Игра Пустых (СИ)
Генриетта орлиным взглядом обвела сотрудников, словно бы говоря "вот только попробуйте вякнуть про реактивы", и объявила пятиминутку успешно завершенной. Люди начали расходиться по рабочим местам, а я радостно выдохнула, радуясь, что избежала очередной начальственной придури…
— А Вас, Линочка, я попрошу остаться. — Яков Сергеевич, коварно позволив мне расслабиться, всё равно нашёл для меня какое-то архиважное задание на выходные. Подавив сиюминутное желание раздражённо попросить хотя бы один день отдыха от лаборатории, я преданно уставилась на шефа, выпучив глаза и приоткрыв рот для пущего эффекта. Как обычно, мой лихой и придурковатый вид смутил начальство, но не настолько, чтобы дать мне свободу:
— Линочка, нужны твои глаза и руки. Я знаю, что у тебя были планы, но погруженцам шлем тоже нужен и нам дадут его только на два дня.
— Тот самый новый шлем VirtEcC, о котором все знают, но никто его не видел? — я удивилась настолько, что даже забыла изображать рвение. Смена моего настроения не укрылась от заведующего и после небольшой заминки он все же продолжил:
— Около того. Ожидается, что он обеспечит высочайший уровень взаимодействия с виртуальной реальностью. Практически, мобильная капсула. Данные по взаимодействию с нейронами, сама понимаешь, нам очень нужны. И тебе в диссертацию очень пригодится собрать информацию о влиянии хотя бы на культуры клеток.
С этим я была совершенно согласна. Лучше, если в главе "Исследуемый объект" будет больше одного пункта. У меня был только несколько допотопных лабораторных моделей, что не в счёт, плюс личный старенький VirtEcC-овский шлем, поэтому сейчас мне, фактически, предложили значительно обогатить список оборудования и немало увеличить описательную часть диссертации. Ну и, чего скрывать, лелею надежду на то, что вечером можно будет поиграть в Игру в новейшем крутом шлеме. Иногда я начинаю любить моего шефа. Надо под эту работу выбить побольше плюшек, кстати говоря.
— Совершенно согласна! Возможность уникальная, но есть проблема!
— Дам неделю отпуска. — заволновался Яков Сергеевич.
— Мало, но не в этом дело. Реактивы частично закончились, частично просрочились. Я Вам неделю назад отправляла докладную записку.
— На складе возьми свежие, я всё подпишу! — ага, значит нет никакого дефицита у поставщиков. Ну, Генриетта, я тебе припомню.
— И оборудование, о котором Дима говорил. Иначе все данные не сниму, а надо много. Получается, надо будет, чтобы сегодня же привезли и установили, иначе не успею. — продолжала набивать цену я.
— Линочка! А на старом оборудовании никак не справиться? Меня же Генриетта живьём съест за такие сроки. А я командировочку тебе оформлю, с рационом и суточными, — почти жалобно уточнил начальник. Эк его заместительница крепко за чресла прихватила, оказывается.
— Ну, она же сама только что сказала, что сегодня поставят. — я похлопала ресницами, — Ладно уж, пусть завтра установят. А командировку вы мне все равно оформите, пожалуйста. А я, так и быть, посижу еще ночами дома, сделаю стресс тесты и всё остальное, что не требует лабораторных условий. — незаметно скрестила за спиной пальцы и скорчила максимально недовольную мину. С шефа станется запретить выносить ценное оборудование, если заподозрит неладное. Облом мне тогда, а не Игра. Тесты я все, разумеется, сделать успеваю в любом случае, а вот когда ещё смогу поиграть на новейшем оборудовании — неизвестно.
— Ладно. — вздохнул шеф, — будет тебе оборудование, реактивы и разрешение на вынос тела… Тьфу ты, оборудования. Смотри у меня, головой отвечаешь! Шлем тебе кто-то из погруженцев принесёт. — он устало вздохнул и вдруг улыбнулся и добавил:
— Только умоляю, чтобы никаких читов. Не хватало ещё, чтобы шлем заблокировали. — и подмигнул мне. Я хотела было изобразить возмущение, но решила не искушать судьбу, поблагодарила и побежала в лабораторию решать внезапно возникшие вопросы касательно реактивов, оборудования и пропуска на выходные.
Пробегая мимо аспиранта, я шутливо ткнула его кулаком в плечо:
— Дима, завтра установят твой генератор, будешь должен! — и, не останавливаясь, побежала дальше.
— Как у тебя это получается, а?! — озадаченно прозвучало у меня за спиной.
— С трудом, Димочка, с трудом, — пробормотала себе под нос я. Вечер пятницы перестал быть томным не только для меня, но и для сотрудниц отдела снабжения, которые были озадачены списком реактивов на полтора листа формата А4. Отзвонившись на повышенных тонах Якову Сергеевичу, оторванные от чая с диетическим тортом, снабженки прошипели мне что-то вроде "извольте обождать здесь" и расползлись по складу в поисках запрошенного. Затем прилетела несколько встрепанная Генриетта и шипение по углам набрало пару тонов. Отмахнувшись от направленного на меня негатива, я забрала всё причитающееся и с гордо поднятой головой и огромной коробкой покинула серпентарий. Мне действительно ничего не грозило, так как полученных реактивов хватит на полгода работы в отрыве от отдела снабжения, а за это время они обозлятся уже на кого-нибудь другого.
До ночи я успела пересадить культуру нейронов в свежую питательную среду. Как раз к воскресенью будут готовы для теста на цитотоксичность. Отсортировала по температуре хранения, очерёдности использования и токсичности все новые красители, ферменты и гормоны. Потом долго готовила лабораторию к установке нового оборудования, промывала свежими реактивами старые системы, протирала все линзы, штекеры и разъёмы приборов очищающими растворами. Затем перемыла хромовым раствором и ополоснула дистиллятом всю посуду. За этим медитативным занятием меня и застали сотрудники из лаборатории Технологии полного погружения, один из которых нёс в руках коробку с новой версией VR-шлема, а второй — папку документации на него.
Лаборатория Погружения занимала целый корпус институтского комплекса и считалась элитной, потому что курировалась самим Николаем Хисуном, создателем игры и прототипов капсул и шлемов виртуальной реальности. Попасть туда было сложнее, чем в госдуму, а вылететь можно было в два счёта. Занятия вели лучшие специалисты VirtEcC с помощью новейшего оборудования. Практику лучшие студенты проходили в техотделе компании, под началом Самого, а после успешного окончания обучения могли претендовать на технические должности не только в VirtEcC, но и в американском Candy tech, в китайско-корейском Kings Road, в европейских CD-Pro Blue и Grizzart, а также в любой другой организации, имеющей интересы в сфере виртуальной реальности. Меня же, совершенно неспособную к физике и математике, корпус погруженцев интересовал в первую очередь как местоположение недорогой, но совершенно замечательной столовой с отличным кофе. К моему огромному сожалению, к вкусному кофе прилагались совершенно не замечательные в большинстве своём студенты и сотрудники лаборатории, называемые погруженцами.
— Привет, привет! Шлем поставьте, пожалуйста, на этот стол, а документы положите рядом. Спасибо, спасибо! Всего доброго! — я сделала вид, что промывка колбы мне крайне важна. Элитность лаборатории ложилась на погруженцев тяжким грузом и не все выдерживали это испытание медными трубами с достоинством, поэтому общаться с ними было тяжело.
— Ну надо же, как неласково встречают своё счастье, — нагло заявил Артём, симпатичный высокий брюнет, и сел за мой стол, помахивая папкой с документами. По нему сохла половина сотрудниц института и все студентки поголовно, чем этот коварный тип без стеснения пользовался. Тем необычнее видеть его в компании с самым тихим и талантливым студентом лаборатории Погружения, которого, по слухам, прочили на место Николая Хисуна после того, как тот уйдёт на заслуженный отдых.
— Привет, Хина. — спокойно сказал Иван, поставил шлем на стол и отошёл к окну. Почему он обращался ко мне только по игровому имени я не знаю, на прямой вопрос он отвечал только улыбкой. Может быть, Иван так называл меня потому, что в первый раз три года назад мы познакомились именно в Игре. А может, просто не считал нужным помнить моё реальное имя, кто знает этих погруженцев.