Ну как же? — притворно вздохнула. — Я не могу позволить, чтобы ты причинила Максиму вред. Он только мой.
Становиться объектом дележа двух девушек мне точно не хотелось. Но сейчас я был рад Индире как никогда. Если у меня была проблема с тем, как атаковать противника на расстоянии, то у ламии-то как раз ничего подобного не было. Вкупе же с техниками, завязанными на стрельбу, она и вовсе была тут как раз кстати.
— Пошла прочь! — выкрикнула Ласточкина, бросившись на лучницу с явным намерением причинить ей вред. — Или я прикончу и тебя!
Вот только Индира была слишком быстрой и ловкой для неё, каждый раз оказываясь в нескольких метрах от своей противницы и перекрывая ей подходы своими стрелами. Вот тебе и наглядная разница между, пусть и зверем, сумевшим принять человеческий облик, и человеком, который ради большей силы стал зверем.
Пусть девушки постоянно перемещались в попытке одна догнать другую, но и я не стоял на месте.
 
Когда Катя стояла на месте или двигалась медленно, её огненный покров был довольно устойчивым, но вот стоило ей начать бегать и применять технику шагов, как он начинал «запаздывать», лишая девушку должной защиты. Его плотность становилась неоднородной, и на короткое мгновение попадались области, где концентрации огня было недостаточной, чтобы служить хорошей защитой. Вот в такие места я и целился иглами, заодно раздражая Ласточкину и заставляя отвлекаться в том числе и на меня.
Ламия, несмотря на ожесточенность схватки, относилась к этому, скорее, как к игре. В её лице я не заметил ни намёка на напряжение, а губы время от времени растягивались в весёлой усмешке. Либо она, наоборот, слишком недооценивала свою противницу.
Индира верно поняла мои действия и после нескольких моих бросков, которые пусть и были удачными, но после прохождения огня, теряли часть своего импульса и, сталкиваясь с защитой брони Кати, просто опадали на землю, сама стала стрелять в такие области. Несколько выстрелов были неудачными, так как ламия не успевала попасть в нужный момент в область ослабления защиты. Но вот ещё один выстрел, который полетел практически одновременно с очередным броском иглы, попал куда нужно.
Я как бы наметил цель, и Индира тут же в неё попала, выбив десять из десяти.
— Твари! — закричала от боли Катя, когда стрела ламии насквозь пробила её бедро, войдя в стыках между бронепластинами. Удивительная точность! Это точно уменьшит подвижность Ласточкиной. Правда, одновременно с этим огненный покров, окутывающий девушку, стал вести себя как-то нестабильно. — Убью обоих! Прожарю вас на медленном огне до самых косточек!
Мы с ламией практически одновременно предпочли отступить, чтобы не попасть под то, что может выдать Ласточкина. Но ещё до того как та успела сделать хоть шаг в нашу сторону, пламя, окутывающее её, вдруг стало жечь кожу девушки.
— Что происходит?! — в панике закричала она, пытаясь остановить пламя, которое уже сожгло её волосы и начало действовать более агрессивно. — Нет! Я не хочу! Помогите!
Девушка продолжала кричать, но огонь даже и не думал останавливаться. Он будто из-за срыва Кати обрёл собственную волю и стал нападать на ту, кто его создал. Вот тебе и ещё одна опасность поглощения чужой силы, да ещё и насильственным способом.
В какой-то момент жар стал настолько большой, что мы были вынуждены отойти ещё дальше. Но вот что удивительно, но как бы ни металась по лесу девушка, огонь жёг только её и вообще никак не затрагивал деревья. Всё это выглядело максимально странно, а с учётом тех криков, что издавала Катя, ещё и очень жутко.
Но эта агония не могла продолжаться вечно. Да, тело практика, как правило, со своим развитием становится более устойчивым к различным повреждениям, да и сама Ласточкина практиковала огненные техники, значит, должна была иметь с огнём сродство, вот только в данный момент ничто из этого не облегчало её участи. Казалось, наоборот, из-за того, что она могла огню сопротивляться, она мучилась ещё дольше.
В конечном итоге от использующей демоническое искусство девушки осталась только обугленная головешка, да и то в следующий миг она рассыпалась пеплом. Вот только огонь и дальше продолжал плясать по её останкам, будто пытался сжечь даже мельчайшие частицы ненавистного ему существа.
Да, в этих действиях я видел разум. Пусть и нечеловеческий, но то, как действовало пламя, нельзя было назвать бесконтрольным процессом — всё было слишком сконцентрировано исключительно на Кате. Словно энергия всех её жертв, их души, ждали момента потери девушкой контроля и сполна отомстили за свои страдания.
Наконец-то пламя было удовлетворено сделанным и стало сплетаться из разрозненных лоскутов в единую конструкцию. Резкая вспышка света, заставившая отвернуться от него, и вот на месте погибшей девушки я увидел Пламенного феникса.