"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Позади раздался уже знакомый рев. Передо мной стояла такая же тварь, как и те, что в коридоре. Благо, только одна.
Я был бы рад подумать над тем, как поступить, однако существо не предоставило мне такой роскоши и тут же бездумно бросилось вперед. Успев в панике пару раз выстрелить в его сторону и, похоже, ни разу не попав, я смог увернуться от его руки и вмазать по монстру локтем. Тот только сильнее разозлился и навалился на меня с двойной силой, выбив пистолет из руки. Я оттолкнул его ногой и принялся доставать нож, закрепленный на кобуре. Спустя секунду мне это удалось, но тварь уже была рядом. Острые ногти пролетели у меня прямо перед лицом и я только чудом успел отвернуться.
Крепко сжимаю нож. Удар. Удар. Удар… и еще.
Чудовище даже не думает останавливаться, однако двигаться ему теперь куда сложнее, я бил вслепую, но точно пару раз попал в область бедра.
Я был прижат к стене, «бутылки виски» сбоку рюкзака с характерным звуком раз за разом ударялись о неё, но к моему счастью ничего так и не разбилось. Оттолкнув ослабевшего монстра в сторону, я бросился к пистолету на полу. Схватил его и тут же вернулся в вертикальное положение. Чудовище было тут как тут, но в этот раз я оказался быстрее.
Удар ножом в грудь, пинок… оно кубарем летит в другой конец коридора.
Дрожащие руки наводят прицел твари на голову и… я спускаю курок.
В деформированной голове появляется разорванное отверстие из которого на стену позади вылетают розовые ошметки мозгов и тварь падает вниз.
Я выдыхаю. Черт.
Во время драки я даже не заметил, как шумно было за дверью. Рев, стук от падающих тел, выстрелы и мерзкий хруст. Даже через дверь все было слышно более, чем хорошо. Впрочем, продлилось это недолго.
Я подошел к двери и еще раз безуспешно попытался её открыть, после чего отошел на пару метров и с опаской сощурив глаза выстрелил в замок. Повезло.
Аккуратно толкнув её и выйдя в коридор, я застал Родиона, добивающего последнюю тварь головой о стену.
Он заметил, что я цел, с его лица сошла жестокая гримаса и старик отбросил нежить в сторону, как какой-то мусор.
— Отлично, Марк.
— Проблема, — я запыхался и говорил весьма сбивчиво, — решена?
Он покачал головой.
— Почти. Пойдем.
Спустя пару минут и один лестничный пролет, мы оказались в потрепанной временем квартире. Родион сказал мне ждать в прихожей, а сам отправился куда-то дальше по коридору. Я спрятал нож с пистолетом на место и прислонился к стене, чтобы хотя бы немного передохнуть. Адреналин покидал кровь.
Вскоре донесся знакомый голос.
— Иди сюда.
Я медленно поплелся по коридору и вошел в скромную гостиную, или нечто похожее на неё.
За столом сидел снявший слегка испачканную кепку Родион. На ней лежал его пистолет. Перед Долговым расположилась милого вида семейная пара. Дедушка и бабушка улыбались, глядя на незваного гостя. И все бы ничего, но зрачки у них были характерного коричневого оттенка.
— Так может чаю, а, Нют? — произнес дедуля и посмотрел на свою супругу.
— Конечно-конечно, не стойте, присаживайтесь! — она привстала и подошла к заварнику.
Я отшатнулся.
Родион расплылся в улыбке и посмотрел на меня.
— Можно и чаю. Садись, Марк. — он указал рукой на пустой стул.
Сев на место я нахмурил брови и глянул на Долгова.
— Ну и что нам здесь нужно? — с подозрением совсем тихо произнес я.
Родион размял шею.
— Глухой, что ли? Чаю попьем.
— Не лучшее время, тебе не кажется? — я выпучил глаза и кивнул головой в сторону выхода.
Старушка запыхтела расхаживая по комнате с заварником в руках.
— Ох, дура я какая, совсем все печенье закончилось. Нечем даже к чайку угостить, — она опустила руки, — Все забываю купить в магазине.
Я окинул взглядом полки в комнате. Все они были пусты, где-то было рассыпано немного гречки и сахара. Квартира была очень бедной, мне почему-то показалось, что здесь и до осквернения еды особо не водилось. Оба старичка были исхудавшими, а одежда была очень простой и затасканной. За год бы она так не испортилась.
 
Родион мягко улыбнулся и полез в свой рюкзак. Спустя мгновение он достал оттуда пачку печенья, которую затем положил на стол.
— Наткнулся на них случайно, — пожал плечами Родион, — Когда оказываюсь в этом городе, приношу гостинцы. Грустно у них все сложилось.
— Хватит этой херни, — злобно выпалил я сквозь зубы, — Что за спектакль ты тут устроил?
Старик раздраженно выдохнул.
— Ты не боец, Марк. От слова совсем… В этом сейчас твоя основная проблема. В нормальной ситуации этому учат годами, однако, сам понимаешь, столько времени у нас нет. И нет, дело не в физ подготовке.
— Ну так чему же тогда учат годами? — по тону было понятно, что старик говорит о чем-то конкретном.
— Убивать, — мимоходом произнес Родион, распечатав пачку печенья и указав на неё улыбающемуся старику напротив, — Я наблюдал за тобой. У тебя слишком много иллюзий, Марк. Человеческая жизнь слишком многое значит для тебя. Ты считаешь людьми даже тех, кто людьми не является. Ты слишком сентиментален и твоя эмпатия играет с тобой злую шутку. Это нужно исправить.
Я пожал плечами. В голове проскочил выстрел в голову Августа.
— Так мы не сможем двигаться дальше, — заключил Родион.
Бабуля поставила четыре чашки чая на алюминиевый поднос и заметно, хоть и немного жутковато, обрадовалась, заметив печенье.
— Я до сих пор не понимаю, какое отношение к этому имеет…
Старушка подошла к столу подносом и с улыбкой на лице хотела было отблагодарить нас за лакомство, однако Родион в одно мгновение схватил пистолет и выстрелил ей прямо в лоб. Тело упало на пол, чашки с чаем громко разбились одна за другой.
Я подорвался с места, в горле застрял мат… однако старик строгим голосом пресек меня.
— Сядь. В этом доме нет ни единого живого человека.
Я посмотрел на переменившегося в лице мужа мертвой бабули. Он сполз со стула и упав на колени рядом с ней начал в слезах что-то нечленораздельно бормотать. Дедуля хватал её за руки, тормошил тело и совсем не обращал на нас внимания. Если бы я не понимал, где нахожусь, то не оставил бы от маньяка, сделавшего это, живого места.
Родион перекрутил пистолет в руке и схватился за его ствол.
— Тебе не знакома такая вещь, как исполнить приказ. Не важно, кто его тебе дал — другой человек или ты сам. В тебе есть барьер, который не даст вовремя сделать то, что нужно сделать. Его нужно сломать. Иначе ты не выживешь.
Он протянул пистолет ко мне рукояткой вперед.
Я все переводил взгляд с заливающегося слезами дедули на Родиона и обратно.
— Как ты собирался «упокоить» своего отца, если не можешь сделать даже этого? — он давил на больное. — Признайся, Марк. Ты судишь по себе. Считаешь, что раз ты сам «воскресаешь» без последствий, то и с другими дела обстоят так же. Что отца можно спасти, что он будет нормальным… что ты с ним будешь чай пить. Но нет, — он провел рукой по комнате, — они не люди. И он больше не человек.
Я почти не слушал Родиона, а лишь наблюдал за стариком. В какой-то момент я заметил цикличность в его движениях.
— Бери пистолет.
Касаюсь рукояти пистолета. Перевожу взгляд на Родиона. К горлу подкатывает ком.
Старик в очередной раз громко всхлипнул над телом.
Поднимаю пистолет.
Выстрел.
  
Глава 9
 
Несколько километров дороги прошли в полной тишине. Старик казался вечно настороженным; он шел впереди, вслушиваясь в каждый шорох и больше переживал о том, чтобы нас никто не заметил по пути к поезду. Я же просто думал о своем и разговаривать ни о чем с ним уж точно не хотел. Обстановка устраивала нас обоих.
В какой-то момент Родион остановился и присел на одно колено. Я даже не успел отреагировать, как из-за ближайших кустов мимо нас пронеслась стая диких собак. Выждав около минуты, Родион поднялся, посмотрел на меня и поцокал языком.