Измена. Ты меня никогда не любил (СИ)

— Чтобы ты не проебал ее. По крайней мере, окончательно.
Брат опускает голову и бледнеет. До меня не сразу доходит:
— Влад, ты чего? У тебя с Аней было что-то такое?
Аня для Влада — священный алтарь. Он поклоняется своей жене, носит ее на руках. Я часто ловил его взгляды, обращенные к ней. Он смотрит на свою жену как одержимый. Я никогда не спрашивал у брата подробности, они казались мне чем-то очень личным.
— С Аней был такой пиздец, Ром, что я думал, не выгребу, — поднимает на меня глаза с черной поволокой страха. — Так что вот тебе братский совет: не тяни, если любишь, — забирай ее сейчас. Аделия, конечно, как хорошая девочка, будет сопротивляться и показывать гордость. И ты дай ей взбрыкнуть. Пусть она думает, что решает что-то. А сам веревки на нее, и в лес. Любить и делать детей.
Сглатываю. Внутри бешеным стуком заходится сердце, фантазируя о ней, об уютном коттедже возле речки, о море любви и детях. Красиво… Задыхаюсь, будто ныряю в ледяную прорубь.
Выхожу из ресторана и пишу:
«На улице снова метет, видела? Интересно, когда закончится зима и придет настоящая весна? Я бы хотел забрать тебя и поехать в горы весной. Знаешь, какие красивые цветы там появляются, когда сходит снег? А воздух такой чистый-чистый, даже легким больно пропускать его через себя».
Потому что пиздец как хочу этого. Ее хочу. Детей от нее хочу. Семью с ней хочу. Долбоеб? Долбоеб.
Ну ничего.
Вот этими руками все разрушил, этими же руками и соберу. Соберу и сделаю еще лучше.
Глава 14. На чай
Аделия
— Аделия, ты собираешься домой? — передо мной вырастает Никита.
Перевожу взгляд на часы. Семь вечера. Ну вот. Снова заработалась. Не сказать, что у меня большая нагрузка, но какая-то я рассеянная, что ли, стала. Собрать себя очень сложно, а по утрам практически нереально. Списываю все на подступающую весеннюю депрессию и эмоциональный перегруз.
— Да, конечно, — поднимаюсь и начинаю собирать вещи.
— Поехали вместе? — неожиданно предлагает Никита. — Я сегодня без тачки, так что можем… Сейчас такси вызову.
С готовностью тянется к телефону.
— Не надо, — спешу остановить его. — У меня появилась машина. Если хочешь, могу подвезти тебя.
Никита вскидывает брови:
— Кто-то стал совсем взрослой девочкой? — улыбается искренней улыбкой. — Прокатишь своего босса?
— Только если без ветерка, — смеюсь.
Выходим на улицу и идем через всю парковку. Парковочного места мне не полагается, так что приходится оставлять автомобиль далеко от входа в здание.
Никита присвистывает при виде моего автомобиля, а мне невольно становится не по себе.
— Красивая машинка, — выносит вердикт и, не задавая вопросов, садится на пассажирское сидение.
Шеф молчит, а я буквально слышу, как крутятся шестеренки в его голове. Наверняка сложил два и два и догадался, кто купил мне «Мерседес».
Выруливаю аккуратно. Вообще я никогда не лихачу. Во-первых, опыта у меня очень мало, во-вторых, предпочитаю спокойную езду.
С Никитой разговариваем на нейтральные темы. Возле дома я паркуюсь, и босс помогает мне выйти. Принимаю помощь, потому что припарковалась, можно сказать, прямо в сугроб.
— Спасибо. Прости, что так неудачно встала.
— Брось, — отмахивается и придерживает дверь подъезда. — Навык это такая вещь… знаешь? Наживная. Все придет с опытом.
Поднимаемся по лестнице, кидая друг на друга взгляды.
— Надеюсь, — хихикаю нервно. — Ну что, до понедельника?
Отмыкаю дверь своей квартиры.
— Да, до понедельника.
Заходить внутрь не спешу, так как Никита замирает и будто бы не собирается уходить.
— Дель, давай завтра сходим на свидание? — спрашивает в лоб.
Я теряюсь, начинаю пятиться и быстро моргать. Отчего-то перспектива нашего свидания пугает.
— Свидание? — переспрашиваю тупо.
— Просто ни к чему не обязывающее свидание. Ресторан и максимум прогулка. Обещаю не переходить границ.
Устало улыбаюсь:
— Ты и не переходил их никогда, Никит, — выдыхаю.
А почему я, черт возьми, должна отказываться? Я свободная девушка, без обременений и обязательств.
 
— Хорошо. Только я бы не хотела, чтобы это как-то повлияло на наши рабочие отношения.
— Обещаю тебе, что не перейду и этой границы.
На том и расходимся в разные квартиры. На часах восемь вечера. Вот-вот должен приехать курьер.
Слышу звонок и с готовностью иду открывать. Курьер отдает мне корзинку с клубникой в шоколаде. После того, как я попросила Рому не присылать мне цветов, он переключился на конфеты и фрукты. Неугомонный.
Переодеваюсь в домашний костюм и иду кормить котика. Базилио заметно поднабрал вес за последние дни. Расслабился парень. Ну и пусть. Ему полезно будет, а то вообще тощий был, как скелет.
У нас с ним чудесный тандем — он набирает вес, я худею. С аппетитом в последнее время у меня тоже не очень. Депрессия…
Беру в руки телефон, собираясь позвонить своей сестре - Майе и договориться о встрече, но вижу, что он вот-вот разрядится. Пока иду на поиски зарядки, вырубается свет.
— Да чтоб тебя! — чертыхаясь, натыкаюсь на угол.
Мне очень нужно зарядить телефон, поэтому я решаюсь позвонить Никите.
— У меня тоже свет вырубился, — с готовностью отвечает он.
— Никит, у тебя нет запасного аккумулятора, а то мой телефон вот-вот разрядится?
И телефон выключается в эту же секунду. Нет, ну нормально? Достаю из кухонных шкафов несколько аромасвечей и зажигаю их, расставляя на кухонном столе и подоконнике. От этого оранжевого свечения становится очень уютно.
Но как бы ни было хорошо дома, надо подняться к Никите и попросить аккумулятор. Если он у него, конечно, есть… Я не успеваю обдумать это, как в дверь стучат.
— А я решил сам занести тебе аккумулятор, чтобы ты не ходила по темному подъезду, — взъерошив волосы, останавливается на пороге.
Заботливый Никитка. Хороший парень. Уютный. Добродушный и улыбчивый. Почему мое сердце не трепыхается при виде него? Бабочки слепнут, а в голове проясняется.
Он протягивает мне аккумулятор, и я забираю его. Черт, ну не захлопывать же перед ним дверь?
— Спасибо. А где Женя? Ты оставил ее одну? — широко распахиваю глаза.
— Что ты! Она в деревне у тетки, попросилась погостить.
— Понятно. На чай зайдешь?
— С удовольствием.
Никита проходит и осматривается. Я ставлю чайник на газовую плиту, готовлю кружки и десерт.
— Часто так свет выключают? — спрашиваю его.
— Нет, но случается, дом старый, — с готовностью отвечает он и присаживается на стул. — У тебя очень уютно.
Кивает на свечи.
— А, да. У меня фонарика нет, — улыбаюсь.
— Так даже лучше, — говорит каким-то грудным, непривычно низким голосом.
Молчим. Я отворачиваюсь к столу, делая вид, что чем-то занята. Слышу, как Никита поднимается и встает позади меня. Не надо, пожалуйста…
— Деля… — шепот.
В дверь стучат, и я срываюсь, делая вид, что ничего не поняла. Человек, кто бы ты ни был — спасибо!
Открываю дверь и приваливаюсь к косяку. Так. Ну, судьба, давай выкладывай, что там у тебя еще за пазухой?
— А чего так темно? Пробки выбило? — вместо приветствия спрашивает Рома и проходит внутрь. — Показывай где. Я посмотрю.
— Не в пробках дело. Весь дом отрубило, — из кухни выходит Никита и, опираясь о стену, рассматривает Рому.
Ну почему именно сейчас? И как теперь все это объяснить?
Глава 15. Драка
Рома
У меня дергается глаз. Основательно так дергается.
— А он что тут делает? — киваю на Аделиного босса.
Бывшая жена трет переносицу и протяжно стонет. Э, нет, детка, эти звуки предназначены только для моих ушей.
Никитос с наглой мордой, сложив руки на груди, смотрит на меня, стоя в дверях кухни. Фейс у него такой радостный, что подрихтовать хочется. Это я могу, ты, родная, только маякни.