Торговец
– По идее точно так же, как и сюда. Ты же его уже активировал один раз, я видел, вот только энергии Глазу Змея тогда не хватило. Но сейчас он, думаю, уже восстановил силы.
Глава 2
Юность император Аксимилиан, отданный своим мудрым отцом на воспитание в цитадели магии, провел, постигая сокровенные тайны волшебства, а после становления своего могущества – долгие десятилетия жил, таясь среди простого народа, чтобы проникнуться его заботами и чаяниями.
Рассказать бы правду… как вырванный из родного дома бастард из-под палки учился, а после смерти его титулованного родителя и развала государства был выброшен прочь на вольные хлеба. Как наемничал, голодал, скитался, иногда даже воровал, пользуясь тем, что на боевого мага не подумают, а подумают – так не посмеют обвинить…
Аксимилиан, городской маг
– Добавим щепотку камня слез, – задумчиво протянул я, бросая упомянутое вещество в громадную огнеупорную колбу и наблюдая за результатом. Жидкость неопределенного цвета поглотила щедрый (один мешочек – пять серебряных!) дар, после чего слегка побулькала и закипела, повинуясь жаркому пламени алхимической горелки. Интересно, это хороший знак или опять что-то не так выйдет? О боги, лишь бы получилось, времени еще на одну попытку у меня не будет… – Так-с-с, что у нас дальше… – Мой нос ткнулся в свиток, расстеленный на соседнем столе, помогая глазам в скудном освещении трех свечей разбирать старые, выцветшие от времени руны. Ходить туда-сюда было, конечно, не совсем удобно, но оставлять ценный раритет близко к открытому огню было бы по меньшей мере неосмотрительно. – Хакколи, – задумчиво пробормотал я и осмотрел лежащие рядом с горелкой ингредиенты, в особенности веточку зеленого цвета, которую уже собирались отправить в колбу мои пальцы. – А оно ли это? Не помню… Хм, может, потому у меня и выходит какая-то гадость? Значит, надо в словаре поискать!
Идея пришлась мне по вкусу, и стоящий у противоположной стены шкафчик с книгами подвергся безжалостному разграблению со стороны потомственного варвара, род которого пять поколений цивилизации не избавили от полезных привычек вроде умения вести переговоры кулаками и соблазнять женщин при помощи демонстрации имеющихся по всему телу мышц… Бездна! Да куда же делся этот фолиант?! Лихорадочные поиски успеха не приносили – искомой книги не было, и в душу начала закрадываться паника.
– Так, спокойно, спокойно, это еще не конец света, – начал я сам себя убеждать по методике, которую пытался изучать, наткнувшись в библиотеке ордена на перевод какого-то восточного трактата о путях к совершенству. – Давай успокоимся и пересчитаем имеющиеся в наличии книги еще раз. Сборник молитв Господину Света, четырехтомник «Владения силами» от Аона Сарийского, «Верная рука» – трактат об искусстве боя, который отец подарил на совершеннолетие, «Вещи чудные, зачарованные» – скорее брошюра, чем настоящая книга, но именно она по большей части меня кормит, стихи Аластиэля Златокудрого… откуда они у меня? Не-э-э-э-эт!!!
Озарение, вспышкой света забрезжившее в мозгу, дало понять, какой я все-таки кретин. Словарь древнеэльфийского, на котором и был написан злополучный свиток с головоломной рецептурой, на днях одолжила у меня Асанта, чтобы составить письмо нелюбимому, но иногда присылающему деньги папочке высоким слогом, оставив равноценную замену проклятой книге! И теперь мне абсолютно точно нечем будет угощать симпатичную полуэльфийку, которая должна прийти сегодня на ужин! Суп из златолиста, сваренный мной по хитроумным рецептам перворожденных, которые я вычитал во взятом напрокат из городской библиотеке свитке, из-за неправильно понятой рецептуры своим неподражаемым ароматом похож на носок дохлого гоблина! А ведь он был призван играть роль первого (и единственного!) блюда, после которого действие, по моим расчетам, должно было плавно сместиться в спальню. Но теперь угощать весьма капризную ведьмочку мне будет нечем. На леднике остался только не совсем свежий хлеб, несколько яблок и кувшин с пивом. Нет, есть еще бутыль дорогого вина, но она уже стоит на столе в комнате, за неимением лучшего считающейся в моей башне парадным залом. И прикупить что-нибудь еще я не успею: солнце уже должно сесть, лавки давно закрылись, да и денег после покупки всех экзотических ингредиентов, необходимых для эльфийского блюда, осталось ровно столько, чтобы дожить до начала следующего месяца и соответствующей выплаты из магистрата. Если, конечно, какая-нибудь халтурка не подвернется. Бездна! Да о чем я думаю?! Мои долгие ухаживания за единственной в этой дыре молодой симпатичной и незамужней женщиной, обладающей даром, пошли прахом, а в голове такая чушь! Осталось же достаточно для еще одной порции. Еще есть надежда…
– О, Господин Света, сделай так, чтобы удалось, – воззвал я к небесам, впрочем в душе вполне понимая всю тщетность такой попытки. Мой род с богами, а особенно их служителями, не ладил.
Рука щедро закинула все оставшиеся ингредиенты в колбу, которую я приспособил для опытов после того, как сварил целый котелок отвратно воняющей мерзости, которую супом постеснялись бы назвать даже в тюремной кухне.
Жидкость забурлила, переваривая подачку. Ногти на руке до крови впились в ладонь. Ну пожалуйста… ну… ну…
Тонкий и пока еще слабый аромат, вызывающий желание немедленно открыть окно и выпрыгнуть в него, позабыв про высоту, отделяющую алхимическую лабораторию от подножия башни, достиг моих ноздрей.
– Бездна! – Тонкий налет шелухи слетел с могучей души потомственного варвара, и некоторое время жилище городского чародея, должность которого я занимал вот уже целых четыре года, слушало своими стенами потоки нещадной брани.
– Хорош! – радостно сказал кто-то у меня за спиной сухим старческим голосом. – Не понимаю, правда, чего ты так яришься, но хорош! Вылитый я в молодости.
Моя голова медленно, с ясно слышимым скрипом повернулась, и глаза уткнулись в полупрозрачный силуэт. Призрак худого, но плечистого старика, облаченного в роскошные, но порванные и запачканные чем-то темным одежды, парил в двух шагах и радостно скалился.
– Опять явился, – с тяжким вздохом констатировал я, складывая пальцы щепотью, призванной отображать… не помню что, но что-то важное. Во всяком случае, эту распальцовку даже совсем дремучих крестьян в церкви заучивать заставляют. – Изыди! Именем Господина Света, изыди!
Объект воздействия священных сил заколебался: слуга богов, равно как и некромант, из меня аховый, но на такую малость, как изгнание беспокойного духа, обычно хватает. Если амулетами не пренебрегу. Каковых сейчас, естественно, не было. Впрочем, даже если бы я обвешался побрякушками, как шаман орков, это не помогло бы. Призраки довольно сильно разнятся по своей силе, и от чего зависит градация мощи этого вида неупокоенных, магами пока не выяснено, но одно известно точно: чем больше их вспоминают, тем они могущественнее. А покойного короля, который перед смертью почти успел стать императором, все годы после его убийства поминали часто. Такого даже гранд некромантии не развоплотит, если только запечатает куда… а было бы неплохо. Достал он меня уже.
– Прекрати! – Призрак, естественно неразвеявшийся, на что, признаюсь, была тайная надежда, оказался очень зол. – Как ты смеешь так поступать с отцом?!
Давняя обида всколыхнулась в моей душе.
– Не трогай папу, – велел я, давая выход скопившемуся в душе раздражению. – Баронет Лоон был очень достойным человеком. И не тебе, нежить, марать его память.
– Не зли меня, сын, – насупилось привидение убитого короля. – Я, конечно, понимаю, что ты привязался к этому кастрату…