Век любви

Он прижимал ее к себе все крепче и крепче, и она словно растворилась в его объятиях. Сандру затопила волна разрушительного, сводящего с ума желания—в мире уже ничего не существовало, кроме их двоих и жаркого неутолимого стремления обладать друг другом. Сандра подчинялась малейшему движению Пита, чувствуя, как он откликается на ее призыв, и желая, чтобы это никогда не кончалось.
Мучительно-нежные пальцы пробежались по пуговицам ее рубашки, и его рука скользнула внутрь, легонько коснувшись груди. Каким-то еле уловимым движением Пит ухитрился расстегнуть застежку ее бюстгальтера, и грудь девушки обнажилась. У Сандры перехватило дыхание и сжало сердце в сладкой истоме, когда губы Пита прильнули к ее соску, и она невольно выгнулась в его объятиях.
Три дня, три недели или три месяца – какое это имело теперь значение? Единственное, чего она хотела, – это его любви.
Пит усадил ее рядом с собой на диван. Она не протестовала, когда он снял с нее рубашку, отбросил прочь бюстгальтер. Кожа Сандры в свете луны отливала молочной белизной. Сильная и одновременно нежная рука легко прикоснулась к ее набухшему соску – ощущение было почти непереносимо возбуждающим.
Пальцы девушки, когда она расстегнула рубашку Пита, слегка дрожали. Сандра прижалась трепетными губами к гладкой чуть влажной коже, с наслаждением вдыхая терпкий мужской запах. Она осторожно провела кончиком языка по его груди, и с губ мужчины сорвался низкий сладострастный стон.
– Может, тебе лучше не играть со мной? – хрипло прошептал он.
– Я и не играю. – Сандра подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. – Меня тянет к тебе, Пит. Очень тянет.
Она почувствовала, как он улыбнулся в темноте.
– Вот как? – Он протянул руку за рубашкой девушки. – Надень, а то, не дай Бог, на кого-нибудь нарвемся.
– А разве ты не хочешь заняться со мной любовью? – спросила Сандра и увидела, как снова насмешливо поднялась темная бровь.
– Где? Здесь?
Это было как ушат холодной воды. Захваченная волной возбуждения, которой была не в силах противиться, Сандра приготовилась отдаться ему прямо здесь и сейчас. Но его слова и серьезный тон сразу отрезвили девушку.
– Я уже давно вышел из того возраста, чтобы заниматься любовью на диванах и задних сиденьях машин, – заметив, как она растерялась, пояснил Пит. – Полагаю, что и тебе это не нужно. Кроме того, у меня при себе ничего нет. – Он зажег свет.
Разумеется, Пит имел в виду презерватив. Весьма благоразумно, но росту чувственных ощущений не способствует. Бесполезно сейчас объяснять ему, что лечь в постель с мужчиной для нее вовсе не обычное дело, ведь Пит составил о ней мнение еще до того, как она сюда приехала. Сандра так ничему и не научилась. Могла бы вспомнить, что для того, чтобы переспать с женщиной, мужчине вовсе не обязательно ее уважать.
Не глядя на Пита, Сандра надела рубашку и застегнула пуговицы.
– Много о себе воображаешь, – коротко объявила она. – В конце концов ты не единственный мужчина на свете. – Ей хотелось сделать ему больно.
Пит ответил не сразу. Когда он наконец заговорил, голос его прозвучал угрожающе спокойно.
– Ты видимо, думаешь, что я без ума от тебя?
Сандра вздрогнула, удар попал точно в цель, но внешне ей удалось сохранить невозмутимость.
– Я ничего такого не думаю. Уверена, что ты вряд ли решишься на насилие.
Пит хмыкнул:
– А ты считаешь, что у меня есть необходимость прибегнуть к насилию?
– Я не считаю, а знаю это совершенно точно! – не сдержалась Сандра. – Не все женщины шлюхи, а вот большинство мужчин животные!
Он расплылся в улыбке:
– Еще скажи мне, что ты девственница.
– Не девственница, но и не потаскуха, – вспыхнула Сандра. – Вам, мужчинам, все дозволено!
Глаза Пита заледенели:
– Да уж, конечно.
Боевой дух внезапно покинул Сандру.
– Думай что хочешь, – бесцветным тоном произнесла она. – Я иду спать.
Пит, стоявший с бесстрастным видом не стал ее удерживать. И только когда девушка направилась к лестнице, он остановил ее:
– Ты ничего не забыла?
 
Сандра обернулась и увидела свой бюстгальтер, свисающий с его пальца. Изо всех сил стараясь сохранять остатки достоинства, она выхватила его, чувствуя, что краснеет. На какое-то мгновение в глазах Пита как будто мелькнуло сомнение, но затем он покачал головой, словно отбрасывая непрошеную мысль.
– Смотри, чтобы в рану не попала грязь, – вежливо посоветовал он.
Не удостоив его ответом, Сандра круто развернулась и бросилась вон из комнаты. Боль от раны была ничтожной по сравнению с той тяжестью, которая свинцовым грузом легла ей на сердце.
Ну и дура же ты, разве можно было надеяться на что-то настоящее. Во всем, что касалось ее отношений с Питом, она просто идеально вписывалась в его расхожий образ манекенщицы. Ей не в чем Пита винить, ведь с самого приезда – а уж про сегодняшний вечер и говорить нечего – она вела себя с ним просто возмутительно глупо!
Единственное, что ей оставалось, – это немедленно уехать домой. Здесь она все испортила. Надо будет завтра заказать билет на самолет.
К завтраку ни Пит, ни Джон не появились.
– У них дела, – ответила Полли на вопрос одной пышнотелой дамы, при каждой возможности старавшейся подсесть поближе к Питу. – Да, брат будет участвовать в родео, – подтвердила Полли, – но только во второй половине соревнований. – Сандра с удивлением узнала, что готовится участвовать и Джон.
Большинство дам горели желанием купить напоследок кое-какие сувениры, поэтому уже в половине десятого они были в городе. Сандра потихоньку ускользнула от Полли и отправилась в транспортное агентство. Не зная огорчаться или радоваться, она выяснила, что билеты есть только на четверг следующей недели. Девушка заказала билет и вышла на улицу как раз в ту минуту, когда Полли входила в магазин, где Сандра накануне приобрела шляпу.
– Я тебя повсюду искала! – воскликнула она, увидев Сандру. – Куда ты подевалась?
– Свернула не в ту сторону, – уклончиво отозвалась та, надеясь, что Полли не станет спрашивать, как можно свернуть не туда в городке, где поворотов-то раз-два и обчелся. – Я бы не прочь купить себе ковбойские сапоги, раз уж мы здесь, – поспешно прибавила девушка, чтобы сменить тему. И тут же спохватилась, вспомнив, что сапоги ей вряд ли понадобятся, раз скоро уезжать. Ладно, будет еще сувенир, помимо шляпы, решила она.
– А что ты собираешься надеть вечером? – спросила Полли, останавливаясь у стойки с юбками, когда они уже собрались выходить из магазина. – Ну-ка посмотри, какая прелесть! Это то, что тебе надо. А вот и блузочка под эту юбку.
Сандра вопросительно посмотрела на Полли.
– А зачем мне переодеваться вечером?
– Так будут же танцы. Обожаю танцевать. А ты? – Полли сняла широкую голубую юбку с вешалки и приложила к талии Сандры. – Примерь-ка. И блузку тоже.
– Я не думаю… – начала было Сандра, но вдруг улыбнулась и пожала плечами. – Хорошо, примерю, но блузка не в моем стиле.
Однако, глядя на себя в зеркало, девушке пришлось признать, что она прекрасно выглядит в белой вышитой блузке, оставлявшей открытыми плечи, и юбке, плотно обхватывающей тонкую талию. Белые босоножки, которые она бросила в чемодан в последнюю минуту, как раз придутся кстати. Пусть даже она все это больше никогда не наденет, зато сегодня вечером будет выглядеть на все сто. Глаза Полли сияли восторгом. – Слушай, мужчины будут пыхтеть как чайники, когда ты появишься в этом наряде, – щебетала она.
Только не Пит, угрюмо подумала Сандра. Он-то весь пар выпустил вчерашней ночью…
 
Вся компания дружно пообедала в одном из городских ресторанчиков, а потом отправилась занимать места на переполненном стадионе, где во второй половине дня начиналось родео. Пит и Джон, наверное, уже здесь, решила Сандра, разглядывая загородку в дальнем конце арены. Для Джона это был дебют, и девушка очень волновалась за брата.