"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Он сел напротив Крейна, и лицо демона снова осветила улыбка.
– Поднимитесь наверх, заберите портальную пушку из сейфа – если она вообще ещё там – и спрячьте… да где угодно. Не будут же они обыскивать весь небоскрёб!
– Как знать… – вырвалось у Крейна.
– Ну так спрячьте в другом здании! – предложил Прескотт. – Дело-то не в этом. И мы оба знаем, в чём дело. В успехе операции «Не отдать им порталы» я даже не сомневаюсь, но вот истинная цель всего сегодняшнего балагана…
– Герда, – согласился Крейн, кивнув. – Но… я здесь тоже спокоен.
– Редкий оптимизм, господин Крейн.
– А пояснить вам, почему я спокоен? – пожал плечами Крейн. – Потому что это ваш план. Герда, что должна умереть от рук светлого героя – ваша схема, и не будь у неё шансов на успех – вы бы не одобрили её. В самом худшем случае, всё просто вернётся к изначальному статусу – Люк погибнет или уйдёт, Герда останется у меня, и мы найдём другой вариант.
Прескотт кивнул.
– Думаете, мы не кладём все яйца в одну корзину, так?
А действительно. Откуда ему знать, что у демонов нет десятка других таких Герд в запасе? Впрочем, вслух он сказал иное.
– Я знаю Герду. Она… мерзкая сучка, которую не в состоянии долго вынести не один нормальный человек. Такой вы велели мне её воспитывать, такой она и выросла. И если нормальный человек просто уйдёт… фанатичный паладин решит, что столкнулся с дьявольским отродьем. И будет совершенно прав!
– Попрошу без этого вот, – поморщился Прескотт. – Мы не имеем никакого отношения к мифологии вашего мирка, да и слово «отродье» звучит крайне невежливо и неблагозвучно.
– Термины, – пожал плечами Крейн. – Главная опасность – что кто-нибудь прибьёт её раньше Люка. Но святоша и мальчишка не сделают этого, а Сенат… просто позаботьтесь о нём, как и обещали. И тогда иных вариантов не останется.
Он развёл руками и повторил:
– Что может пойти не так?
* * *– Что может пойти не так? У меня всё под контролем, Кросс, всё идёт так, как я этого и хотел.
Я хмыкнул, разминая плечи; Сила разливалась по моему телу, даруя небывалый восторг, упоение… и ярость, присущую только демонам.
– Уверен, что это сейчас говоришь ты, Готфрид? – уточнила, нахмурившись, Эмбер, глядя прямо на меня. – А не какая-нибудь сущность внутри тебя?
Был ли я уверен на самом деле?..
…нет, пожалуй.
Я был уверен в этом процентов этак на девяносто, или, может, даже девяносто пять. Но я давно и крепко знал демонов, знал, чем они занимаются, какие у них методы, и… нужно было быть дураком, чтобы решить, будто у них нет запасного плана.
Демоном или человеком – дураком я не был никогда, и, хотелось верить, не буду и дальше.
Пока, впрочем, я был ещё человеком. Сила влилась в меня, но преобразование – дело небыстрое. Я был человеком себе на уме, был маньяком, в котором играла жажда крови – а она действительно играла, и ещё как! Но демоном я всё же не стал.
Ещё не стал.
– И что теперь? – Эмбер глядела на меня отважно и зло. – Прикончишь меня и пойдёшь сеять хаос по улицам города?
– Зачем? – благодушно зевнул я. – Знаешь, Кросс, меня накачали яростью, но мозги мне вовсе не отключили. Я отлично помню, кто ты, отлично помню, что мы на одной стороне…
– Накачали яростью? – заметила американка. – А вот по тебе не похоже. Стоишь тут спокойно, щуришься, улыбаешься… даже меч не занёс.
– Ага, – ещё шире улыбнулся я. – Похоже на то, как если бы я был добрым и мирным, правда, Кросс?
– Но ты не добрый и не мирный, – кивнула она. – Так что же это такое на самом деле?
Моя улыбка достигла тех пределов, когда расширяться больше некуда: ещё немного, и треснет лицо.
– Вот, – заметил я. – Вот правильный вопрос. Это предвкушение.
– Бойни?
– Бойни, – не стал я спорить. – Но тебе и остальным опасаться нечего. Жажда крови – дело такое… она опасна, пока не отведёшь её в нужное русло. Умрут только те, кому следует умереть.
Мёртвое тело Ино Сонним лежало на полу; подумав немного, я отбросил меч, поднял ещё тёплую покойницу и уложил её на каменный алтарь. В конце концов, это тоже была своего рода… жертва.
– Она правда мертва? – уточнила Эмбер. – Это не какой-то… трюк?
– Мертвее некуда, – подтвердил я.
– Что ты намерен делать прямо сейчас?
– Не знаю, – я снова зевнул. – Зависит от того, как быстро мы выберемся отсюда наружу. Если путь наверх будет не очень долгий, то, знаешь, хотелось бы ещё вернуться домой и поспать. Всё-таки вы с Ральфом выдернули меня из постели посреди ночи.
– Просто спать? – казалось, Эмбер не верит тому, что слышит. – Ты превратился в демона с жаждой крови – и хочешь спать?
– Спать надо всем, – парировал я. – А что до превращения… я не демон, Кросс. Ещё нет. Стану им через какое-то время… но знаешь, в чём они просчитались?
– В чём? – Эмбер, казалось, ожидала любого подвоха в моих словах – вплоть до того, что я кинусь на неё, безумно хохоча.
– Они дали мне Силу, – заметил я. – Дали мне ярость. Местные демоны. Безупречный план с их стороны! Вот только они не учли, кто будет главной целью этой яростью.
Я вновь улыбнулся. Мне хотелось убивать – прямо здесь и сейчас. Хотелось прикончить Эмбер, хотелось утопить этот город в крови… но я сдерживался. Я берёг силы, чтобы не тратить их на ерунду.
Самое сладкое ещё было впереди, и предвкушение этого позволяло мне сдерживать ярость до поры до времени.
– Я весь всё помню. И, как я и сказал… жажду крови просто нужно излить в конкретное русло. Например, найти всех местных демонов и прикончить их.
Идеальный план.
И всё пойдёт именно так, как я задумал.
Глава 27
Ночь прошла… сумбурно. Ну, её остаток – я вернулся уже ближе к рассвету, но это не мешало мне улечься спать. Почему бы и нет? Кто мне запретит?
Главным отличием были… сны. Все те двадцать лет, что я прожил в мире Виссариона, я видел одно и то же – сцену своей смерти. Она ушла, когда я вернулся, и вместо неё мне снились либо сцены из бытности учеником Виссариона – либо вообще ничего, просто чернота.
Сегодня же сон был… иным. Ярким, странным и… каким-то слишком реалистичным что ли? А уже с какими-то голосами, как с субтитрами.
Во сне я видел какой-то трактир. Группа фигур за столом – все подряд! Ральф и Йоко, Юнджи и… Виссарион?! Он-то ещё что здесь делает? Чуть дальше я увидел Алекса и профессора Ханагаву. Ох, блин!.. Слишком фантасмагорично. А остальные американцы где? Люк, Сенат, Август? Раз уж тут у нас «общий сбор»…
– Они хотят убить тебя, – заметили шепчущие голоса. И – тут же, не оставаясь в долгу – Виссарион расхохотался, но как-то картонно.
– Мой ученик никогда мне не нравился, – с тоном опереточного злодея сообщил он. – Но на этот раз он зашёл слишком далеко.
– Учитель убил Юна, – отозвалась Юнджи, вставая и холодно глядя. – Он оскорбил честь моей семьи. Ему придётся ответить.
– Значит, прикончим его?.. – утвердил Ральф.
Ох. Что за чушь. Даже во сне я осознавал, чем навеяны такие сны особенно после того, как голоса прошептали «Убей их всех, пока они не убили тебя». Но вы бы могли хоть сделать это кино пореалистичнее! Юнджи вместе с американцами? Профессор и Алекс в трактире славного города Тансона? А венчает это всё великолепие Виссарион, которого я – если кто-то не заметил – уже убил?
…или нет?
– Ученик думает, будто прикончил меня, – зверски улыбнулся Виссарион, так, будто сон откликался на мои мысли; вероятно, так оно и было. – Ему невдомёк, что бессмертного не убить.
Я зевнул. Понятия не имею, как я умудрился зевнуть во сне, но я это сделал.
И – то ли сообразив, что этим меня не купить, то ли показав всё, что было нужно – картинка сменилась.
Теперь я видел Лимб; видел как бы сверху, с высоты птичьего полёта. Во всей его бесконечности, во всём многообразии. Миллионы первородных демонов, миллиарды осквернённых душ бродили там, страдая и даря страдания другим. В этом была даже какая-то толика красоты – в этом переплетении страданий, в яркости и завихрениях…