"Фантастика 2024-68". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Рассказывай, что за текущие условия? О каком восстановлении вообще песня?
Фер вис Кри на экране шевельнул усами, как если бы на этот раз одобрил вопрос.
— Речь, скажем так, идёт о выживании твоего вида в недружелюбных посткатастрофических условиях. Глобального масштаба, сисадда? Но обо всём этом, Ланс, мы обстоятельно переговорим не здесь и не сейчас, хорошо?
В черепушке шумело. Причём не от паймы. И не от грохота недавних взрывов. И не от скоротечной драки с Сакагой, во время которой я мог легко отправиться на реинкарнацию духа и воплотиться в жалкого крысеныша с Виривага Ню…
Я всё отчётливее осознавал, что где-то в Тиаме существуют сотни, а может даже тысячи таких, как я или Ч’айя… Байши! Всё-таки Хадекин оказался прав: в моём состоянии — после недавнего разоблачения Чинанды-Кси, внезапной стычки с Шутами, победы над Пыльным и только что отгремевшего боя с криитами, — подобное усваивалось с огромным трудом…
Попытка облизнуть сухие губы не удалась, язык стал похож на мелкий наждак.
— А если бы крысы просрали все до единого ключи⁈ — наконец пробормотал я, даже не сомневаясь, что разумная железяка всё-таки расслышит. — Если бы во всём Тиаме не осталось ни одного «зелёного камня»⁈
— Нет нужды злиться, Ланс. Ты слегка переоцениваешь значение криптографических размыкателей. Но лично мне наличие такого весьма облегчало жизнь, и ты прекрасно справился с поставленной задачей.
Во мне заклокотало, но я лишь стиснул кулак.
— Ты сказал про неизвестные координаты… Какого вообще *уя⁈
Как и предполагалось, можно было не уточнять, джи-там всё прекрасно понял. Ответил без вины в голосе, но с нотками утончённой дипломатии, как будто мы с ним делили церемонию медитативной заварки чинги.
— К сожалению, Ланс, полная информация о местоположении усыпальниц хранится в блоках сознания Данава Шири-Кегареты.
У меня чуть не отвисла челюсть. Слова поганца всё-таки заставили (невесть откуда) найти силы на новую вспышку раздражения:
— Шутишь⁈ Ты же, байши, такое же натуральное виртуальное божество! Вычисли это место! И если я так нужен… — Осёкся. Шею свело предательской судорогой, затылок примагнитило к кирпичам, но я заставил себя продолжить, при этом не сводя глаз с мёртвого чу-ха возле правой ноги: — Я сделаю всё, что от меня зависит…
— Найду, — с раздражающим спокойствием подтвердил Хадекин.
Но не успел я вскинуть взгляд в камеру, как он тут же срезал:
— Но не мгновенно. Как было сказано, Ланс, есть сложности. Связанные, в том числе, со стержневым присутствием каждого из нас с Господином Киликили в вашей реальности. В перехвате контроля над управлением собственной жизнью, если тебе будет понятнее. Эта смена паритетна и добровольна, мы совместно кроили базовые алгоритмы существования. Но есть исключения. И, как я уже упоминал, он едва ли откроет мне нужные данные. Особенно после прямой конфронтации. Скажу так, Ланс… Песчаный Карп всё ещё разделяет несколько иной взгляд на перспективы вашего возвращения.
— Он что, не хочет⁈ — я возмутился так искренне, как умеют только детишки, которых обделили сладостями в кругу друзей.
— Не совсем корректная оценка. — Можно было поклясться, что в голосе Диктатиона проскользила мягкая усмешка. — Но об этом я расскажу в более безопасном месте, договорились?
п.4.; г.2; ч.2
Я ещё раз попробовал облизать губы и ощутил лёгкий привкус крови из растрескавшегося уголка. Недопонимание выбивало почву из-под ног, кружило голову и всё отчётливее толкало на совершение ошибки, одной из переменных которой был «Беспощадный росток».
— Ты нужен мне, Ланс, — с теплотой добавил Хадекин, прочитав по моему лицу и не позволив в очередной раз осквернить тайную комнату глупым вопросом. — В том числе — согласно моим прогнозам и анализу возможных сценариев развития ситуации, — для получения информации о местоположении ближайшего «Корня». Теперь ты знаешь почти всё. Я могу рассчитывать на союз?
Мне показалось, что раздумья затянулись на добрые тридцать минут.
На деле же прошло едва ли больше десяти-пятнадцати секунд, после которых я со стоном поднялся на ноги. Молча сунул руку в куб дешифратора и с липким хрустом отодрал взрывчатку от изогнутой стенки.
— Прекрасное решение, — мягко прокомментировал фер вис Кри, а его марионетка на экране даже кивнула, точь-в-точь как полноценная бодрая крыса. — Сейчас тебя со всей осторожностью вернут в нору. Знай, что с этой минуты парни из «Диктата» возьмут вас под постоянную и невидимую протекцию, сисадда? Я в курсе, что Нискирич пронюхал про визит доставщиков-криитов в твой комплеблок, но отныне о моём участии в твоей жизни в «Детях заполночи» знать не будут. По улицам не шатайся, еду заказывай с доставкой. Счета Ланса фер Скичиры я деликатно пополню так, чтобы закрыть все финансовые вопросы.
Я устало хмыкнул, весть о внезапном богатстве восприняв с совершенно неожиданной эмоциональной пустотой. Ну надо же, теперь я богач⁈ И что?
— Отдохни, — продолжал наставления Хадекин, — расскажи подруге всё, что посчитаешь нужным. И обязательно береги мой подарок, Ланс. Я уверен, что она пришлась тебе весьма по душе…
Я резко обернулся к угловой камере и вскинул палец в объектив:
— Эй, грязножопый, а вот сюда соваться не советую!
Вспышка ревности и злости обрушилась на меня с такой остротой, что мгновенно прочистила затуманенную голову.
— Хао, Ланс, нет причин хлестать собаку, — мягко согласился Кри. — Поверь, обижать я никого не хотел. А сейчас возвращайся домой. Я дам знать, что делать дальше…
Я перевёл дух, поражённый своей реакцией не меньше Диктатиона.
Бросил взгляд в светящийся изнутри куб, на мёртвого чу-ха у его основания, на запертую дверь… и снял засов. В какой-то момент с лишней яркостью представил, как внутрь сейчас ввалятся крииты, без слов влепляя в лоб терюнаши пяток фанга… но снаружи лишь действительно оказался вышколенный эскорт.
Молчаливые, готовые исполнить любой приказ важного объекта опеки, казоку-йодда фер вис Кри выглядели полной противоположностью сброду, изначально приставленному охранять парк.
Помедлив на пороге, я неторопливо натянул и подстроил под ночной мрак верные «Сачирато», а в спину с экрана на дешифраторе вдруг долетело:
— Ну, теперь-то ты мне веришь, Ланс?
Я усмехнулся, покосился через плечо, дёрнул подбородком:
— Теперь я не доверяю тебе чуточку меньше… — И шагнул в коридор из вооружённых бойцов «Диктата Колберга».
Мог ли я закончить ночной диалог в кирпичной ловушке дешифратора иначе, не подвергая опасности свою бесценную шкуру и ещё более бесценную жизнь Ч’айи?
Ответа на этот вопрос у меня не было, причём ни несколько ночных часов назад, ни сейчас… только свежая рана в боку да кружка остывшей чинги в руке. И девушка, дурманящая и манящая, мирно посапывавшая в моей кровати.
Отлепившись от окна, я добрёл до раковины и слил остатки загустевшего отвара.
Задумчиво уставился в ближайшее зеркало, пытаясь постичь, что все эти долгие, жестокосердные и одинокие годы где-то рядом (во всяком случае, мне хотелось в это верить) находились такие же, как я. Спящие глубже глубокого, спрятавшиеся от некой катастрофы, загнанные в таинственный «Корень», о котором, кстати, Ч’айя упоминала после первого пробужде…
Вибрация гаппи на запястье оказалась такой внезапной, что я чуть не выронил пустую кружку; будто бы звонким ударом шеста по шару-битку тайчо она начисто вышибла из головы все размышления о прошлом, будущем и его секретах, вернула в реальность и вынудила позорно вздрогнуть.
Я опасливо поднял запястье к груди, мысленно ругаясь и ожидая худшего.
И всё равно, в чьём обличии это худшее явится — нового безумного клиента, Нискирича фер Скичиры со срочным делом казоку, отмороженной Магды или Песчаного Карпа, решившего тоже поговорить по душам и вылить на меня бочку очередной лжи. А может, даже кого-то незнакомого, без разницы, ведь утренние вызовы по определению не могли сулить ничего доброго…